Промелькнул мимо памятный щит с рекламой о прелестях отдыха на Бизоньих озерах. Фрэнк резко затормозил, дал задний ход. Не открывая дверцу, выпрыгнул из машины, полез в кусты. Под кустами было сумрачно, грязно от размокшей земли. Он весь перепачкался, пока нашел коробку «Видеомонитора».
Лангер и Кьюсак ждали его, как и было условлено, у видеотекторного павильона станции техобслуживания. Ждали порознь. Кьюсак любезничал с двумя дамами под белым тентом кафетерия. Лангер стоял на тротуаре под солнцем, и в руках у него поблескивали бутылки. Заметив подъезжающий «Юпитер», он поставил бутылки у ног и подпер кулаками бока. В пестрой рубахе навыпуск и в светлых шортах он выглядел как боксер тяжелого веса, напяливший на себя одежду подростка; пот лил с него в три ручья.
– Жарища!.. – сказал он Фрэнку. – Ну… как дела?
Фрэнк молча перебросил «Видеомонитор» Лангеру, закрыл глаза и обессиленно откинулся на сиденье.
– Эта «корзина» с уловом? – тихо поинтересовался Лангер.
– Спрячь в карман, – не открывая глаз, пробормотал Фрэнк, – и не отдавай мне эту штуку, даже если я захочу отобрать ее у тебя.
– Понятно. Значит, не зря…
Фрэнк слышал, как Лангер выволок из кузова мопед и сказал Кьюсаку: «Отведи коня нашего чемпиона в стойло». Потом услышал, как забулькала вода. Усилием воли он открыл дверцу, вышел из элекара. В ногах не было привычной твердости.
Лангер, запрокинув голову, опорожнил бутылку из горлышка. Взглянул на товарища, поперхнулся.
– Ах, чтоб мне лопнуть!.. – проговорил он. – Хаста спустили с лестницы, а тебя, похоже, прямо через мусоропровод!..
– Что у тебя в бутылке? – спросил Фрэнк.
– Холодная минеральная.
– Полей мне на руки.
Лангер взял вторую бутылку, полил. Остаток вылил себе за пазуху, рыча от удовольствия. Фрэнк стряхнул воду с рук вялым движением и вдруг замер, уставясь на них, словно впервые видел. Лангер внимательно посмотрел на него. Фрэнк пошел в обход элекара. Машинально обогнул распахнутую дверцу, сел на край проема в кабине – между пультом и сиденьем водителя, – нажатием кнопки вскрыл дохнувшую холодом полость походного бара, вынул салфетку. Вытирая испачканные на коленях джинсы, он слышал, как вернувшийся Кьюсак сказал что-то Лангеру тихо и неразборчиво. Но ответ Лангера он разобрал:
– Оставь его в покое. Ему не до этого. Кстати, нам тоже… Ты, красавчик, и так слишком заметен в среде мирных граждан Копсфорта.
– Не остри, – отозвался Кьюсак. – В этот раз работа проделана, я бы сказал, на редкость элегантно… Ладно, поехали. Кто за рулем?
– Я за рулем. Чемпион сядет рядом со мной, ты сзади… Сели? Поехали!
Элекар набрал скорость, нырнул в тенистый радиус городского шоссе. По ветровому стеклу побежали отблески.
На окраине Копсфорта Лангер круто взял вправо, лихо прошел поворот. Мелькнул указатель: «Аэропорт 15 км».
«Юпитер» пожирал шоссейное полотно со скоростью авиетки.
«Работа была элегантной, – сжав зубы, думал Фрэнк. – На редкость».
– Ты чего приуныл? – Лангер подмигнул Фрэнку. – Взгляни на своего коллегу… – Он указал кивком на Кьюсака. – Шар земной катится в новую эру, а для этого субъекта жизнь продолжается в старом темпе.
Тронув несколько клавишей в нужной последовательности, Лангер выхватил из-под пульта зажим с бородавками ларингофонов, нацепил себе на шею. Перед ветровым стеклом вырос блестящий стержень антенны и, покачиваясь, засвистел в потоке встречного воздуха.
– Улей, улей, я пчела! Как прием?
– Как у невропатолога, – недовольно ответил голос Гейнца из пультового чрева. – Раздевайся быстрее!
– Ты, Задира, с нами поласковее. Мы на обратном пути, так что готовьте свою колымагу к старту.
– Это сделаем. Ты лучше скажи, что мне домой передать. Носорог и Восточный Журавль там от нетерпения уже по потолку вышагивают.
– Передай: болото прошли, хвосты не намокли, никто не простудился. Чемпион в седле. Домой везем корзину лягушек. У меня все. Конец.
– Понял тебя, пчелка, понял! Поздравляю! Конец.
Лангер выключил связь. Фрэнк покосился на исчезающий стержень антенны, сказал:
– Насчет корзины ты, наверное, зря… А впрочем, ладно. Пусть шеф переварит это заранее.
– Что он должен переварить?
– Я пустил камеру в дело без его ведома.
– Без его ведома… – Лангер бросил на Фрэнка сочувственный взгляд. – При мне Носорог разрешил ребятам из технической службы соорудить для тебя спецперчатки и выдать «Видеомонитор».
– Шутишь?..
– Напротив. Потому и сказал тебе откровенно, чтобы ты избавился наконец от иллюзий насчет вероятности шуток в нашей системе.
Фрэнк промолчал.
– Нортон не только личная твоя забота. Нортон – забота теперь всего земного сообщества. Вот и веди себя соответственно. Не надо все взваливать на свои могучие плечи. В том числе и нагрузку нравственных отношений. Эх, молодость!..
– Ничего, – сказал Фрэнк. – Говорят, это быстро проходит.
…Впереди, грациозно закинув искрящиеся рога на спину, с легкостью призрака мчался Звездный олень. Ветер донес его крик:
– Блеск Вселенной! Океаны Пространства!.. Когда тебя ждать на звездной дороге, товарищ?..
Фрэнк угрюмо смотрел сквозь ветровое стекло.
