Лис победил в заплыве и теперь подтрунивал над другом, который без сил плюхнулся в траву. Передохнув, парни поплыли обратно и выбрались на берег уже в сумерках. Чтобы не смущать Соню наготой, переоделись в кустах и явились к столу в чистых, но мятых футболках. Сияющие и довольные, как мальчишки. Глядя на их безмятежные лица и светлые улыбки, Соня с трудом подавила вздох. Им бы на велосипедах гонять, кружить головы девчонкам и учиться, а они вынуждены скитаться, выживать и кулаками отстаивать свою свободу.
Оголодавшие после купания парни набросились на еду. Муромец вцепился в колбасу, Лис с наслаждением откусил от бутерброда с красной икрой:
— Хорошо живут гадалки! Может, мне тоже салон открыть?
— А что, болтать ты горазд! — поддержал его Муромец, запивая колбасу яблочным соком из пакета.
Слово за слово, и разговор перешел к планам на будущее. Как заживут, когда победят Полозова, вернут себе свободу и доброе имя. Муромец признался, что с тех пор, как они побывали во дворе горящего общежития, он хочет стать пожарным и спасать людей. Лис, внезапно посерьезнев, заявил, что хотел бы стать полицейским — чтобы останавливать таких, как Кирилл. И Соня подумала, что его искусство паркурщика как раз пригодилось бы для погони по городу за подозреваемыми. А сама она призналась, что хочет вернуться в институт, закончить обучение и стать педиатром.
— А ты, Яр? — Вопрос задал Лис, но все трое уставились на молчавшего парня. Тот растерялся, как будто мысль о будущем не приходила ему в голову.
— Буду просто жить, — наконец ответил он, устремив взгляд на озеро.
И Соня поняла, что главная цель Яра — остановить отца, разрушить лабораторию, вернуть свободу лунатикам. А что будет дальше, он не загадывал.
На озеро опускалась ночь. Скатерть пустела, разговоры затихали. О завтрашнем дне не говорили, словно не хотели разрушать обыкновенную магию этого безмятежного вечера. И вот уже замерцали на поверхности темной воды первые звезды, а на фиолетовое небо из-за верхушек сосен томно выплыла громадная желтая луна.
Взгляды лунатиков магнитом устремились к ней.
— Какая большая! — поразился Лис.
— Совсем как в моем сне, — пробормотала Соня, не сводя глаз с неба. Она уже видела похожую луну в сне про алхимика. Тогда над спящим средневековым городом зависла такая же гигантская луна — поначалу желтая, а затем ставшая алой.
Луна скользнула чуть выше, занимая главенствующее место на небосклоне, и от центра озера к берегу вспыхнула, расстилаясь по воде, серебристая дорожка. Озеро засияло мягким светом, окутывая берега мерцающей дымкой. Никогда в жизни Соня не видела такой сказочной красоты.
Муромец шумно зевнул, зашуршал полиэтиленовой скатертью, сгребая в нее пустые упаковки из-под еды, и поднялся с земли:
— Отнесу мусор к машине… А знаете, я, пожалуй, там и переночую. Если никто не претендует. Соня? — Он покосился на нее, готовый уступить, но Соня быстро покачала головой.
Ночное озеро под звездным небом было так прекрасно, что ей не хотелось уходить отсюда.
— Лис? — Муромец окликнул друга.
— А чего я? — Парень не тронулся с места, продолжая сидеть на опустевшем покрывале. — Я не возражаю.
— Там места на двоих хватит, — многозначительно добавил Муромец и положил тяжелую ладонь на плечо Лиса.
Соня смущенно потупила глаза, поняв, к чему клонит Муромец. До Лиса дошло с опозданием, и он вскочил на ноги.
— Так бы и сказал, что один спать боишься, — насмешливо отозвался он. — Ладно, пойдем провожу тебя в кроватку и расскажу сказку на ночь.
Пожелав им спокойной ночи без комаров, друзья ушли, подшучивая друг над другом. Лес сомкнулся за их спинами, заглушая их голоса и оставляя Соню и Яра наедине.
Соня осмелилась взглянуть на Яра и увидела, что он смотрит на звездное небо.
— Теперь самое время. — Он поднялся на ноги и протянул ей руку. — Хочешь искупаться?
Соня несмело кивнула и вложила ладонь в его руку. Яр рывком поднял ее с земли, и звездное небо качнулось над ними. Соне показалось, что одна из звезд искоркой скатилась вниз и с тихим всплеском упала в озеро.
— Ты слышал? — Она взглянула в глаза Яра, и они показались ей черными омутами. Легкая небритость придавала ему мужественности, и Соне ужасно захотелось коснуться его щеки. Если бы только у нее хватило смелости!
— Что? — хрипло спросил он.
— Ничего. — Ее ладонь выскользнула из его руки. — Можно я пойду первой?
Яр кивнул и отвернулся к лесу, превратившись в каменное изваяние. Соня шагнула к берегу и рванула через горло футболку Кирилла. Она мечтала избавиться от нее весь день. Футболка упала к ногам черным комом и исчезла в темноте — как будто провалилась сквозь землю. По обнаженной груди пробежали мурашки — бюстгальтера на ней не было, он остался где-то в квартире Кирилла. Соня торопливо расстегнула джинсы, запуталась в штанинах и едва не упала.
— Ты в порядке?
Она резко обернулась на голос Яра, закрывая себя руками. Но нет — он даже не повернул головы, так и продолжал стоять каменным истуканом, повернувшись к лесу.
