Поскольку никаких неотложных дел, кроме еженедельных визитов к Мэтью Керсхолу, у Тисселя в Фане не было, он увел свой ковчег на восемь миль к югу и пришвартовал его под скалистым мысом. Если бы не беспрестанные музыкальные занятия, жизнь его можно было бы назвать идиллической и безмятежной. Море было тихо и прозрачно, как хрусталь; берег лежал совсем рядом, окаймленный серебристой изумрудно-зеленой и пурпурной лесной листвою. Тоби и Рекс занимали две комнатушки в носовой части ковчега, Тиссель обитал на корме. Время от времени он тешил себя мыслью о третьем рабе — точнее о юной рабыне, которая внесла бы аромат свежести и очарования в его повседневный уклад. Но Керсхол отговорил Тисселя от этой затеи, боясь как бы не угас его музыкальный пыл. Тиссель нехотя согласился и всецело посвятил себя шести инструментам.
Дни летели быстро. Ослепительный блеск закатов и рассветов, белые облачка и бирюзовая гладь моря, ночное небо, на котором ярко горели все двадцать девять звезд созвездия СИ-1-715 — все это радовало Тисселя и не могло ему наскучить. Поездки в Фан приятно разнообразили жизнь: пока Тоби и Рекс добывали еду, Тисселя потчевали советами и наставлениями в роскошном ковчеге Мэтью Керсхола. И вот теперь, спустя три месяца — послание, которое камня на камне не оставляет от привычного уклада: на Сирену явился Хаксо Энгмарк, преступник, безжалостный и коварный убийца!«…Заключение под стражу… привести в исполнение… провал недопустим… чрезвычайно опасен… уничтожить без колебаний…»
Умение бегать быстро не входило в число главных достоинств Тисселя. Уже через полсотни ярдов он, запыхавшись, перешел на шаг. Тиссель шел по низким холмам, покрытым белым бамбуком и черным папоротником; через поляны, желтые от травяных орехов; через сады и дикие виноградники. Прошло двадцать минут; двадцать пять… Тиссель понял, что опоздал, и ощутил неприятный холодок в животе. Хаксо Энгмарк уже приземлился и теперь, должно быть, движется в Фан этой же дорогой, навстречу ему… Но по пути Тисселю встретились лишь мальчик в шуточно-свирепой маске Хмельного Островитянина да две девушки — Красная Иволга и Зеленый Дятел; четвертым стал мужчина под маской Лесного Гоблина. Поравнявшись с ним Тиссель резко остановился. Что, если это Энгмарк?
Тиссель решил прибегнуть к хитрости. Он резко подошел к человеку и, глядя прямо в отвратительную маску, сказал на языке Внутренних Планет:
— Энгмарк! Ты арестован!
Лесной Гоблин непонимающе взглянул на него и пошел дальше. Тиссель преградил ему дорогу. Он потянулся было к ганге, но, вспомнив реакцию конюха, взял аккорд на зачинко.
— Вы следуете из космопорта, — пропел Тиссель. — Что видели вы там?
Лесной Гоблин протрубил в сигнальный рожок. Так на Сирене задирали врагов на поле битвы, сзывали животных, а порою даже бранились, грубо и непристойно.
— Куда я следую и что я вижу, касается меня лишь одного. Посторонись, иначе растопчу!
Лесной Гоблин двинулся вперед, словно намереваясь осуществить свою угрозу. Тиссель, едва успев отскочить в сторону, смотрел на его удаляющуюся спину. Энгмарк? Вряд ли. Так владеть рожком…
Придя в космопорт, Тиссель направился прямиком в контору Ролвера. Тяжелая дверь была полуоткрыта. На пороге показался человек в маске из тусклых зеленых чешуек, слюдяных пластинок, выкрашенного голубой эмалью дерева и черных перьев. Птица-Крачка.
— Сээр Ролвер, — взволнованно выпалил Тиссель, — кто сошел с «Карины Крузейро»?
Ролвер посмотрел на него долгим взглядом.
— Почему вы спрашиваете?
— Почему я спрашиваю! — вспылил Тиссель. — Вы же видели космограмму, которую прислал мне Кастель Кромартин!
— Ах, да, — сказал Ролвер. — Да, конечно.
— Мне ее вручили полчаса назад! — пожаловался Тиссель. — Я тут же кинулся… Где Энгмарк?
— Я полагаю, в Фане, — сказал Ролвер.
Тиссель негромко выругался.
— Почему вы не остановили его, не задержали — каким угодно способом?
Ролвер пожал плечами.
— У меня не было ни права, ни желания, ни возможности это сделать.
Тиссель подавил раздражение и сказал нарочито спокойным голосом:
— По пути сюда я встретил человека в ужасной маске — красная борода, глаза как плошки…
— Лесной Гоблин, — отозвался Ролвер. — Энгмарк привез эту маску с собой.
— Но он протрубил в сигнальный рожок, — возразил Тиссель. — Как мог Энгмарк…
— Энгмарк прекрасно знает местные обычаи. Он пять лет прожил в Фане.
— Но Кромартин ничего не сообщил мне об этом!
— Это всем известно, — снова пожал плечами Ролвер. — Энгмарк был коммерческим агентом до Велибуса.
— И они знакомы?
— Естественно, — хмыкнул Ролвер. — Но не вздумайте подозревать беднягу Велибуса в чем-нибудь страшнее фокусов со счетами. Уверяю вас, он не содержит приюта для убийц.
— Кстати, об убийцах, — сказал Тиссель, — вы не одолжите мне какое-нибудь оружие?
— Вы собирались взять Энгмарка голыми руками?
— Выбора не было. Когда Кромартин отдает приказ, он ожидает исполнения. И потом, здесь вы и ваши рабы.
