— Наверное, надо было принести ему грелку. — Давайте я принесу, — предложил Байкер.
— Когда мы его нашли, инспектор, а это было сразу после того, как вы уехали, — сказал Джеми, — у него на лице были не шрамы, а открытые раны. Они заживали прямо у нас на глазах.
— Ну, даже если он способен к самоисцелению, — сказал Тропман, вставая с края кровати, — мы должны отправить его в больницу.
Словно услышав волшебное слово, приводящее в чувство, Том шевельнулся. Такер увидел, что глаза старика больше не кажутся остекленевшими. Взгляд выражал боль, но впервые с тех пор, как все они собрались в этой комнате, стало ясно, что Том их видит.
— Не надо… в больницу, — прохрипел он.
«У него глаза человека, перепуганного насмерть», — подумал Такер.
— Вы больны, — сказал Тому Тропман, снова присаживаясь на край кровати. — Вам необходима медицинская помощь.
— То, что со мной… ни один… доктор… не исправит. — Глаза у него снова затуманились, и по телу пробежала дрожь. Старик, борясь с болью, с трудом заставлял себя говорить. — Мне нужно еще немного времени. Совсем немного. Тогда я избавлюсь от нее. От тени.
— От тени? — Такер опустился на колени у кровати, приблизив лицо к самым губам старика. — От какой тени?
— От тени смерти… Смерть оставила… во мне… темный след… Только Дом… может меня защитить… Но скоро… и он не сможет… Если вы лишите меня… Дома… я не переживу эту ночь.
— О чем он? — обратился к присутствующим ничего не понимающий Такер.
Тропман пожал плечами и посмотрел на Джеми.
— Я уже говорил вам, — напомнил Джеми. — Он считает, что на него покушается бард Талиесин из Уэльса. Давно умерший валлийский бард. Ну, тот, о котором Уильямс [90] написал поэму. А больше я ничего не знаю.
— Инспектор говорил мне о ваших соображениях, — сказал Тропман. — Но это как-то…
— Нет, — вдруг еле слышно произнес Том. — Это не бард! Я ошибался. Мой враг… куда страшнее. Он чуть не убил меня в Ином Мире. Застиг… врасплох. И убил бы, если бы я… не перенес себя… сюда. Я оставил вместо себя чучело… из сучков и глины. Но надолго это его… не отвлечет. О, как холодно…
— Но кто же ваш враг? — добивался Такер. — Кто вас так изувечил? Скажите, и мы его схватим.
Не страдай он так от боли, Том расхохотался бы. Он попытался снова объяснить, кто его преследует, но от боли и холода слова путались и он повторял одно и то же.
— Только не в больницу, — просил он. — Я чувствую, он близко. Скоро явится, и тогда меня никто не спасет. Ох, как холодно… Киеран, скажи…
Такер встал.
— Ну, что будем делать, Дик? — спросил он.
Тропман дернул себя за мочку уха. Переводя глаза с инспектора на Тома, он наконец принял решение.
— Оставим его здесь, — сказал он. — Пока.
— Значит, вы поверили в это мумбо-юмбо?
— Просто я стараюсь не поддаваться предубеждениям. — И, обращаясь к Джеми, Тропман спросил: — Мы очень помешаем вам, если останемся здесь? Я бы хотел быть рядом с ним, пока не удастся перевезти его в больницу.
— Нисколько не помешаете! — воскликнул Джеми. — Наоборот, будем только рады.
Он подошел к кровати и склонился над Томом.
— А Сару вы нашли? — спросил он. — Где Сара?
С минуту Том молчал. Потом крепко зажмурился, словно отгоняя от себя какое-то страшное видение.
— Где Сара? — воскликнул Джеми и схватил старика за плечо.
— Оставьте его в покое! — сказал Такер.
— Но он знает…
— Воробей, — вдруг громко произнес Том. — Она там… Скажите ей… пусть остерегается… холода. — И голос его снова замер.
— Пойдем. — Такер мягко, но решительно отстранил Джеми от кровати. Он посмотрел на искаженное мукой лицо Тома, покачал головой и спросил: — Что, черт возьми, ему мерещится? Как по-вашему?
— Он знает, где Сара, — попытался объяснить Джеми. — Надо добиться от него, что с ней!
— Что от него сейчас добьешься? — возразил Тропман и отвел Джеми к креслу. — Он же в лихорадке. Ничего, кроме бессвязного бреда, вы из него не выудите.
Джеми открыл было рот, но промолчал и лишь глубоко, со всхлипом вздохнул.
— А что это он говорил, будто ваш Дом его защищает? — спросил Тропман.
Джеми моргнул и, отведя глаза от Тома, поглядел на Тропмана. Вид Дика Тропмана почему-то действовал на него успокаивающе.
— Мы уже рассказывали про это инспектору, — устало сказал Джеми. — Сегодня утром что-то вдруг набросилось на Дом. Думаю, это было нечто, нанесшее ранения Тому. Откуда-то оно знало, что Том здесь, хотя мы сами об этом не подозревали, и вот это «что-то» пришло завершить свое дело. Единственное, что его удержало… знаете… я не могу объяснить, что это было: как будто сам Дом не впускал врага. Словно вокруг нас образовался какой-то невидимый барьер или заграждение, сквозь которое нападающий не мог проникнуть.
