Глава16АмулетАваддона Нанас с Нирой присутствие Левиафана действовало успокаивающе. Но ячувствовал тревогу. -Что-то беспокоит тебя, великий Левиафан? — спросил я. -У меня есть новости, тревожные скорее для тебя, — ответил Левиафан. -Я чувствую через Бездну. Войска твоего кузена Гхоралдона уже недалекоот границ княжества Аваддон. Ещё несколько часов, и они вторгнутся втвоё княжество! -Тогда я отправлюсь на второй уровень Бездны и наберу там войска, -ответил я. — Саранча верно служила моему деду Аваддону, защитити моё царство. -Постой, — прогудел Левиафан, — я ощущаю, что у тебя есть один изартефактов, созданных Древними. -Не может быть, — ответил я, обшаривая карманы своей робы. — Уменя есть только парочка пробирок, несколько золотых монет и ключотца от замка в княжестве Аваддон. -Ключ от замка Аваддона... — задумался Левиафан. — Покажи. Ия показал. -В него встроен портальный камень, — пояснил нам Левиафан, — которыйпозволяет хозяину ключа переместиться внутрь замка из любой точкиБездны, внешних миров и вообще большинства местностей Универсума.Также он является и ключом от чего-то большего, от некого великогоартефакта, который может открыть лишь тот, в ком течёт кровьвластителей Бездны. Япотрогал ключ, словно заглядывая в его сущность. И сущность Бездны,глубоко запечатлённая в нём, тоже заглянула в меня, словно говорямне: "ну, здравствуй, наследник Аваддона". -Тогда мы перемещаемся в мой дворец, — сказал я, держась за ключ. -Я успею сделать заход на второй уровень Бездны за саранчой, носейчас, думаю, я найду артефакт, который поможет мне справиться смоим кузеном. Исущность Бездны в ключе ответила мне, готовая в любой моментперенести меня во дворец. -Цовинар, держись за руку! — сказал я. И владычица морскаяпослушала меня. Горячая вода шестнадцатого уровня Бездны закружиласьвокруг нас в водовороте, постепенно охлаждаясь, сменяясь водой сдругих уровней. Через несколько мгновений я оглянулся: мы с Цовинарнаходились в замке, который патрулировали дворцовые стражи-эшхарготы,такие же, как и в её твердыне. А в качестве трона в центре залырасполагалась огромная открытая ракушка. -Лорд Шемеддон, это вы? — спросил офицер дворцовой стражи,мускулистый эшхаргот в позолоченных доспехах. — Для меня честьвидеть вас нашим новым правителем. — До меня уже дошли слухи,что ваш отец был подло убит... -Всё верно. За главного пока оставляю владычицу Цовинар, — произнёс я.— А мне самому надо удалиться на час или два. Ядостал из кармана ключ. И он завращался, подобно стрелке компаса,очевидно, указывая направление. Он повёл меня в спальню. Там кончикключа указал на картину, изображающую Хейбара, поднявшегося из пучинморских и вышедшего навстречу кораблям людей. Картина висела над моейкроватью. Яснял полотно, а за оказался встроен сейф. Я вставил ключ: подошёл,при повороте раздался скрежет. Внутри я обнаружил серебристый амулетс выгравированной головой осьминога. Амулет оказался со съёмнойкрышкой. После того как я снял её, я обнаружил внутри замочнуюскважину, точно такой же формы как и на сейфе. Я воткнул туда ключ, ион снова подошёл. Из амулета вышло серебряное сияние, поглотившееменя и всю комнату. Я зажмурился. Послеэтого я огляделся: меня занесло в какой-то маленький мирок, в которомбыло две двери, одна из них вела в украшенный сад, находящийся явно вэльфийских землях, возможно, и перед дворцом, а вторая — в моюспальню в моём новом замке, то есть обратно. Хотя... Это была несовсем моя спальня: бельё на кровати было не таким, да и портретХейбара висел над ней, хотя я чётко помню, что снял его и не вешалобратно. Очевидно,всё то, что находилось за дверями, было частью этого маленькогомирка. Одно лишь неясно: я перенёсся в небольшой искусственный мир,параллельный нашему Универсуму, а может, входящий в него, или всё это— мир грёз, существующий лишь в моей голове и магии амулета.Иными словами, нахожусь ли я тут во плоти и крови или же в миреАваддона, существующем только в моём разуме. А значит, и спальня моя— не настоящая, а имитация. Яоткрыл дверь в спальню и зашёл туда, после чего двинулся в тронныйзал. На троне-раковине восседал ангел Бездны, очень похожий на меня. -Ты кто таков? — спросил он. -Сардэк, также известный, как Шемеддон. — Ответил я. -Я — твой отец, Сардэк, — ответил ангел Бездны. — Фатагн.Так вот ты каков, сын мой! Приятно познакомиться, наследник. У меняесть для тебя новость: если ты видишь меня здесь, то я, вероятно, ужемёртв. И ты, вероятно — новый правитель княжества Аваддон. -Ничего не понимаю, — ответил я. — То, что ты мёртв, отец, дляменя не новость. Как и для тебя — знакомство со мной. И то, чтоя — новый правитель княжества. Ты лично назначил меня своимпреемником. И ты был убит у меня на глазах. И меня удивляет, что твойдух — тут, в амулете. Порождения Бездны после смертиотправляются в Бездну на реинкарнацию. Либо твой дух повреждён ипотерял память... Либо — ты меня обманываешь, и на самомделе ты — не мой отец. Хотя голос и тот же. -Ты прав, — ответил ангел Бездны. — Я не совсем твой отец. Я -часть твоего отца. Я — память Фатагна, его ментальный двойник.Три года назад, я... Фатагн вложил свои воспоминания и частьсвоей души в этот амулет. Мой дух... то есть дух Фатагнадействительно отправился на реинкарнацию. Я же — лишь егозапечатлённый образ, обладающий его памятью и личностью. Думаю, насамом деле я — один из духов-хранителей амулета, на который,словно на чистый лист была записана моя память... памятьФатагна. Я — живой дневник ангела Бездны, живое письмо егопотомкам и хранитель его мудрости. Этот образ был создан три годаназад, и я не знал наверняка, что был убит. Тыне так давно живёшь в обличии порождения Бездны. Возможно, тебе будетприятнее, если я приму человеческий облик, — произнёс Фатагн. Онначал метаморфозу, такую же, как и моя, и вскоре принял человеческоеобличие. Он выглядел почти как я, только глаза были зелёные, лицоболее узкое, и он не носил бороды.Ты, Шемеддон, пришёлспросить совета у твоего отца. Спрашивай. -Отец, — произнёс я, стараясь не обращать внимания, что имею дело лишьс двойником, ведь я разговаривал действительно с отцом, с его памятьюи опытом. — У меня две проблемы. Первая — мой двоюродныйбрат Гхоралдон, который хочет стать Верховным после того, как ты былубит, а Хейбар умер от старости. Они объявили мне войну. Втораяпроблема — альянс между моей матерью Зарой и Золотой Маской,которые тоже не хотят видеть меня на Коралловом Троне, если я непризнаю их главенства. Я не знаю, что делать. -Зара думала, что сможет меня перехитрить, — ухмыльнулся Фатагн. -Но я всё-таки хитрее. Она родила тебя как инструмент против меня ивообще против Бездны. Но не догадывалась, что я смогу обратить этотинструмент против неё самой... Что мы сможем. -Что ты имеешь в виду? — не понял я, догадавшись, что сейчасузнаю тайну, которую живой Фатагн обещал мне раскрыть через нескольколет. -А знаешь ли ты, что мы потомки Хейбара? — спросила тень отца. Якивнул. — Ты сын богини и потомок Древнего, более того, тымолодой Древний. Первыми богами были Боги Изначальные, они же Титаны,два поколения. Первым были Древние, упорядоченный Абсолютом. Вторым -их дети, родившиеся уже богами. Ты знаешь имена Богов Изначальных,Шемеддон. Это — Бури, Сытиврат, Кронос, Авузл. Кронос, такжеизвестный как Карерон-предатель, стал демоном, а Авузл вернулся вБездну, и стал таким же, каким был ранее его отец Шуррухт, великимДревним. ИзначальныеБоги многократно сильнее обычных богов, которые лишь сильные маги,обретшие вселенское могущество. Тыже — мой особый эксперимент. Ты гибрид бога и Древнего. Ты -Древний, чья сущность упорядочена божественным Абсолютом. А значит,ты равносилен Изначальным Богам. Ты обнаружишь в себе такую силу,которая поможет тебе заткнуть за пояс и Зару с Золотой Маской, иГхоралдона, который по отцу — обычный человек. -Но как я смогу использовать эту силу, отец? -Ты должен отправиться дальше, к иным предкам. В другой комнате в миреэтого амулета — запечатлённый Аваддон. Может, он знает больше,чем я. И может, ты выйдешь на Хейбара или иного Древнего. Тамзапечатлён наш мир времён моей юности. Когда я ещё был не Фатагном, аэльфийским принцем по имени Илан, — при этих словах отецностальгически улыбнулся и начал очередную метаморфозу. На этот разон превратился в эльфа, мало отличавшегося от себя-человека, толькоболее стройного и с заострёнными ушами. -А ты сам? -Я — дух-хранитель. Я не могу покинуть этот микромир и перейти вдругую комнату амулета. -Благодарю, отец, — ответил я и покинул комнату. Я пошёл в другую, вэльфийские сады. Итам я увидел ещё одного ангела Бездны, Аваддона, моего деда. -Аваддон..., — произнёс я. -Да, это я, — ответил мал"ах Харгот. — Это ведь ты,Фатагн? — спросил он. -Да, я, — я соврал. Возможно, мой дед, точнее, его проекция, принявменя за Фатагна, будет более откровенен. -Помнится, Фатагн, находясь в этом месте, ты любил быть в эльфийскомоблике. Думаю, будет удобнее, если ты и сейчас его примешь. -Как скажешь..., отец, — ответил я. Что же, надо начатьметаморфозу. И я, уже имея два облика помимо облика Бездны,человеческий и оркский, начал превращаться в эльфа, надеясь, чтополучится. И получилось. Я посмотрел в зеркальное оконное стеклодворца эльфов: я выглядел точь-в-точь как Фатагн-эльф, только глазаостались не зелёные, как у него, а голубые. -Думаю, ты тоскуешь по тем временам, когда был эльфом, — сказалАваддон. — Принц Илан... Вернее, король Илан. -Король?! — изумился я. -Конечно, Фатагн, ты был королём эльфов. Как ты мог такое забыть?! -Дело в том, отец, что я потерял память. Аггот-Шураб, Золотая Маска иТиамат организовали заговор против меня, — я принялся мешать ложь сполуправдой, — и Аггот-Шураб на меня напал. Мои союзники егопобедили, но он сильно повредил мою голову. С тех пор я потерялпамять. -Что же, — ответил Аваддон. — При нашей способности ксамовосстановлению твоя память за считанные месяцы придёт в норму. Нонеужели ты не помнишь, как был королём эльфов? Неужели ты забыл, чтоименно ты в ответе за их вымирание? -Я?! За вымирание эльфов?! — удивился я, не веря, что к смертидревней расы был причастен Фатагн. -И ты забыл, кем были твои родители?Я кивнул.— Твоей матерью былакоролева эльфов Валанора, жена короля Азургереса. Она вступила всвязь с боевым эльфийским магом по имени Ноддава...— Я давно обратилвнимание, что имя Ноддава не похоже на эльфийское. Две буквы подрядперед ударением более характерны для языка раччи, и я думал, что егородители поклонялись перед культурой этого погибшего народа. А сейчася понял: Ноддава — это же Аваддон, если прочитать наоборот!— Да, я, метаморф, принялоблик эльфа и назвался Ноддавой, перевернув своё имя. От нашего союзас королевой и родился ты. Король мог догадываться, что ты — неего сын по крови, но через три года от твоего рождения королеваВаланора была убита храмовниками-эльфами за поклонение Бездне, и тыостался единственным принцем и наследником престола. Когда пятьдесятлет спустя Азургерес пошёл священным походом на моё княжество, онпогиб. Правда, и я был убит.И ты стал сразу королёмИланом третьим и правителем княжества Аваддон. Велика ирония судьбы:твой приёмный отец вступил в бой с родным отцом и оба погибли,одновременно поразив мечами сердца друг друга.Никто не знал, что корольИлан третий и Фатагн — одно лицо. Как король эльфов ты издалновый указ о том, что королевство обращается в новую веру -поклонение Бездне и Фатагну как верховному богу. Треть эльфов принялимученическую смерть, сохранив верность светлым богам.— Треть. Но не все! Ты стал единымправителем княжества Аваддон, страны эльфов и островов Спрутов. Тебеслужили люди, эльфы и порождения Бездны. И вскоре ты открыл эльфамсвою сущность. Их уже не волновало, что ты не родной сын предыдущегокороля. Они не сомневались в легитимности твоей власти, ибо верховныйбог стоит куда выше обычного аристократа, пусть и такого, как король.Твои войска устроилисовместный поход на мир во имя Бездны на остальные страны, но былиразбиты. Храмовники вторглись в страну эльфов с требованиями к тебесдаться, обещая сохранить жизнь твоему народу. Но ты приказал имсражаться до последнего, и они послушались тебе, своему верховномубогу. В итоге все эльфы, включая женщин и детей, были вырезаныхрамовниками. Возможно, некоторые, не особо фанатичные эльфы, бежалииз страны и где-то прячутся, но говорить о том, что жива раса вцелом, нельзя.— И ты хочешь сказать,что виноват во всём я? Храмовники тоже виноваты в том, что вырезаливсех. Они могли убить женщин, бывших моими фанатичками, но маленькиедети ещё не имеют своего мировоззрения.— Успокойся, я уверен,что ты не виноват вообще.— Почему это?— Потому что я понял. Ты— не Фатагн.— А кто же я?— Ты — ангелБездны, ты — владелец амулета, но ты не Фатагн. Это я понял поцвету твоих глаз. Скорее всего, ты — один из потомков Фатагна.Вероятнее всего, Сардэк.— Да, Аваддон...Дед... Ты прав. Я — Сардэк, также известный как Шемеддон.— Почему ты представилсяФатагном?— Ты сам нас спутал.— И ты этимвоспользовался. Зачем?— Хотел почерпнуть какможно больше информации.— Я бы и так сказал. Но,полагаю, что раз ты — новый владелец Амулета, значит Фатагнотправился в Бездну на перевоплощение. — Я кивнул. — Икто же его туда отправил?— Моя мать, богиня Зара.— Что же. Она егопобедила.— Но ещё есть я. И нашедело живо. Я ищу твоей помощи.— Надеюсь, ты на сторонеБездны. Хотя, какая мне разница? Я давно мёртв, а тот я, что передтобой — всего лишь проекция, ожившие воспоминания.— Но твои воспоминания недолжны попасть в лапы врагу.— Ты прав. Но я не думаю,чтобы властитель Бездны стал союзником Абсолюта. Чего же ты хочешь?— Я — потомокДревнего и сын богини. Моя сущность Хаоса может быть упорядочена,если я захочу. И я хочу! Я хочу обрести силу Изначального Бога.— Из наших тебе мог быпомочь лишь Авузл, племянник Хейбара, Изначальный Бог, вернувшийся насторону Бездны. Авузл может быть найден в мире, известном как Элам.— Но мой дядя, бог Апионрассказывал, что Авузл мёртв, побеждён Зораном.— Зоран оторвал головуАвузлу, и тело его был съедено морскими чудовищами. Но голова Авузлацела. Тайные безднопоклонники Элама спрятали её в грот под Эльтоном,столицей страны Айрос. Голова Авузла ещё цела, и дух его, хоть иповреждён, жив. И он пробудится, если ощутит рядом родственную кровь.— Благодарю, дед. Яотправляюсь в путь. Но как мне покинуть этот мирок?— Выйди из комнаты ипросто закрой амулет, который на тебе.Я так и сделал.*** Когдая вернулся в спальню, то обомлел: там меня, помимо Цовинар, поджидалдядя Апион. -Что ты тут делаешь, дядя? — изумился я. -Я наблюдал за ситуацией сквозь потоки высших энергий Хаоса. Пока тыотсутствовал, войска Гхоралдона не пересекли границ твоего княжества,— ответил он. — Сначала я обрадовался, что они оставили тебя впокое, но они во главе с Гхоралдоном нашли обходной путь через Безднуи часа через два с небольшим появятся прямо у твоего дворца. Но гдебыл ты? Ты отсутствовал — и вот, внезапно, из ниоткуда появилсяв воздухе и шлёпнулся на собственную кровати! Что это за магия? Отсутствовал,а потом появился... Значит, путешествие в небольшой мироксостоялось в плоти и крови. Ярассказал дяде Апиону о том, где был, зачем туда отправился, и чтооттуда узнал. -Значит, направляемся в Элам, — ответил дядя Апион. — Я ужеподчинял себе Авузла, смогу и заново пробудить его дух. -Но у нас есть лишь два часа! -Сардэк, в разных частях универсума разная плотность магическогопотока. Плотный магический поток замедляет время, и в разных мирахоно течёт с разной скоростью. Пока тут у нас есть два часа снебольшим, но в Эламе у нас будет семь, а то и восемь часов. Пошли сомной! -Хорошо! — ответил я. ДядяАпион создал дыру в пространстве, которая оказалась порталом в другоймир. Проглядывался огромный белокаменный город на скале всубтропических широтах на берегу Эльтонского залива, что являетсячастью моря Сирен.Я шагнул в портал вследза дядей и мы оказались в портовом квартале. Потянуло родным запахомморской воды — море немного волновалось. Утро вступало в своивладения: под крики чаек из-за моря вставало алое солнце. Город былдвухъярусным: одна часть его, включая портовый квартал и дома обычныхграждан, располагалась внизу, а вторая, находясь на скале, нависаланад материком. Там располагались дома богачей и знати и главные храмыосновных светлых богов, которым поклонялись в Эламе. Верхний город инижний город, как в нашей столице. На улочках раздался запах сирени -похоже, настало время весны.На самом верху скалыстоял величественный замок из белого кирпича, окружённый шестьюбашнями. Я ещё никогда не видел такого грандиозного сооружения вмирах людей, как и такого города. К цитадели вели бульвары,вымощенные тем же белым кирпичом и засаженные пальмами, кипарисами,эвкалиптами и тигровой розой — хвойным деревом, увенчанныммягкими иголками и оранжевыми цветками.Ранее аналогичный замок,насколько помню рассказы дяди Апиона, принадлежал Зорану, богу Хаоса,родственнику дяди Апиона. А значит, и моему родственнику. Сияцитадель летала в воздухе, словно возвысившись над миром смертных -прямо над вулканом, находившемся в центре острова, ныне потухшимвулканом. Потом, после того как Зоран был разбит, по приказугенерал-губернатора штата Эльтон, Арктура Коринфоса архитекторывоссоздали его. Одним из консультантов здесь был сам дядя Апион, поприказу которого замок был отстроен без красно-чёрных шипов,характерных для Тёмного стиля эпохи Зорана.Два бульвара,пересекаясь, образовывали площадь. На ней стоял белый памятник самомуАпиону. Под памятником висела бронзовая табличка с надписью: "Боевомумагу Апиону Гранту, победившему в 1135 году Зорана и освободившемународ Айроса. В благодарность от сына, генерал-губернатора штатаЭльтон Арктура Гранта". -Арктура? Ты назвал его в честь генерала Коринфоса? ДядяАпион кивнул: -Верно. Уже второй генерал-губернатор Эльтона носит имя Арктур. И этонеудивительно: после того, как генерал Коринфос пришёл к власти, этоимя стало одним из самых популярных среди тех, что давали детям -причём как в Айросе, так и в других странах — уж оченьэффективным лидером он был. Конечно, более популярным именем сталомоё собственное. Но у нас, магов Ситтараса не принято давать именадетям в честь живых родственников. А в честь мёртвых -пожалуйста. Мой второй сын, Иллиндил, получил имя в честь твоегодеда. Сейчас он князь Солнцеградский. Выходит, местныйгенерал-губернатор и князь Солнцеграда — твои двоюродныебратья. Они родились от разных матерей. Одна была дочерью князяДрагомира, другая — простой магичкой. Жена князя Драгомира былаубита, не успев родить ему сына. В итоге престолонаследником стал я,муж его дочери.13После победы над Зораном я появлялся в Эламе инкогнито и при этомсчитался пропавшим без вести. Не хотелось появляться официально, таккак на меня возложили бы бремя власти, в то время как я путешествовалпо мирам, сражаясь с демоническими владыками. Через два года послебитвы при Эльтоне князь Драгомир умер. В итоге Иллиндил, прямой егопотомок, стал малолетним князем, а его мать Снежана — регентомпри нём. Тем не менее, я по-прежнему был престолонаследником, исчитался пропавшим без вести. Арктур, сын пропавшегопрестолонаследника, теоретически также мог претендовать на трон. А яне хотел, чтобы мои сыновья погрязли в междоусобицах. Сам знаешь, этачерта свойственна нашему роду. Поэтому я уговорил его мать переехатьс ним в Айрос, купив им дом в Эльтоне. И при его врождённой жаждевласти он добился высокого поста — стал генерал губернатором штата.И мы иногда устраиваемвстречи здесь инкогнито. Сыну иногда хочется пройтись по ночномугороду без охраны, надеясь, что его не узнают. А о моейбожественности здесь не известно, тут меня считают просто оченьсильным магом. Мы любим устраивать пикники здесь, у моей статуи.Забавно, что некоторые полагают, будто я погиб в развалинах дворца,упавшего шестьдесят лет назад в жерло вулкана — точь-в-точь послемоей победы над Зораном. Некоторые устраивают по мне поминки. Парураз, слегка сменив внешность, я выпивал тут за упокой собственнойдуши. Интересное занятие, примерно как молиться самому себе...— Шестьдесят лет назад?!Ты же двести лет как стал богом!— Ты меня вообщеслушаешь?! Тут время течёт в три с лишним раза медленнее. В Эламепрошло шестьдесят лет, в Маргардте — более двухсот. Пойдём замной. Вот здесь, — дядя показал рукой на пруд около скалы, — в гротезапрятана голова Авузла.Я осмотрел пруд: чистая ипрозрачная горная вода. Внутреннее же зрение показывало, что в пещерезапрятан колоссальный источник хаотических энергий, сущности Бездны.— И никто не знает? -изумился я.— Арктур знает. Но онтерпимо относится к культам Бездны, потому как всем нам известно, чтов самой Бездне ничего плохого нет.И, дойдя до берега пруда,мы нырнули. Проплыв небольшое расстояние, мы вылезли в гроте. Донёссязапах известняка и тухлой рыбой просоленной морской водой иподкопчённой местным жарким климатом. Стены подводной пещерыоказались органического происхождения: помимо отвердевшей извести ячётко проглядывал в них скелетики рыб и кристаллизованные, словнопромёрзшие в Коците, щупальца древней ископаемой медузы. Именно они иосвещали пещеру, позволяя разглядеть её строение. В центре же гроталежал череп гигантского существа, отдалённо напоминающийчеловеческий, но слишком широкий сверху. Одна лишь эта костяшкаоказалась размером с большую комнату.Дядя Апион подошёл кзаброшенной черепной коробке и принялся делать вокруг неё пасыруками.— Не-е так быстро! -раздался со стороны воды блеющий голос.Очередной козерогглубоководных джунглей?! Опять?! Что он тут-то делает?!— Я следил за вами сквозьБе-ездну, — продолжал козёл. Я — Аргат-Нируб, братАггот-Шураба. И я знаю, Аггот-Шураб не настоящий! Вы его подме-енили.Готовьтесь к сме-ерти, мошенники!— Проявляй уважение кДревним, — сказал я. — Ты, если не заметил, стоишь у могилывеликого Авузла, почитаемого вашей расой. Не вздумай нападать здесь инарушать святость этого места!— Пле-евать! -ответил козерог. — Я отом-мщу за брата!И бросился в атаку.Апиону ничего не оставалось как выставить в лицо этому козлу "козу"на пальцах. Поначалу я удивился, но потом заметил, что с пальцевмоего дяди слетели два столба чистой клатхи. Ударив в глазапорождения Бездны, они ослепили его, и он упал, схватившись заголову. Очевидно, она сильно болела.— Не хочу его убиватьтут, потому как останется труп, — сказал Апион. — А ты самсказал, что этого не должно быть в сем священном для Бездны месте.Впрочем... Я придумал, куда девать тело.Апион сделал лёгкий пасруками перед собой, и в воздухе перед нами материализовалась Марта,его фамильяр, зверобог, праматерь расы хаттуров, священная пантера. -Жр-ратва! — муркнула Марта. — Много жр-ратвы! И мясо, иррыба! Приэтих словах поверженный козерог задрожал от ужаса. -Этот вид не ест людей! — истерично завопил Аргат-Неруб. -Я много слышал про пантеру-праматерь! -А козерог глубоководных джунглей — и не человек, — ухмыльнулсяАпион. — Сожрёт целиком, не сомневайся. Чем сильнее маг, темсильнее и его фамильяр. С тех пор, как произошло моё обожествление, иона стала зверобогом. Теперь она куда сильнее — но и аппетит унеё просто божественный. Козёлвстал и, помня, где выход, вслепую пополз к нему. Марта прокралась заего спину и со звучным шипением, словно впитывая воздух, приняласьрасти, вскоре приняв размеры слона. По её шкуре, вспыхивая и затухая,прошлись синие искры. Мой дядя применил к Аргат-Нирубу приём, которыйможно было бы назвать подножкой, обладай козерог ногами. Тот сгрохотом упал. -Но съесть разумное существо! — вновь поднимаясь, проблеял козёл, -Властителя Бездны! Это безумие! -Безумие?! — засмеялся Апион, и глаза его фамильяра загорелисьзелёным огнём, в то время, как он сам занёс ногу для удара. -Это не безумие! Это — Марта! Апионрезким взмахом ноги толкнул козерога, и тот пролетел мимо черепа -почти через всю пещеру. Прямо в пасть зверобога, которая тут же сгрохотом защёлкнулась. Через некоторое время Марта, с шипениемуменьшаясь в размерах, облизала морду. Глава 17Боги Изначальные — Итак, родняАггот-Шураба более не помешает нам, — ухмыльнулся дядя Апион,оглядывая начисто вылизанную пещеру, — Марта постаралась на славу.Может, народ хаттуров, который она породила, и не стал совершеннымобществом, но жрать она любит и умеет. Она научилась временноувеличиваться в размерах. Совсем ненадолго, так что в бою от этойспособности прока мало. Однако, она может сожрать объект куда меньшееё изначальной массы — и долго оставаться сытой. А ещё она поглотилапусть и мелкого, но полноценного властителя Бездны, так что сталачуточку сильнее. А учитывая духовную связь между нами, мои силы такжевозрастут. Но — вернёмся к нашимоктопоидам. Нас оставили в покое, так что теперь продолжимспиритический сеанс. Призовём дух Авузла! — Постой, — возразил я.— Разве дух Авузла не отправился в Бездну на реинкарнацию? — Не всё так просто, -ответил дядя. — У каждого из нас несколько сущностей. Несколькодухов, или, если угодно, тел. У нас есть физическое тело, тонкоетело, ментальное тело, астральное и клатхическое. Первое -понятно. Второе — крепость твоего духа, насколько он защищён отсглазов и проклятий, насколько много здоровья он тебе даёт.Ментальное тело — твоя память, вроде того, что скрыто в твоёмамулете. Астральное тело — твоё Я, самосознание. У порожденийБездны оно отправляется на реинкарнацию, у остальных вместе сментальным идёт в рай или ад. Клатхическое тело — это твоимагические или божественные силы. Опытный маг может интегрироватьклатхическое тело погибшего бога в свою сущность — и занять егоместо. Так Зоран занял место бога Гашмана здесь, в мире Элам. Апион продолжил пасыруками. Его глаза загорелись синим огнём, и он произнёс громогласнымпотусторонним голосом: — О, Авузл Тёмный,заклинаю именем твоим! Приди в этот мир! Я стою пред тобой! Волеймоей да воспрянет вновь дух твой. Вернись в Элам. Наполни ментальноетело жизнью! Да, Авузл, воспрянь! Вновь в этой храме, стань передомной, богом Апионом, повелителем твоим! Да, Авузл Тёмный, приди! И Авузл пришёл.Полупрозрачный дух возник в воздухе над собственным черепом. ПризракДревнего с головой, увенчанной рогами. Внешне — копия Хейбара,только размером поменьше — с человека. — Явился по твоему зову,владыка Апион, — произнёс он трубящим замогильным голосом. -Зачем ты призвал меня? — Необходимо, Авузлтёмный, чтобы ты научил Шемеддона, твоего дальнего родственниканавыкам изначальных богов. — Как прикажешь, господьАпион, — ответил Авузл. — За неделю я обучу его основнымспособностям. — Недели не хватит! -произнёс я дрожащим от волнения голосом. — Уже черезсемь-восемь часов мой враг вторгнется в мою цитадель. Мне надопобыстрее овладеть навыками Богов Изначальных, пока неприятель непоявился возле моего порога. — Есть и ещё один способобучения, помимо утомительных тренировок и зубрёжки, — сказал Авузл.— Он доступен нам, властителям Бездны. Всем нам, порождениямБездны, доступна память крови. Мы можем, если покопаемся в ней,пережить все события жизни предка как свои. Тогда мы учимся всемнавыкам, используемым предком. — Но я не твой потомок,Авузл, — сказал я. — Не прямой. Но я -племянник Хейбара, значит, ты — мой внучатый племянник. Нашакровь родственна, и если я наполню твою кровь своим ментальным телом,ты сможешь синхронизировать мою память со своим телом — иполучить новые способности. Пока ты будешь несколько часов спать, тыпроживёшь тысячи лет моей жизни — и наполнишь свой опытнавыками Богов Изначальных. — Начинай, Авузл Тёмный. Я ощутил, что дух Авузлавходит в меня. Наши ментальные тела объединяются. Кровь в моих венахпревращается в жидкую энергию. Это — ни что иное, как сущностьБога Изначального. Эта энергия вместе с кровью наполнила моё тело.Она дошла до мозга. Ощущение великой силы наполнило меня, в то жевремя мешая сосредоточиться на том, что происходит вокруг, здесь исейчас. Множество ярких образов промелькнуло перед моим разумом.Сосредоточившись на них, я обнаружил, что засыпаю, и что я перестаюосознавать себя как себя, Сардэка. Во сне я пережил всемоменты жизни Авузла. Его память стала моей памятью, и я ощутил, чтобыл им, наши личности временно смешались. Я был Авузлом, сыномШуррухтума аки Шуррухта. Примерно пятьдесят тысяч назад мои родители,только вышедшие из юного возраста властители Бездны, перешли насторону молодой сущности — Абсолюта — и многие годыправили миром. Мы родились Триадой, тремя богами Элама. Моимибратьями были боги Сканда и Гашман. Я, Авузл, был хранителемравновесия, сохраняющим мир. Гашман был движущей силой от хаоса Огня,будущей Геенны, он разрушал мир. А Сканда, представитель Абсолюта,его творил. Но нельзя считать, что Сканда был добрым, Гашман -злым, а я, то есть Авузл — нейтральным. Хаос Гашмана такжедавал людям свободу, в то время как Сканда также ограничивал людей.Гашман уничтожал только лишь всё плохое и неудачное в Эламе. Когда мы были детьми,Шуррухтум рассказывал нам о своём происхождении. За долгие десяткимиллионов лет до нашего рождения в Универсуме существовала однаразумная раса — раса прямоходящих октопоидов, котораяэволюционировала от обычных осьминогов где-то в глубоководныхджунглях на девятом уровне Бездны. Они поклонялись самой Бездне какВысшему Разуму, Единому Богу. Жизнь расы была устроена примерно как уобщественных насекомых. Имелись касты солдат, рабочих и псиоников -телепатов и телекинетиков, самых первых магов. Самым главным в каждомгороде на девятом плане Бездны был оверлорд, высокий и крылатыйоктопоид-псионик, способный телепатически командовать своими рядовымисобратьями. Оверлорд был для колонии октопоидов примерно тем же, чтои матка для муравьёв или пчёл, только мужского пола. Были оверлордыполигамны, они оплодотворяли самок всех каст. Их дочери вылуплялисьиз яйца псиониками, а сыновья — молодыми оверлордами, сразувзрослыми, как и все потомки октопоидов. После смерти верховногопсионика сыновья сражались за его трон, и побеждал сильнейший. Покаоднажды оверлорд по имени Кадат не завоевал остальные города девятогоуровня и не провозгласил себя их повелителем. Кадат стал называтьсебя Владыкой Бездны. Октопоиды принялись молиться ему как живомубогу, наместнику Высшего Разума, после чего он, получая от молитвэнергетическую подпитку, стал сильнее физически, развил ещё большеспособности псионика и открыл стихийную хаотическую магию, покоривводу, манипулируя ею с помощью телекинеза. Сама Бездна признала егоВладыкой и наделила новыми силами, включая возможность лично с нейобщаться телепатически. Бездна нарекла Кадата своим ангелом, то естьпосланником, наместником на своём девятом плане. Затем он научилсамых талантливых из октопоидов стихийной магии. Кадат научилсяпутешествиям между мирами — уровнями Бездны. Вся магия водыпроисходит из Бездны, а порождения элементалей или создание потоковиз этой стихии в случае отсутствия рядом водоёмов — на самом деле -призыв воды из Бездны путём создания мини-порталов. Даже владыкиБездны и боги не могут обойти закон сохранения материи.Кадат подчинил своей волемогущественных тварей Бездны, и на суше, возвышаясь над городами,построил циклопический замок, который назвал собственным именем.Отныне он назначил наследника, чтобы остановить междоусобицы междупотомками. Не то, чтобы их это остановило после смерти, но количествопретендентов на трон Ониксового замка приуменьшилось. Всебезоговорочно признали власть Кадата: одно дело — простосильный самец, а другое — сверхъестественное существо,наместник Единого Бога. Сын Кадата, чьё имя до нас не дошло,унаследовал божественные силы отца. Эта божественность передаваласьот отца к сыну — и в то же время накапливалась за поколения.Могущество Владык Бездны росло. С возрастом они увеличивались вразмере, и стали многократно дольше жить. Владык, достигших рубежа впять-шесть тысяч лет, стали величать Древними, а молодых -ангелами Бездны. Они научились также порождать детей и без участиясамок. Они разошлись по мирам, забрав с собой октопоидов и заселивими разные уровни Бездны. Владыкам там молились как богам. Замиллионы лет намоленной силы у Древних стало так много, что онинаучились творить собственные миры за пределами Бездны — иназвали их Внешними мирами. Одним из ключевых миров у октопоидов быламаленькая планетка, почти полностью покрытая океаном, снезначительными островами и архипелагами. Небо над ней часто былопокрыто тучами, и солнце редко сияло над ней. Она получила от Древнихназвания — "Мир тысячи островов" и Хуф Шакхра -"Сумеречная Гавань". Позже новые боги перевели этоназвание на свой язык, переименовав мир в Маргардт.Вследствиемногочисленности потомства у Древних, если бы сила разделялась междуними поровну, они бы лишились всемогущества. Бездна нашла из этоговыход: перед смертью Древний выбирал себе наследника из потомков. Ктому моменту, как потомок достигал возраста во многие тысячи лет, онпостепенно приобретал силу предка, и продолжал накапливать новую.Если же потомок был убит иными претендентами, то Бездна одариваласилой победителя, руководствуясь принципом, что править долженсильнейший.Раса октопоидовразделилась, касты эволюционировали в разные виды. Псионики сталихуфутами, рабочие — эшхарготами, а солдаты — гхартаками.Как я уже знал, наземные расы происходят от них же. Этим иобъясняется то, что человеческие женщины могут забеременеть от ангелаБездны, а от обезьяны, например, не могут: и люди, и ангелы Бездныпроисходят от древней прарасы октопоидов, и по сути являются дальнимиветвями одного дерева. По той же самой причине люди и эльфы способнодавать потомство между собой.В Бездне в результатеэволюции появилось ещё великое множество разумных рас. И среди нихпоявились и собственные властители. Но первенцами Бездны былиоктопоиды, и именно их властители, Древние, в большинстве случаевбыли Верховными среди владык Бездны — прямые потомки Кадата помужской линии.Среди миров, сотворённыхДревними, был Элам. И много поколений властителей Бездны царствовалинад ним. Моим отцом был Древний, старший брат властителя БездныХейбара Шуррухтум. Во времена юности этого властителя Бездна создалаАбсолют — новую сущность, которая должна была помочь творитьмиры и новые расы, рассортировывать сущности и превращать полный Хаосв Хаос ограниченный, где должны действовать законы — в томчисле и законы Бездны. Но Абсолют взбунтовался,и некоторые Древние перешли на его сторону — и стали богами. Ихсущность подверглась влиянию порядка, и они с Абсолютом усилили другдруга, так что вскоре он стал равен Бездне. Первыми из детей Бездны,перешедшими на сторону Абсолюта стали ангелы Бездны, которым за этобоги дали наименование Перворождённые. Абсолют рассказывал своимжрецам, будто он — Первопричина, изначальная вселенскаясущность, создавшая мир из ничего, создавшая их ничего Хаос ипривнесшая в него порядок. Шуррухтум рассказывал нам, что этонеправда, что Абсолют приписывает себе всемогущество, которым насамом деле не обладает — но знали это только Боги Изначальные.Жена Шуррухтума, Хэйя,также была властительницей Бездны — и стала богиней. В миреЭлам, коим мы правили, было три континента — Айрос, Дейлос иЭквитания. Когда-то существовал один небольшой материк, Пангея, но темиллионы лет, что Эламом правили властители Бездны, и большая частьжизни находилась в воде, в единственном океана Элама — океанеШтормов, он был почти необитаем. Лишь самые смелые эшхарготыколонизировали эту территорию, но большинство возвращалось обратно вподводный мир: в мире наземном было почти нечего есть. КогдаШуррухтум перешёл на сторону Абсолюта и превратился из властителяБездны в бога, он занялся упорядочиванием форм жизни, а заодноувеличил Пангею, превратил её в суперконтинент, подняв множествоземель со дна морского. Через тысячи лет он разделил её на три части,чтобы на континентах были более разнообразные экологические системы.Тогда я научился основным способностям Богов Изначальных -гигантизации, то есть возможности увеличивать собственные размеры внесколько раз и мастерству мгновенной телепортации в пределах родногомира.И тогда, в детстве, я имои братья научились способности упорядочивания — превращенияпорождений Бездны в созданий суши, животных и разумных существ. Вюности я ставил эксперименты над животными, упорядочивал и создавалновые виды. Гашман также занимался упорядочиванием. Он создал изразумных ракообразных расы инсектоидов, а из существ, родственныхрусалкам и сиренам — змеелюдов. После того, как Шуррухтумпокинул наш мир, мы выбрали себе континенты, которыми нам былосуждено править: Гашман — Айрос, над которым он уже работал,Сканда — Дейлос, а я — Эквитанию. Расы, созданныеГашманом, стали его прихожанами, а мы со Скандой стали правитьнародами людей. Он стал божеством кочевников с бескрайней степи,известной как Гэнни-Джун, а я взял под покровительство гордый имудрый народ эквитанцев. Моими наместниками стали Перворождённые,прибывшие из мира, известного как Эрта.Мы выбрали специализации.Я стал богом воды, Сканда — небесного огня, а Гашман выбралмолодую стихию — Хаос Геенны.Я построил великуюстолицу в городе Олимпус, на самой высокой горе Эквитании. Мойхрустальный замок возвышался над всем миром — и соперничал сцитаделью Гашмана на загашенном силой его воли вулкане в Айросе.Цивилизация эквитанцевразвивалась под моей протекцией. Не без помощи Перворождённых онипостроили величественные города из хрустальных башен в формемногогранников. Эти города простирались на десятки лиг во все стороныи блестели под лучами солнца всеми цветами радуги. Столица и иныекрупные города имели идеальную геометрическую форму — круга,квадрата или шестигранника. В центре каждого из них находился дворецархонта, правителя области, возвышаясь над остальными башнями, какони на фоне обычных домов, коими изобиловали мелкие городки. В каждомгороде на высоких стелах стояли статуи Перворождённых, пантеонаЭквитании, и, естественно, самая высокая статуя была моей. Я тогдавыглядел как высокий крепкий мужчина с кучерявой бородой и создоровенным трезубцем. На раскрашенных статуях я был запечатлён впарадном обличии: серебристой тоге и с позолоченным обручем наголове. В мелких городках не было таких колоссальных башен, зато ихукрашали многочисленные храмы, увенчанные мраморными колоннами.Подобно их покровителям,Перворождённым, эквитанцы создали астральные корабли для перемещенияпо мирам. Астралонавты Перворождённых заселяли далёкие уголкиУниверсума, неся нашу цивилизацию отсталым народам и племенам. Черезнесколько тысяч лет Перворождённые оставили Элам, отправившись намежмировую войну с демонической империей Укбуфур, оставив власть надЭквитанией людям. Те же, подобно своим бывшим покровителям, самипринялись колонизировать земли в иных мирах. Также они основываликолонии на других континентах Элама, не заселённых народами другихбогов. Это были колония Вингийа в Айросе и Илуния в Дейлосе. Там оницивилизовали местных людей и нелюдей. Долгие тысячи лет всёбыло хорошо. Пока Сканда, бог небесного огня не принял решения статьединоличным божеством всего мира. Он прокрался во владения Гашмана иубил его, а сердце его вырвал и закопал в вулкане. Последние слова,услышанные Гашманом, были такие: "историю пишут победители,брат мой. Потомки будут думать, что ты, последователь Хаоса, былзлодеем, а я — светом добра и справедливости". Эти словаСканда передал мне, когда вызвал меня на бой в Гэнни-Джуне. Там яотрубил ему голову, и он произнёс, умирая: "я проклинаю твоюстрану, Авузл. Силой моего последнего слова, да пойдёт она ко дну!"Я отрубил Сканде голову и вскрыл черепную коробку, достав мозг. Ясказал: я тоже проклинаю тебя, Сканда! Пока жив твой мозг, ты неможешь восстановиться и не можешь отправиться в Бездну наперерождение. Это послужит тебе хорошим уроком. Предрекаю тебе, чтолишь через долгие тысячи лет, когда из иного мира придёт герой,Избавитель, ты освободишься от своей кары!" Я заточил мозг Сканды водной из пещер в степях Гэнни-Джуна. Но надо было что-то делать сЭквитанией, за судьбу которой я нёс ответственность. Замуровав пещерус мозгом моего падшего собрата, я телепортировался к родным берегам.И вовремя: именно тогда волей предсмертного проклятия Сканды мореначало подниматься. Я применил всю возможную силу бога морей, чтобыостановить великий потоп. Он замедлился. Там, где подымались волны, япородил встречные волны. Они большей частью гасили цунами, грозившиеуничтожить Эквитанию.Но тем не менее, уровеньводы поднимался. Я не мог одновременно быть у всех берегов своегоконтинента и подавлять все волны сразу. Помимо цунами и штормов намой континент надвигались землетрясения. Способствовали и изверженияподводных вулканов, посланные перед смертью Скандой, богом огня.Целые тектонические плиты крушились и шли под воду. Люди всёпродолжали погибать, а города — рушиться, при этомвеличественные центральные города стирались с лица Элама кудабыстрее, чем маленькие городки: каменные и мраморные домики стояликрепко, а высотные хрустальные многогранники быстро крушились.Вулканический пепел оседал на города, и люди задыхались от него. Моисилы не могли оживлять тех, кто уже отправился в Бездну наперерождение, однако, я мог делать абсолютно здоровыми тех, кто ужебыл при смерти, благо после остановки сердца мозг живёт ещё пять-семьминут, а значит, душа ещё не покинула тело. Я мог выращивать людямновые конечности взамен утраченных или утерянных и новые органывместо повреждённых.Уже тогда многие городаиз хрустальных башен были уничтожены. Перворождённые помогалиэквитанцам эвакуироваться. А городской глава Олимпуса, Атлантосэвакуировался со своей семьёй и всей столичной аристократией в иноймир как раз в то самое время, когда его хрустальный дворец рушилсявместе с моим. Иные боги рассказывают, что в том мире, где оселАтлантос, он нашёл племя дикарей, стал его протектором, цивилизовалего и научил своему языку. В том мире известна история о величии игибели Эквитании, только там она известна под другим именем. Тамошниелюди назвали её именем своего покровителя, Атлантоса. Позже людиискали легендарную затонувшую цивилизацию — с предсказуемымрезультатом: они забыли, что та находилась в другом мире. У меня же оставался лишьодин выход: вернуться туда, откуда происходят все боги — вБездну. Попросить у Бездны прощения за грехи отца, отошедшего от неёи ставшего богом, и надеяться, что она примет своего блудного сына -и его народ обратно. И Бездна приняла. Онадала мне изначальный облик — форму Древнего. И через менядаровала эквитанскому народу дар жизни подводной: каждый из них,поклоняющихся мне, в случае утопления перерождался в эшхаргота.Пускай это и не спасало от вулканического пепла и сдвигатектонических плит, но значительная часть обитателей затонувшихтерриторий выжила. Я мог не только упорядочивать порождений Бездны,но и напротив — возвращать к изначальному облику сухопутныхсуществ.На высоких горах, ставшихостровами, находились племена пастухов, оставшихся людьми. На местевеличественного континента остался небольшой архипелаг, окружённыйновым морем, морем Кораллов. Раньше в Эламе был один лишь океанШтормов. Море кораллов, Синее море, Акбашаново, Гэнни-джунское иЗелёное, слившись в результате катастрофы, дали жизнь новому океану -Эквитанскому.Эшхарготы были надёжнозащищены от вторжения толщей воды. Но я также создал барьер Хаосавокруг остатков Эквитании для защиты немногочисленных оставшихсялюдей от того, что творилось вовне. За несколько тысяч лет частьсухопутной фауны самостоятельно эволюционировала, развившись в новыевиды. Я вернул к Бездне многих из них, превратив в морских животных.В районе барьера я создал новые виды, которые должны были охранятьего от чужаков. Потом они расползлись и по всему Эквитанскому океану.Затем порождения Бездны расплодились и в море Сирен, Белужьем море иморе Кальмаров. Моими разведчиками в Эквитанском океане сталикракены. Теперь я оказалсяединственным богом в Эламе. Бремя ответственности за весь мир былослишком тяжело для меня одного, и я, оставшись покровителемэквитанцев-эшхарготов, призвал в мир других богов, следующеепоколение из Межреальности — Зевса, Аида и Посейдона. Онивременно прибыли в наш мир, и явились людям, которые стали импоклоняться. Я же оставался править расой эшхарготов. Более четырёхтысяч лет назад в Элам вошли демоны, желающие захватить континентДейлос и сделать своей новой базой. Я был слишком слаб, чтобысразиться с ними, к тому же я был протектором Эквитании. Триада быладалеко, и я призвал в Элам для защиты клан боевых магов — кланаСварога из Ситтараса во главе с Перуном. Клан Сварога, или какговорили мойренцы, местный народ, Сварожичи вступил в бой противдемонов. Я наделил Сварожичей божественностью, и они стали богамимойренцев. Хотя Перун и до этого был почти богом, так как богом былего отец Сварог, потомок Сытиврата, один из ситтарских архимагов.Остальные же были рады стать богами.Ещё через тысячу летдемоны вновь попытались атаковать Дейлос, но на сей раз их атакуотразил Велизар, местный воевода, явно происходящий от ситтарскихмагов. Это сражение вошло в историю Мойрении как битва при Светломполе.Ещё почти через дветысячи лет в мир вошёл иной бог — Искупитель. Некоторыеговорят, что он был воплощением самого Абсолюта, но мне в это неочень верилось. Это был светлый бог, но то, что он выдавал себя зааватар Абсолюта... По-моему, это самозванство. Тысячи лет я былпокровителем эшхарготов. Но я состарился, начал терять силы Хаоса и,скажем так, постепенно впадал в старческий маразм. Я был уже невеликим богом, а просто опасным чудовищем, пускай и полубожественным.Но тем не менее, эшхарготы мне поклонялись. Поклонялись мне и люди -культисты Хаоса с континентов Айрос и Дейлос. Ещё через некотороевремя я, подобно Хейбару, заснул. Тем не менее, сквозь сон я всёравно был способен ощущать порождения Бездны и командовать ими. Из-забарьера в Эквитанию прибыл могущественный маг. Я ощущал, что это -тот самый Избавитель, прекратил страдания Сканды, уничтожив его мозг.Значит, Сканда был прощён высшими силами. Этому магу наглости было незанимать: он пробудил меня и подчинил своей воле. А поскольку яправил тайными культистами Бездны и эшхарготами, те также подчинилисьволе этого чародея из-за Барьера. Мы направились на запад, гдесразились с хаотическим богом, наследником Гашмана. Тот использовалего сердце. И этот бог убил меня. Моя жизнь прервалась... Я проснулся. Я огляделсебя, свои руки и ноги. Я — человек. Некоторое время, пока моймозг справлялся с полученными объёмами воспоминаний за много тысячлет жизни, я вспоминал, кто такой я сам. Я — Сардэк, сынФатагна, наследник Хейбара. Полученные воспоминания Авузланакладывались на мою собственную личность. Я осознал, что тем магом,уничтожившим мозг Сканды и подчинившим Авузла был Апион, а богомХаоса, который убил Авузла, был Зоран собственной персоной, наследникГашмана. Далее я ощущал, что обрёл навыки Авузла. Я их никогда неиспользовал, но они настолько крепко держались в моей памяти, чтобыло ощущение, что использовал их именно я. И поэтому я знал, как ихприменять. Память крови Древних ирассказ самой Бездны вместе правильно разложили в моей картине мирамножество фрагментов мозаики. Было ясно, почему могут быть общие детиу людей с эльфами, орками, а самое главное — с Мал"ахХаргот. Этим же объяснялась и общность рас в разных мирах, и мучавшаяменя уже давно тайна возраста подводных городов. Магия элементарныхчастиц, указывая их возраст в миллионы лет, не врала. Ошибочными иложными были наши представления о мире. Абсолют и Боги Изначальныескрыли от смертных рас правду с целью повысить собственный авторитет.Но правду невозможно скрыть полностью: И намёки на первенствоБездны, Хаоса, водных миров — всё равно просочились в священныекниги многих религий: и про то, что мир был безлюден и пуст, и духАбсолюта носился над бескрайним океаном, и сотворил затем Абсолютсушу. Всё это знали Боги Изначальные. Знал и я, так как приобрёлзнания и навыки, по сути позволившие мне стать одним из них. О чём ипоспешил поделиться. — Дядя Апион, кажется, яобрёл способности Авузла. Я могу увеличиваться в размерах,упорядочивать порождений Бездны и наоборот — преобразовывать вних существ суши. Могу телепортироваться, могу исцелять абсолютнолюбые болезни и повреждения. — У тебя уже есть навыкиБогов Изначальных. Я чувствую, что ты можешь использовать их, но покане в полную силу. Для этого надо сначала стать богом. А для этого тыдолжен поглотить душу своей матери, вероломно предавшей всех нас итвоего отца.
