Маленькая пророчица одиннадцати лет из Коттбуса, что находится на полпути между этим местом и Франкфуртом на Одере, вещует конец света. Но ее возраст, ее детское невежество и громадное количество слушателей заставляют людей верить в ее слова (из письма Бернеггеру от 2 марта 1629 года).
Повторялась история из Граца и Линца: людей заставляли переходить в католичество под угрозой изгнания из страны. Их даже не разрешали хоронить по лютеранскому обряду. Привилегированное положение Кеплера лишь усиливало его одиночество. Он был пленником постоянных, настойчивых страхов относительно серьезных и мелких проблем:
Мне кажется что в воздухе здесь рассеяна катастрофа. Мой агент, Эекбрехт, из Нюрнберга, который занимается моими делами, не пишет мне уже два месяца. (…) Я беспокоюсь обо всем, относительно моих счетов в Линце, относительно распространения "Таблиц", относительно навигационной карты, за которую я отдал сто двадцать флоринов своему агенту, относительно своей дочери, относительно вас, относительно приятелей в Ульме (из письма Бернеггеру от 29 апреля 1629 года).
Понятное дело, что в Сагане никакой типографии не было, так что Кеплер вновь пустился в дорогу, чтобы добыть шрифты, оборудование и печатников. Это заняло практически восемнадцать месяцев из оставшихся ему почти двух лет жизни, которые он провел в Сагане:
Среди коллапса городов, провинций и стран старого и нового поколений, в страхе перед нападениями варваров, видя чудовищные разрушения очагов и домов, я вижу себя обязанным нанять печатников, не выдавая собственных страхов. С Божьей помощью я должен довести работу до конца, по-солдатски, отдавая приказы с вызовом, оставив заботы относительно собственных похорон завтрашнему дню (из письма Ф. Мюллеру от 27 октября 1627 года).
<p><strong>4. Лунный кошмар</strong></p>Когда в декабре 1629 года новый печатный пресс был установлен в жилых помещениях самого Кеплера, он включился (вместе со своим помощником, Бартшем, которого Кеплер запугивал женитьбой на своей дочери, Сусанне) в оплачиваемое предприятие: публикацию эфемерид[292] на 1629-1636 годы. Даже после того, как Рудольфовы Таблицы вышли в свет, астрономы по всей Европе соперничали друг с другом, публикуя эфемериды, и Кеплер тоже желал "участвовать в гонке", как сам он говорил, на построенном им же ипподроме. Но в создавшемся промежутке времени он начал так же печатать свой старинный плод собственных размышлений: Somnium[293] – сон о путешествии на Луну. Кеплер написал сие творение лет двадцать назад, и, время от времени, прибавлял к нему какие-то примечания, до тех пор, пока они не превысили оригинальный текст.
Somnium так и остался фрагментом чего-то целого; Кеплер умер, так и не завершив его; опубликовано оно было только посмертно, в 1634 году. Это самое первое произведение в жанре научной фантастики в современном смысле этого слова – в отличие от общепринятого типа фантазий-утопий от Лукиана до Кампанеллы. "Сновидение" оказало значительное влияние на последующих авторов межпланетных путешествий – начиная с Открытия Нового Мира Джона Уилкинса и Генри Мора вплоть до Самуэля Батлера, Жюля Верна и Герберта Уэллса[294].
"Сновидение" начинается с прелюдии, наполненной автобиографическими аллюзиями. Юноша Дуракотус живет со своей матерью Фьёлксхильдой в Исландии, "которую древние называли Туле"[295].
