Доктор Флорес считал, что причина болезни Мадлен была психологической, физически девушка могла делать все, что и раньше. Существовали ментальные блоки, не телесные.
Закусив губу, Джулия наблюдала, как Мадлен продолжала работать коричневой краской. Через некоторое время женщина сменила цвет, выбрав красный, который напомнил Джулии бархат обивки кресел в комнате, где она сидела в день приезда.
Пока Мадден работала над рисунком, Джулия разрывалась между желанием поздравить себя за нестандартное мышление и неверием в то, что все это вообще происходит.
Но может быть, это был своего рода ключ, который однажды откроет, через что прошла Мадлен, и Джулии следовало воспользоваться им.
— Ты знаешь, где ты, Мадлен?
Ее рука замерла над холстом.
Надеясь, что не допустила ошибку, Джулия прерывисто вздохнула.
— Ты знаешь, что ты дома?
Мадлен начала рисовать снова, затеняя малиновым верхний край холста.
— Ты… знаешь, где ты была? — Когда Мадлен не ответила, но продолжила рисовать, Джулия потерла ладонями колени. — Все нормально. Тебе просто нужно знать, что тут ты в безопасности.
Кисть замерла, и, кажется, глубоко вздохнув, Мадлен повернула голову к Джулии.
Глаза женщины были распахнуты, зрачки сильно контрастировали со светлой зелено-голубой радужкой. Джулия резко вздохнула, когда прочла в глазах другой женщины страх. Она не могла ошибиться. Мадлен выглядела напуганной, и Джулия почувствовала, как внутри нее все завязалось узлом.
— Мадлен…
Джулия резко замолчала, когда увидела, как взгляд женщины метнулся ей за плечо. Покалывание разлилось по шее и спустилось на плечи.
Затаив дыхание, она развернулась на стуле. Ее сердце екнуло, когда она увидела незнакомца, стоящего у входа в спальню Мадлен. Тело Джулии среагировало инстинктивно. Вскочив на ноги, она встала между этим человеком и Мадлен, а ее взгляд метнулся туда, где лежал на прикроватном столике телефон. Проклятье, почему он был не у нее в кармане?
Страх охватил ее. Все ушли из дома, так что, кто бы это ни был, едва ли он должен тут находиться. Незнакомец не выглядел так, будто собирался выхватить пистолет и потребовать провести его к сейфу с золотыми слитками. Он был одет в голубую рубашку поло, заправленную в шорты цвета хаки. Она готова была ручаться, что на ногах у него были топсайдеры. Его одежда походила на излюбленный летний наряд богатеньких белых мальчиков. Хотя, опять же, она сомневалась, что, грабя дома среди бела дня, люди одеваются во все черное.
— Кто вы? — требовательно спросил человек, прежде чем она успела открыть рот.
— Кто я? — Шокированная, она сжала кулаки. Этот человек вламывается в дом и спрашивает, кто она?
Но было в нем что-то знакомое, хоть она и была уверена, что не видела его раньше. Он шагнул в комнату, и Джулия напряглась, а ее сердце застучало быстрее.
— Вы сиделка, — заключил он. — Они вас наняли, не так ли?
Она смогла лишь понять, что под «они» незнакомец имел в виду де Винсентов, но не собиралась отвечать ему.
— Я не знаю, кто вы и как попали в этот дом, но я вынуждена просить вас…
— Что? Уйти? У меня больше прав быть тут, чем у вас. — Он ступил в сторону, и Джулия сдвинулась, оставаясь между ним и женщиной, которая не могла защитить себя сама.
Человек остановился и прищурился.
— Вы действительно не знаете, кто я? Я Дэниел Габон.
Хотя она сомневалась, что большинство грабителей и серийных убийц представляются, она все же не почувствовала большого облегчения.
— Я не слышала этого имени.
— Конечно, нет, — горько вздохнул он. — С чего бы им рассказывать вам обо мне?
Ее взгляд снова метнулся к телефону, а потом обшарил комнату в поисках оружия, просто на всякий случай.
Затем весь его настрой изменился. Его плечи поникли, он покачал головой.
— Проклятье, я не пытаюсь напугать вас или быть грубым. Вы не сделали ничего плохого, и вы… Черт, вы понятия не имеете, во что ввязались.
Беспокойство Джулии стало сильнее.
— Прошу прощения, но я не…
— Я двоюродный брат Мадлен. Мой отец был братом ее матери, — сказал он, проводя рукой по коротким колючим волосам. — Я не хотел срываться, как сорвался только что, но я… — Он перевел взгляд ей за спину, и она поняла, что теперь он видит Мадлен. Мужчина едва слышно выругался. — Я был ошарашен, когда увидел ее… вас обеих.
Теперь она поняла, почему он показался ей знакомым.
В нем прослеживались некоторые черты Мадлен и Люциана… Нос и линия подбородка. Джулия также вспомнила, что сенатор говорил о двоюродном брате.
— Я правда не хотел пугать вас. — Он поднял руки, когда его умоляющий взгляд вернулся к Джулии. — Но я должен был прийти сюда сегодня. Я впервые был уверен, что
