Непроизвольно на пике злости пальцы сами стали сплетать огненное заклятье. Не для вреда, конечно. Чисто для обновления гардероба этой… модницы.
От пылающего магическим огнем шара ведьму спас Лукас, вовремя перехвативший мою кисть ладонью. Одно его касание и пламя тут же погасло.
Злыдень!
Мужчина дернулся, поймав мой красноречивый взгляд в ответ, но не отступил.
Флорентия не преминула сунуть ведьмовской нос между нами в попытке утолить собственное любопытство:
— А что ты делаешь у Лукаса, Ниэла? Гостишь, да?
— Ниэла — моя жена, — поспешил ответить за меня Лукас, пока я не ляпнула чего покрепче гномьего ругательства.
— О!
Она даже икнула от неожиданности, после, смутившись собственной несдержанности, жеманно прикрыла рот ладошкой. Удивление выглядело искренним. Нельзя же изумленно выкатить глаза по заказу?
— А что Агафтия тебе не сказала? — спросил колдун, продолжая держать меня за руку и сверлить непрошенную гостью хмурым взглядом.
Ну хоть явной радости ее появлению не выказывал и то дышать становилось легче.
— Верховная ведьма что-то об этом упоминала в письме, но, признаться честно, я ей не поверила, — как-то совсем потеряно пробормотала ведьма. Неужто расстроилась? Бедняжечка! — А как же… Ритуала единения перед ковеном ведь не было?
— Пока не было. Мы ждем, как я немного освобожусь с делами стражей.
— А-а-а… — даже воспряла духом стервь, вновь маняще заулыбавшись колдуну, но он быстро добавил:
— В долгий ящик откладывать не собираемся. Как только, так сразу.
Во время ответа он ободряюще сжал мою ладошку — на сердце потеплело. Я даже решилась отложить его показательную казнь. Так и быть, послушаю, что скажет в свое оправдание.
— О-ум-м…
Что? Съела?! Так-то! Получай!
Наблюдая за совсем скисшей мордашкой Флорентии, на сердце отлегло. Может, и правда, льотку сплясать? Когда-то, помнится, у меня недурственно получалось…
— А как же благословение глав рода?
— Будет, — уверенно кивнул Лукас. — О своем отце я не беспокоюсь, он против не пойдет, а вот Агафтия… Ты же замолвишь словечко перед верховной ведьмой за наш союз?
Флорентия подавилась воздухом.
— Д-да? — совсем неуверенно промямлила она.
— Ради лучшей подружки чего только не сделаешь, правда? — прищурился колдун.
Подтверждение от ведьмы не заставило себя долго ждать.
— Конечно.
Ей быстро удалось взять эмоции под контроль. Перекошенная гримаса сменилась милой улыбкой, лишь в глазах угадывалось недовольство. Скрыть настоящий настрой во взгляде сложнее всего. Недаром же говорят, что очи — зеркало души. А уж если внутри пусто и гнилостно…
— Поздравляю с союзом, Лукас, — эта улыбка все же напоминала болезненный оскал. — Ниэла. Долгих лет счастья вам.
Фальшиво! Не верю!
Я растянула губы в усмешке, а колдун ограничился кивком головы. То ли у него просто железная выдержка, то ли мужчина что-то задумал. Мне больше хотелось верить последнему.
— Предлагаю пройти в дом, — учтиво махнул в сторону особняка он. — Негоже гостей держать на улице.
— С удовольствием, — Флорентия небрежным жестом поправила волосы, привлекая внимание к изящной шее, украшенной дорогой нитью черного жемчуга.
С помощью магии Лукас заставил саквояж ведьмы плыть за нами по воздуху. Одной рукой он продолжал крепко держать меня за запястье, вторую — предложил этой гадине для сопровождения. Думаете, она отказалась? Как бы ни так! Уцепилась, едва вся не повиснув на моем мужчине. Еще, небось, и грудью не забывала потираться о его плечо. У-у-у! Ведьма!
Невозмутимости колдуна можно было лишь удивляться. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Точно вернулся тот каменюка, которого я совсем недавно пыталась расшевелить на эмоции.
Я дернула рукой в попытке освободиться. Так он меня и отпустил, как же! Крепкий зараза! Уцепился, словно клещ, а сам голову в сторону этой белобрысой гадины повернул и о собственных владениях рассказывает. Любезничает, видите ли.
Посмотрите только! Сама галантность! Аристократ до мозга костей. Тьфу! Противно!
Сама же ведьма расцвела буквально на глазах. Неустанно рассыпалась в комплиментах хозяину столь прекрасного поместья, да не забывала кокетливо ресничками хлопать. Наблюдая за этим фарсом я кипела от злости, едва сдерживая беснующуюся силу от смертоносного прорыва.
Вскоре Флорентия похвастала, что давно и успешно устроилась в столице, помощницей к главному магу Генриха ІІІ. Работа оказалась непыльной, да престижной. К тому же будни скрашивали балы и светские рауты, где ее красоте и положено блистать.
— Как же верховный маг его императорского величества Ниарон отпустил тебя? Неужто дел поубавилось? — поинтересовался Лукас.
— Отдыхать тоже необходимо. Это ты совсем себя не жалеешь, горишь на работе, а мы — простые смертные ведьмочки, предпочитаем веселье тяжелым будням.
Кто бы сомневался!
Еще с детства белобрысая стервь на любой труд смотрела с таким отвращением, что во рту становилось кисло.
— Конечно-конечно, — согласился Лукас. — Личный «глас истины» Генриха III нужно беречь.
Щеки Флорентии вспыхнули румянцем.
