– Почему бы мне не облегчить вам задачу? – предложил Койот. – Черепаха! – позвал он. – Лучше высунь башку из панциря, пока мои ребята не вытащили ее не с той стороны.
Старый Босс высунул голову. На его морщинистой морде отражались все прожитые хозяином долгие сезоны. Он заговорил медленно и тихо, так что Койоту пришлось напрячь слух.
– Ты связался… не с той… черепахой, – проговорил босс. – Никто… не хамит… моим… Бешеным Шельмам. Переулок… принадлежит… нам.
– Уже нет, – пожал плечами Койот. – Пожалуйста, вели своим бугаям собрать все зерна и орехи в банковской сокровищнице.
– Накося-выкуси! – рявкнул Старый Босс Черепаха.
Койот одним жутким прыжком перемахнул со сцены на землю перед невежей. Опустил голову, подхватил старую рептилию в лапы и безжалостно затряс, буквально взбалтывая содержимое панциря. Затем положил черепаху на спину, поставил могучую лапу на беззащитное брюхо главаря местных бандитов и всем весом надавил.
– Как сильно, на твой взгляд, мне надо надавить, чтобы панцирь треснул? – поинтересовался он у черепахи.
Жители Вывихнутого переулка отводили глаза и прятали морды в лапах, лишь бы не видеть жестокой сцены. Всем им за годы жизни здесь доводилось страдать от лап бандитов, но наблюдать за таким – это уж слишком.
– Теперь ты велишь своей банде собрать для меня все до последнего зерна и орехи в этом переулке? – спросил Койот.
Кит не расслышал черепахиного ответа.
– Громче! – потребовал Койот.
– Давайте, – простонал старый гангстер. – Собирайте зерна!
– Слышали? – взвыл Койот. – Шельмы! За дело. Вы! – Он ткнул пальцем в Шина и Флинна Чернохвостов. – Назначаю вас ответственными. Поздравляю. Вы новые предводители Бешеных Шельм.
Окровавленные морды братьев расплылись в ухмылках.
– Если утаите хотя бы одну-единственную сушеную ягодку из сокровищницы, мои ребята споют вам еще одну песню. Усекли?
– От воя до щелчка, – ответили близнецы.
– Теперь заставьте свою банду собрать мою добычу, – приказал Койот.
Шин и Флинн взялись за дело с энтузиазмом новой власти.
– Давайте, парни, вы слышали того чувака, – обратился Флинн к банде.
– Певец из него так себе, но мелодию вы знаете, – добавил Шин. – Приступайте.
Свора дворняжек, птиц и прочих мрачных существ вопросительно заозирались, но постепенно один за другим двинулись сквозь толпу, заставляя торговцев, танцоров и игроков всех форм и размеров сдавать свои зимние зерна. Стайку белок отправили в сокровищницу банка вытаскивать зерна и орехи, уже сложенные на депозит.
Когда братья-еноты добрались до предпринимателей, поссум Ансель проявил дерзость.
– Зачем мы платили Шельмам за защиту, если они не в состоянии защитить нас? – требовательно спросил он.
Шин с Флинном опустили головы, на краткий миг испытав угрызения совести. Старый Босс Черепаха стонал на земле. Даже преступники гордятся своей работой, и Шельмам было стыдно, что их переиграл более жестокий разбойник.
– Просто сдайте добычу, – взмолился Шин.
– Чем быстрее вы это сделаете, тем раньше он с нас слезет, – добавил Флинн.
Поссум Ансель скрестил лапы на груди. Братья Чернохвосты зарычали, и барсук Отис тут же подскочил и встал рядом с другом. Койот обернулся и нанес Отису в грудь один-единственный удар лапа-джитсу. Здоровяк-повар упал на подставленные лапы двух выдр, тут же взявших его на удушающий захват.
Поссум Ансель при виде этого сразу грохнулся в обморок, следуя освященной временем традиции поссумов притворяться мертвыми.
– И сурочью смолу мы у вас тоже заберем, – сообщил Отису Койот.
Барсук нахмурился, но кивнул.
– Не слышу!
– Вы еще пожалеете, – проворчал Отис.
– Непременно! – улыбнулся Койот.
Из толпы раздался тоненький голосок.
– Многое может произойти между воем, что приводит нас в этот мир, и щелчком капкана, что забирает нас из него. – То был Мартин, предводитель церковных мышей, в яркой белой сутане, окруженный прочими мышами его религиозного ордена. – Справедливость таки постигнет бандитов, даже тех, кто думает, что будет сильным всегда.
– Ха-ха! – рассмеялся Койот. – Ты имеешь в виду легенды о Лунном Отряде, не так ли? Эти байки такие же тухлые, как твое дыхание. Кроме того, твои легенды не старше моих, мыш. И в моих легендах Койот всегда побеждает.
– Ты знаешь лишь те истории, которые тебе нравится слышать, – возразил Мартин. – А мы, мыши, знаем их все, даже те, которые койоты предпочитают забывать. Прошлое – это сырный круг, и оно катится и катится. Что было обгрызено однажды, будет обгрызено снова, и рано или поздно справедливость достанется всем.
Койот пожал плечами:
– В данный момент мне достаются ваши зимние запасы.
Он обернулся к горностаю в блестящем плаще, пытавшемуся незаметно затолкать себе в рот все свои зерна и орехи разом, полагая, что лучше съесть свое состояние, лишь бы его не отобрали.
Койот вырвал у него мешок и передал поджидавшему выдру. Горностай проглотил свой последний кусок еды.
