— Смотри в стену, Кэмпбел, — велела она, выходя следом за ним. Стефани на ходу подобрала с пола ключи и продела руку в железное кольцо, потом поправила сползший платок. Она вспотела, хотя руки были холодные и липкие. — Теперь до конца по коридору.
Будем надеяться, что Райан все в той же ячейке. Господи, в этой темноте ничего не видно, свет идет только из двери оставшейся позади, да из-за решетчатых окон проникает лунный свет.
— Райан? — измененным сиплым голосом позвала Стефани, вглядываясь в темноту. — Ты где?
— Здесь… — Голос оборвался, но она его узнала. — В последней ячейке. Кто это?
В чернильной темноте послышалось звяканье цепи, жуткое, призрачное, и у Стефани волосы зашевелились на голове. Цепи? О нет…
— Друг, — ответила она напряженным голосом, надеясь, что Райан его не узнает и не назовет ее по имени. Весь план строился на том, что она неузнанной вернется в отель, как будто и не выходила из него. Полицейский медлил, и она ткнула его «кольтом» в спину. — Шевелись. Пленник в цепях?
— Да.
Стефани про себя застонала. Еще одна задержка — только этого им не хватает! У Билли мало времени, потом шериф поймет, что взрыв — это отвлекающий маневр. Она должна спешить…
— Скорее! — «Кольт» снова ткнулся в спину заместителя шерифа. Стефани сняла с руки кольцо с ключами и протянула их полицейскому: — Отпирай дверь, потом цепи.
— Я не могу…
— Помалкивай! — От волнения голос стал еще ниже и грубее, и в нем отчетливо слышался страх. — Лучше сейчас же открой, а то тебе придется жевать их зубами…
— Ладно, ладно! Только перестань тыкать в меня этой чертовой пушкой! У меня от нее уже яма в спине…
— Лучше яма, чем дырка…
Стефани сказала это так серьезно, что заместитель шерифа принял кольцо трясущимися руками. Ключ выскальзывал из вспотевших пальцев, за что он заслужил еще один тычок дулом револьвера, но все же открыл ячейку.
— Теперь цепи.
Кэмпбел быстро наклонился к ногам Корделла, чтобы отпереть цепи на щиколотках, но у него так дрожали руки, что это заняло драгоценные минуты. Наконец цепи с клацаньем упали, и, когда он собрался подняться, железный кулак ударил ему в висок, и он без сознания рухнул на пол.
— Зачем ты это сделал? — прошептала Стефани хриплым голосом. — Его следовало просто запереть в камере.
— Так и сделаем. Просто нам не надо, чтобы он 164 слишком скоро начал звать на помощь. Где лошади?
Райан быстро затащил Кэмпбела в камеру, связал за спиной руки его же ремнем, потом заткнул рот злополучного заместителя его же платком.
— Лошади? О, они за Северной церковью, оседланы и готовы. За этим проследила Лили.
— Умница Лили. — Райан замолчал, и в зыбком свете Стефани увидела, что он смотрит на нее. — Стефани?
— Да.
— О Господи! Идиотка! — Он схватил ее за плечи и стал трясти так, что голова болталась, как у тряпичной куклы. Она прикусила язык и вскрикнула от боли.
Райан тут же отпустил ее, но отобрал «кольт».
— Зачем ты это сделала? — свирепо прошипел он, толкая ее к выходу. — Тебя могли убить, но теперь твое хорошенькое личико будет глядеть со всех объявлений о розыске в округе пятисот миль.
Стефани отпрыгнула, тяжело дыша и глядя на него в упор в тусклом свете коридора.
— Я была в маске, видишь? — Она сначала защищалась, но потом, когда он презрительно фыркнул, в ней взыграла злость. — Черт возьми, ты неблагодарное животное, я просто старалась тебе помочь…
— Чем? Тем, что подставляла свою голову? Отличная идея, но я не хочу брать это на свою совесть…
— А разве у тебя есть что-то похожее на совесть, Райан Корделл?
— Может, из-за того, что я нашла тебя за деньги, я тебя недооценила, — начала Стефани, но ее речь оборвал шум на улице — револьверные и ружейные выстрелы. Стефани округлила глаза. — Это где-то близко…
— Это они! Надеюсь, твои длинные ноги способны не только на то, чтобы хорошо выглядеть, потому что сейчас тебе придется ими воспользоваться…
Райан увлек ее за собой в ярко освещенную комнату конторы. На деревянной вешалке висели оружейные ремни, он быстро нашел свой и сдернул его со стены. Сунув Стефани ее «кольт», он задул лампу на столе, и контора погрузилась в темноту.
— Сюда. — Он подтолкнул Стефани к двери. — Иди налево и за дом… Пригнись, дура!
Стефани согнулась и перебежала террасу. Вырвавшись на улицу, она побежала, держась как можно ближе к стене тюрьмы. Позади слышалось звяканье шпор Райана.
Раздался выстрел, и что-то прожужжало возле ее уха, как пчела. Где шляпа? Где-то потерялась, и платок соскользнул с носа и болтался на шее. Не важно. Все не важно, кроме того, что надо убежать от пуль, которые пчелиной стаей проносились над их головами. Райан бежал справа и рукой подталкивал ее, указывая направление.
— Сюда! — прошипел он. — Там Северная церковь… Перепуганная Стефани бежала, чувствуя, что ноги могут в любой момент отказать. Она сжимала «кольт», но не смогла бы выстрелить, даже если бы перед ней выскочил тигр.
Когда они прибежали к лошадям, Билли беспечно ухмыльнулся и швырнул им уздечки.