– Так, давайте собираться и отправляться на поиски, – скомандовал Евгений. – Татьяна, ваше предложение разумно, поэтому мы его принимаем. Я обойду все номера, объясню, что случилось. Встречаемся внизу через десять минут.
Он вышел из гостиной. Вслед за ним двинулась к дверям Ольга, потянув сына за руку. Татьяна скрылась в кухне, что-то негромко сказала мужу, и он послушно пошел собираться, большой, широкоплечий, немногословный мужчина, выглядевший сейчас особенно смурным, словно сердитым.
Даша робко тронула Илью за рукав.
– Можно я попрошу вас ненадолго задержаться? Мне очень надо еще кое-что у вас спросить.
– Да, конечно. Мам, ты иди одевайся, я быстро соберусь, не переживай.
– Конечно, сыночек.
– Илья, я понимаю, что, возможно, мой вопрос покажется вам странным, но все-таки. Когда Паулина, Анна и Настя показывали свои импровизации, о чем они были?
Парень действительно выглядел удивленным. Но то ли он был слишком хорошо воспитан, чтобы огрызаться, то ли понимал, что при всей кажущейся глупости и неуместности вопроса ответ на него мог быть важен.
– Паулина рассуждала о том, что брак без любви является преступлением, и какое наказание за этим обязательно следует. Настя сыграла что-то на тему необдуманного проступка, за который потом приходится расплачиваться несоизмеримо дорого. А у Анны была сценка про отцов и детей, – послушно начал рассказывать он. – Ну, вы знаете, грехи отцов ломают судьбу детям… Она будто читала монолог женщины, которая не скорбит по поводу смерти своего отца, вызывая тем самым осуждение окружающих, но все равно не раскаивается. Если коротко, то примерно так.
Глаза у него вдруг расширились и стали похожи на два больших блестящих пятака.
– Ой, что же это такое получается! – воскликнул он. – Анна – та самая внебрачная дочь американца и ест себя поедом за то, что не скорбит по поводу его смерти? Да? Вы поэтому меня расспрашивали?
– Я и сама не знаю, почему спросила, – призналась Даша. – Илья, давай договоримся, что ты никому о своих догадках больше говорить не будешь, пока мы не найдем Сашу и не вернемся. Это может быть опасно, понимаешь?
– Сашка же была в комнате, пока мы разыгрывали сценки, – медленно сказал Илья. – Она тоже все видела, слышала и могла догадаться. Вы не думайте, она очень умная! И получается, она действительно могла попасть в беду, потому что, получив и обдумав информацию, решила действовать самостоятельно на свой страх и риск. Черт. С этой Анны нельзя глаз спускать!
– Илюша. – Даша нарушила свое давнее правило никогда не обращаться к малознакомым людям в уменьшительной форме. Обычно она считала это неуместным, но сейчас ей было наплевать. – Я очень тебя прошу, не делай скоропалительных выводов, никому ничего не говори и ради бога ничего не предпринимай. Сейчас главная задача – найти Сашу, а потом мы обязательно во всем разберемся. Женя разберется.
Собственное правило было нарушено во второй раз, но Даша даже не заметила, как только что впервые назвала Макарова Женей.
– Обещаешь? – требовательно спросила она у Ильи.
– Обещаю, – немного помолчав, ответил он.
За дверями слышались возбужденные голоса и шаги – гости усадьбы собирались отправляться на поиски. Надо поспешить утеплиться хотя бы немного – никакой особой одежды для долгой прогулки под холодным дождем у нее не было, не собиралась она ни на какую прогулку. Можно попросить у Михаила Евгеньевича брезентовый плащ, хотя их, наверное, уже разобрали.
Даша шагнула к выходу, но не успела, потому что в каминный зал вошел Евгений, буквально втолкнув туда же детей, которых держал за шкирку – двух мальчишек лет шести, тех самых, что жили на третьем этаже и все время кричали. Федя и Санька, кажется, так называли их родители. Отец пацанов, Роман Маслов, зашел в комнату вслед за Евгением и детьми.
– Вот, полюбуйся, – раздраженно сказал Макаров, – события разворачиваются так стремительно, что я за ними не поспеваю. Захожу я к Роману в номер, чтобы попросить его присоединиться к поисковой экспедиции, а он мальчишкам допрос с пристрастием устраивает. Смотри-ка, что он у них нашел.
Он отпустил воротник одного из пацанов, который тут же попытался броситься наутек, но был ловко перехвачен собственным отцом:
– Федька, стой тут. Пока не разберемся, никуда не пойдете.
Евгений тем временем сунул освободившуюся руку в карман и протянул Даше раскрытую ладонь, на которой лежали… – Она не поверила собственным глазам. – Часы Сэма.
– Откуда это у тебя? – спросила она изумленно.
– Так я же говорю, Роман у своих чадушек отнял.
– Роман. – Даша повернулась к молодому мужчине.
– Да бузили они, отбирали друг у друга что-то, чуть не подрались. Мне надоело, решил вмешаться, – охотно начал рассказывать тот. – Они, конечно, из-за всего ссорятся, но такого давно не было, вот и стало интересно. Испугался, не дай бог, что сперли. Они, конечно, никогда, но все бывает в первый раз. В общем, гляжу, а это часы. Дорогие. А вы говорили, что у вчерашнего покойника часы пропали. В общем, я испугался, конечно. А тут дверь открывается, и вы заходите.
