— Около Хоу, нашего поселения, в горе есть сеть пещер. Там, в одной из каменных зал, Нэндос когда-то устроили святилище… Особое место, куда ходили лишь по великим дням. Землетрясение унесло пару десятков жизней, и жрецы спустились туда, чтобы попросить предков о помощи. Но выяснилось, что подземный храм обрушился, открывая проход вглубь земли. Под Севером множество пустот…
— Эти пустоты не что иное, как обитель хейви… — тихо ответила я.
— Верно, так говорят. Но любопытных этот факт сдержать не смог. И вместо того, чтобы сразу же завалить вход в обнаруженные ниже пещеры, несколько смельчаков в них спустилось. Вернулся только один. Он и принёс гнильянку в Хоу, но тогда даже предположить подобное никто не мог.
— Так значит, этот человек… он был ведом темным духом? Как Сэндом?
— И как и Сэндома, его коснулся хейви, который никогда не бывал на поверхности земли, и вряд ли сможет подняться, слишком уж велика его чернота. Могущественная тварь, один из сильнейших видов. Тиррекус.
— Что?.. Хейви из сказок?
Повелитель темных духов. Первородный хейви. Слишком великое зло в глазах народов Севера, чтобы быть правдой.
— Сказки… Гнильянка тоже когда-то казалась глупой страшилкой, чем-то невозможным, но реальность оказалась куда более ужасающей, чем всем нам бы хотелось…
Повисло молчание. Я обхватила себя руками, надеясь, что это дурная шутка, но Иллиан не мог так глупо и странно шутить.
— Да, — продолжил наследник. — Тот первый зараженный… он изначально подчинялся воле темного духа. Был марионеткой с редкими проблесками разума, но люди часто так слабы… Несчастный молчал о заражении почти до самой смерти, а после неё его душа стала настолько заражена, что он сам… в каком-то смысле стал хейви. Мой народ с трудом смог его уничтожить.
— Так значит, и с Сэндомом тоже?…
— Ему, если так можно сказать, повезло. Темный дух не успел полностью поглотить его. Сэндом не стал хейви. Но его душа… не могла остаться целостной. Мы сами пока не слишком хорошо понимаем этот процесс, не имеем представления, как в этом случае помочь… Но мы точно знаем, что то, во что превращаются некоторые несчастные зараженные, порой может стать не менее опаснее хейви. Тело может не умереть в полном смысле этого слова. А значит, на земле появляется существо, которое является полностью физическим воплощением темного могущественного духа, который сам не выживет на поверхности. Воля тиррекуса рано или поздно дотягивается до каждого человека, в ком есть гнильянка, если её не лечить, а способы лечения были не отточены, клан действовал наугад. Более сотни человек из клана Нэндос обратились в то, что можно назвать лишь чудовищами. Людям пришлось убить тех, кто раньше был их братьями и сестрами, сынами и дочерьми…
Иллиан повел пальцем по ободку кружки. Его лицо казалось беспристрастным, но то было лишь маской.
— Так, значит, заразится можно лишь от того, кого коснулся темный дух? — тихо спросила я.
— Нет, но от него — быстрее всего. Тиррекус разумен, он знает, как скрыть внешние признаки болезни, и заставляет подвластных ему это делать.
— Но почему ты сразу не сказал мне, что источник заразы — человек?..
— Потому что всё куда сложнее. Источником мог быть и дух. Они тоже чувствительны к гнильянке, хотя заболеть ей могут лишь порченные духи. Скажем так, гнильянка — это эпогей порчи, то, во что она должна развиться и сама собой, но дух прежде умирает, если не соприкасается с гнильянка раньше, и тогда… Мы видим рождение хейви. Более того, у нас появились подозрения, что тиррекус действительно обладает способностью повелевать темными и порченными духами. После того как мы столкнулись с волной духов, целенаправленно стремящихся в Оби…
— Так вот значит как… А в Хоу такого не было?
— Нет. Это… пугает. Мне кажется что тот тиррекус, с которым мы столкнулись здесь, могущественнее устроившего эпидемию в клане Нэндос.
— И что же нам тогда делать?..
— Понять, что было источником, нужно было лишь для того, чтобы вычислить, где может оказаться очередной разлом, дорожка, которая привела в свое время будущий источник к тиррекусу. Мы смогли победить гнильянку, только когда мой дед с его братьями спустились в те проклятые пещеры. И ценой своей жизни убили повелителя хейви. Едва тиррекуса, ставшей причиной заражения, не стало, больные пошли на поправку. Пока он жив, всё остальное — лишь временные меры.
Чашка с горячим чаем в руках дрожала, я поставила её, чтобы не ошпарить пальцы.
— Значит, нужен разлом, — сказала, стараясь думать головой, а не поддаться эмоциям. — Вокруг Оби множество пещер. В Шепчущем лесу есть широкие глубокие ходы, уходящие одни хейви ведают куда, в горной гряде немало шкурников, куда местные обычно не спешат спускаться…
— Знаю, — кивнул Иллиан. — Предстоит много работы. Остается лишь просить о помощи предков, чтобы на это хватило…
Стук в дверь прервал мысль наследника. Громкий, настырный. Послышались протестующие голоса служанок.
— Это ещё что за… — пробормотала я.
Дверь распахнулся, и в комнату шагнул Мохак.