— Тебе стоило бы задать этот вопрос себе. — Ответил Гейб. — Можешь вынюхивать вокруг моих братьев и меня все что угодно, но держись подальше от Ник.
— Дерьмо. — Росс перекатился на спину. — Точно помню, ты говорил это еще прошлой ночью.
— А сейчас хочу убедиться, что ты понял. — Ударив Росса, Гейб получил небольшое удовлетворение, но ему хотелось разорвать его на части за то, что тот унизил Ник и пытался использовать. — Потому что следующий раз станет для тебя последним.
— Ты серьезно собираешься прийти ко мне в дом, двинуть мне в зубы, а потом еще и угрожать?
— Уверен, ты станешь молчать. Хочешь знать, почему? Потому что ты не настолько глуп. Расскажешь об этом, и я постараюсь, чтобы весь гребаный мир узнал, почему я надрал тебе задницу. Уверен, что твое начальство в «Адвокате» хочет такого рода статью? О том, как ты используешь женщин? — спросил Гейб. — Я предоставлю им информацию, и это будет вовсе не та история, которую ты хотел бы обнародовать.
— Проклятие. — Росс закашлялся. — А про тебя еще говорят, что ты — самый спокойный и рассудительный из де Винсентов. Похоже, люди сильно ошибаются.
— Ошибаются, когда дело доходит до тех, кто мне небезразличен.
— А тебе небезразлична Никки? Двадцатилетняя с небольшим дочь твоих слуг? — Росс снова рассмеялся, и Гейб подумал, что, весьма вероятно, ударит сукина сына снова. Журналист опустил руку и приподнялся на локте. — Кто она для тебя?
Гейб знал, куда клонит Росс.
— Если я увижу хоть какую-нибудь статейку о ней, сочту, что за это ответственен лично ты.
— Я не собираюсь писать о ней. Она мне и правда нравится.
— А вот этого говорить не стоило, — предупредил его Гейб.
— Да? — Тот подтянул одну ногу к груди. — Начинаю думать, что моя теория о твоей семье верна.
— Меня не колышет, что ты там думаешь.
— А стоило бы. — Росс сел и стер ручеек крови, сочившийся из уголка рта. — Не думаю, что твой отец совершил самоубийство. Уверен, он что-то натворил, и один из вас убил его.
Утром в понедельник Никки сильно нервничала и дважды подходила к морозильнику, прежде чем сообразила, что пошла в кладовую за стейками к ужину.
Она не слышала вестей от Гейба с тех пор, как он проводил ее до дома в субботу вечером, и до сих пор его не видела. Понятия не имея, значит это что-нибудь или нет, девушка пыталась собрать разрозненные мысли в кучу и вернуться к работе.
По понедельникам она обычно протирала пыль с вещей, которыми никогда не пользовались. Никки сомневалась даже, что де Винсенты знали об их существовании.
Собрав волосы в хвост, она погрузилась в работу. У такого монотонного занятия существовал один недостаток: ничто не мешало ей обдумывать мельчайшие детали произошедшего в выходные.
А это было не совсем то, чего она хотела.
Как бы ни старалась она сфокусироваться на том, какой интерьер выбрать в свою милую квартирку, одобрение на которую она надеялась получить, и как бы ни переживала о решении подать заявку на место социального работника округа или поступить в аспирантуру, ее мысли постоянно возвращались к Гейбу.
Она даже хотела посильнее ударить себя.
Лучшее, что можно было сделать, — жить дальше, как будто ничего не случилось. Не самый простой выход, но самый разумный. Очевидно, Никки привлекала его физически. Она заводилась в его руках, но разница заключалась в том, что она воспринимала это как нечто большее, чем просто физическое влечение. Оно могло перерасти во что-то значительное, и не стоило этим рисковать.
Около полудня она пылесосила одну из неиспользуемых спален на втором этаже того крыла, которое занимали Люциан и Джулия. Роскошный ковер был совершенно чист, и Никки сбросила балетки и оставила их в коридоре. Она что-то напевала без слов в унисон гудению пылесоса, когда тот вдруг выключился.
Нахмурившись, Никки подергала переключатель, затем обернулась, оглядывая комнату. Шнур был выдернут из розетки.
— Странно, — пробормотала она, подходя к нему. Провод такой длины она вряд ли бы выдернула сама.
Чертов населенный демонами дом.
Никки воткнула шнур обратно, и пылесос взревел. Вздохнув, она развернулась и удивленно пискнула.
Гейб стоял на пороге, скрестив руки и прислонившись к косяку.
— Проблемы с пылесосом?
— Это ты его вырубил? — спросила девушка, поспешив к пылесосу и выключив его.
— Нет. Зачем?
Она, прищурившись, взглянула на него.
— Что он, сам выдернулся из розетки?
— Призраки.
— Не думала, что ты веришь в них.
Он пожал плечами.
— Никогда не видел ничего странного, но слышал достаточно, чтобы начать сомневаться.
Девушка сомневалась, дурачит он ее или нет, но отдавала себе отчет, что они совершенно одни на втором этаже в комнате с кроватью.
Никки вздохнула, сложив руки на ручке пылесоса.
— Мне нужно вернуться к работе, так что…
Гейб нахмурился.
— Все так и будет продолжаться?
— Не понимаю. — И это была правда. — Я должна пропылесосить эту комнату. Одну из пяти на этаже, которыми никогда не пользуются. Очень важно, чтобы я тут закончила.
Он улыбнулся.
— Почему?
