Лужок черного лебедя полностью

– «Рог у меня»… – Джек резко обернулся. «Заткнись!» (Черт! Скоро будет слово «собравшихся») Хрюша поник. Ральф отобрал у него рог и оглядел… (В отчаянии, я попытался обмануть Палача, применив «Метод Прыжка»: он заключается в том, что ты как бы перепрыгиваешь через заикательную букву «с» сразу к гласной)… сссссобравшихся мальчишек.

Весь в поту, я посмотрел на мистера Монка, нашего молодого учителя английского. Мисс Липпеттс никогда не заставляла меня читать вслух, но мисс Липпеттс сейчас ушла в учительскую. Очевидно, что она не сообщила мистеру Монку о нашей с ней договоренности.

– Хорошо. – В его голосе звенело напряженное терпение. – Продолжай.

– «Мы должны назначить специальных людей, которые будут следить за огнем (слова, в которых после «с» идет согласная, я легко могу произносить их, но если гласная – это катастрофа. Я не знаю почему). Корабль может появиться на горизонте, – я сглотнул, – в любой день, в любой момент, – он махнул рукой в сторону туго натянутой проволоки горизонта, – и мы должны будем дать им сигнал, чтобы они приплыли и спасли нас (Палач позволил мне сказать «сигнал» и "спасли"; так хороший боксер иногда позволяет плохому боксеру ударить себя пару раз – просто ради смеха). «И вот еще что. Нам нужно больше правил. Где Рог, там и собрание. Правила – для всех». Они… – О черт черт черт. Я не мог произнести «уступили». Обычно у меня проблемы только с буквой «С». – эм…

– «Уступили», – сказал мистер Монк, удивленный тем, что в классе с самыми высокими показателями успеваемости есть ученик, не способный прочитать столь простое слово.

Он ожидал, что я повторю это слово за ним, но я не настолько глуп.

– «Хрюша открыл было рот, чтобы ссссказать что-то, но встретив взгляд Джека, промолчал».

Совершенно очевидно, что я больше не могу скрывать свое заикание. Палач праздновал победу. Все, что мне оставалось – это пытаться увернуться от его атак. Я использовал Метод Удара, чтобы произнести слово «сказать», я буквально силой вытолкнул это слово из своей глотки, и это очень плохо, потому что в такие моменты выражение лица у меня совершенно дебильное. И если Палач ударит меня в ответ, слова начнут застревать все сильнее, и тогда я превращусь в классического заику.

– «Джек протянулся за рогом (я задыхался) и встал, держа хрупкий предмет в (мочки моих ушей жужжали от ужаса) ссссвоих запачканных сссссажей руках. «Я сссссогласен с Ральфом. У нас должны быть правила, и мы должны подчиняться им. Мы ведь не… мы ведь не… Извините, сэр. (у меня не было выбора) Что это за слово?

– «Дикари».

– Спасибо, сэр. (у меня так и не хватило духу приставить два наточенных карандаша к глазам и удариться головой об парту. Я так хотел сделать это, лишь бы не стоять здесь) «Мы – англичане; а англичане – лучшие во всем»… эммм… «сссследовательно мы должны поступать правильно».

Мисс Липпеттс вошла, увидела меня и сразу поняла, что происходит.

– Спасибо, Джейсон, можешь садиться.

«С чего это вдруг он так легко отделался?» – читалось во взглядах одноклассников.

– Мисс! – Гарри Дрэйк поднял руку.

– Да, Гарри?

– Это потрясающая книга. Честно, я прям места себе не нахожу. Можно я дочитаю до конца главы?

– Рада, что тебе понравилось, Гарри. Продолжай.

Гарри Дрэйк прочистил горло.

– «Ральф, я разделю хор – своих охотников, – на группы, и мы будем нести ответственность за огонь». – Дрэйк читал с преувеличенно-четкой дикцией, специально чтобы создать контраст с тем, что началось дальше: – Его предложение было встречено вссссс-ССС-плеском… (он добился своего. Мальчишки хихикали. Девчонки оглядывались на меня. Я чувствовал, что моя голова сейчас взорвется от стыда) аплодисментов, и ссссссс-ссс…

– Гарри Дрэйк!

– Мисс? – Он был сама невинность.

Дети посмотрели на Дрэйка, потом на меня. Ну что, Тэйлор-школьный-заика сейчас заплачет? Этот ярлык теперь приклеется ко мне так, что не отдерешь – это уже гораздо больше, чем просто стикер с оскорбительной надписью.

– Тебе кажется, что это смешно, Гарри Дрэйк?