— Что-то подобное продолжалось, когда мы были подростками. Наш отец не придавал этому значения, но у матери начались с этим настоящие проблемы.
Она нахмурилась.
— Но почему? Звучит как обычные детские забавы.
— Они таковыми и были по большей части. Я хочу сказать, верь или нет, но не я протянул Мадлен первую банку пива или первую сигарету. Это были даже не ее подруги. Это был Дэниел. И конечно же, мама злилась. — Слабая улыбка коснулась его губ. — Но это случилось примерно за полгода до того, как Мэдди исчезла, и мама… Ну, ты знаешь, что с ней случилось, а Дэниелу было отказано от дома. Он и Мэдди снова убежали, и сестра пропустила до черта занятий в школе. Каким-то образом им обоим удалось добраться до Флориды. — Люциан покачал головой. — Я даже не помню, почему они это сделали, но в семье к этому отнеслись не очень… тепло. К тому времени Дев и Гейб были в колледже, в особняке оставались лишь Мэдди и я. — Опустив подбородок, он закрыл глаза. — Дев и Гейб полностью занимали отца, и когда они уехали, больше ничего не стояло между ним и нами. Даже наша мать.
— Вы не ходили в частную школу? — спросила она.
— Ходили, но это была местная школа. Мы возвращались домой каждый вечер и на выходные. Мы не жили там, как остальные ученики.
Джулия молчала, и когда он открыл глаза и посмотрел на нее, то увидел, что она уставилась на него. Их взгляды встретились, и он понял, что не может отвести свой в сторону. Да он и не хотел.
Боже, Джулия была красива. Понимала ли она это? В простом голубом медицинском костюме, с волосами, завязанными в узел, она была гораздо более впечатляющей, чем любое количество модно одетых женщин из «Красного жеребца».
Густые ресницы опустились, прервав взгляд. Она закашлялась.
— Итак, я полагаю, Дэниела обвиняли в дурном влиянии?
— Да. Когда Мэдди исчезла после смерти матери, мы решили, что она не смогла с этим смириться и убежала с ним. Он, конечно, отрицал, и я, возможно, был немного груб, когда имел с ним дело.
— Да неужто? — сухо ответила она.
Он сжал губы, опустил подбородок и потер его.
— Да, это так… Даже когда мы были младше, а Дэниел околачивался поблизости, Мэдди и я… Мы все же оставались близки, но когда стали подростками, между нами появилась дистанция, которой не было прежде. Я не знаю, может быть, это нормально. — Он уронил руку. — Как бы там ни было, Дэниел не имел на нее самого большого влияния.
— Но если он может помочь Мадден поправиться, может быть, стоит забыть о том, как они вели себя, когда были подростками? — предложила она. — Это могло бы пойти ей на пользу.
Может быть, действительно помогло бы. Что он знал к данному моменту? Только то, что ему удалось сделать так, чтобы Мэдди самостоятельно садилась.
Джулия склонилась вперед, поставив локти на колени.
— Есть еще нечто, что Дэниел сказал мне. Я даже не знаю, стоит ли мне говорить вам это, потому что я действительно считаю, что он может помочь Мэдди, но я чувствую, что должна, потому что… просто должна. — Она прерывисто вздохнула. — Дэниел…
— Предупредил тебя о нас? Сказал, что мы плохие или опасные? — завершил он за нее, потому что не похоже было на то, что она собирается продолжать.
Джулия закрыла рот.
— На самом деле да, что-то вроде того.
Он безрадостно хохотнул.
— Как я и говорил, я не поладил с Дэниелом. И никто из моих братьев не ладил. Он — семья, и я знаю, что Мэдди ему не безразлична, но он также полезен, как кабриолет в торнадо. Он не самый умный парень, и в последние несколько лет спустил оставленное ему отцом наследство.
Она выпрямилась.
— Его отец тоже умер?
— Умер лет семь назад. Отказ нескольких внутренних органов, — объяснил он. — Наш отец годами помогал Дэниелу деньгами, потому что, опять же, он — семья, но это прекратилось месяцев шесть назад. Скажем так, Дэниел начал клеветническую кампанию, чтобы положить конец всему нашему бизнесу.
— Вау, — пробормотала она, — ваша семья… не простая.
— Точно подмечено, — улыбнулся он, когда увидел на ее губах усмешку. — Я подумаю над тем, чтобы позволить Дэниелу приходить. Дев будет против, но нам придется мириться с этим.
— Уверена, это поможет. — Джулия бросила взгляд в комнату. Мэдди все еще рисовала. Джулия понятия не имела, над чем та работает. Для нее это были лишь красно-коричневые пятна, и выглядело это все как случайная мазня. — Я знаю, что вы не фанат своего отца, но мне жаль, что вам пришлось уйти с поминальной службы.
Он начал было говорить ей, что на самом деле это было благословение, но когда открыл рот, то впервые в жизни не смог найти слов. Он мог шутить над чем угодно, но, черт возьми, это не поменяет того, что случилось сегодня или случится завтра.
Он все еще думал о том, что сказал им Трой во время службы. Беспокойство за сестру и по поводу грядущего отчета не давало ему покоя.
Люциан чувствовал, что они не смогут дольше скрывать появление Мэдди, и когда это всплывет, люди начнут сопоставлять события. Они начнут думать о том, о чем, он знал, подозревали Дев и их дядя.
— Люциан? — позвала она тихо.
Отвлекшись от мыслей, он улыбнулся ей.
— Да.
Джулия буквально сверлила его взглядом.
