— Вы держитесь очень храбро, — миссис Бенедикс сомкнула руки так, словно поймала кузнечика, — но я хочу, чтобы вы знали, если мы с Франциском — с моим мужем, священником, я имею в виду — если мы можем чем-то вам помочь, чем угодно, наша дверь всегда открыта для вас. Передай это своей маме, хорошо?
— Конечно. — Я знаю колодец, где ты могла бы утопиться. — Конечно.
— Привет, дружок. — Мистер Ридд вышел из подсобки и встал за кассу. — Что будешь?
— Двести пятьдесят грамм мармелада и имбирное печенье, пожалуйста. — От имбирного печенья у меня болят десны, но мама любит его.
— Конечно, дружок. — Мистер Ридд начал карабкаться вверх по лестнице, чтобы достать мне банку с имбирным печеньем.
— Челтенгэм — божественный город! — Гвендолин Бенедикс снова взялась за меня. — У старых курортных городов всегда есть свой характер. Вы с мамой будете снимать большую квартиру, Джейсон?
— Не знаю, я ее еще не видел.
— А твой отец будет жить в Оксфорде? (я кивнул) Я слышала, что он пока так и не нашел новую работу. (я покачал головой) Все компании сейчас приходят в себя после рождественских каникул, поэтому и работу искать трудно. И все же, Оксфорд тоже далеко не край света, правда? Скоро, небось, уже поедешь навестить папку, а?
— Мы… пока еще не обсуждали это.
— Да, это правильно, проблемы нужно решать по мере поступления. Скоро тебе нужно будет идти в совершенно новую школу! Я всегда говорю: незнакомец — это друг, которого ты еще не встретил (Чушь. Я не знаком с Йоркширским Потрошителем, но не думаю, что мы стали бы друзьями, если б встретились) Так, значит, ваш дом на Кингфишер Медоус уже выставлен на продажу, да?
— Скоро будет выставлен.
— А вот мы сейчас тоже переезжаем в дом на Аптон Роуд, но это лишь на время. Скажи маме, что мы хотели бы обсудить ее предложение. Пусть ее агент звякнет Франциску прежде, чем вывешивать объявление о продаже. Твоя мама — мудрая женщина, она скорее продаст дом своим друзьям, чем какому-нибудь сомнительному типу со стороны. Помнишь этих жутких Кроммелинков? Они ужасно навязчивые, и с ними лучше дела не иметь. Пообещай, что передашь маме мою просьбу, Джейсон. Слово скаута?
— Конечно, обещаю. — Через сорок лет.
— Вот, держи, дружок. — Сказал мистер Ридд, завязывая пакеты.
— Спасибо. — Я полез в карман за деньгами.
— Нет, нет. Это за счет заведения. — Лицо у мистера Ридда опухшее и некрасивое, но под ним скрывается хороший человек. — Это мой вам подарок, чтобы скрасить отъезд.
— Спасибо.
— Как это мило! — Пропела Гвендолин Бенедикс.
— Да, как мило. — Сухо сказала миссис Рид.
— Желаю удачи. — Мистер Ридд сжал мою руку. — И спасибо тебе за все.
Блэк Свон Грин сегодня словно вымер, потому что по телеку показывают «Лунного гонщика». Последний фильм из серии о Джеймсе Бонде, где агента 007 играет Роджер Мур. Наш телек уже упакован и сейчас лежит в кузове грузовика. В любой другой день я пошел бы в гости к Дину и посмотрел бы фильм там, но — не сегодня. Сегодня Дин с отцом ушли в Уайт-Ливд Оак, в гости к бабушке. И я направился к озеру в лесу. Мистер Ридд был добр ко мне и подарил мармелад, но настроение у меня было препаршивое, и мармелад на вкус казался слишком кислым, к тому же был твердый, словно стекляшка. Я сплюнул.
Зимний лес выглядит очень хрупким.
Мои мысли порхали с ветки на ветку.
Отец приезжал вчера, чтобы забрать свои вещи. Мама упаковала их в черные мусорные пакеты, потому что все чемоданы были заняты ее вещами. Они с Джулией уехали в галерею в Челтенгэм, а я сидел в своей комнате на сундуке и смотрел сериал «Счастливые дни», когда за окном вдруг послышался звук — неизвестная машина парковалась у нас во дворе. Я выглянул из окна в зале и увидел небесно-голубой «Фольцваген» Джетта. Отец вышел из машины — со стороны пассажирского сидения.
В последний раз я видел его в ту ночь, когда целовался Холли Деблин, и когда он сказал мне, что они с мамой расстаются. Это было две недели назад. Мы, конечно, еще говорили с ним по телефону в Рождественскую ночь (Рождество мы праздновали в гостях у тети Эллис), но это было ужасно, ужасно, ужасно. Что я должен был ему сказать? «Спасибо за конструктор и за пластинку Жана-Мишеля Жарра»? (именно это я и сказал) Они уже давно не общаются, и мама даже не спросила меня, о чем мы с ним говорили.
Когда я увидел небесно-голубой «Фольцваген» Джетта, Червяк внутри меня зашипел: беги! Прячься!
— Привет, пап.
— Ох! — Сложно описать выражение его лица в тот момент: он был похож на альпиниста, который видит, как рвется его страховочный трос. — Джейсон, я надеялся, что… — он хотел сказать «надеялся, что никого не будет дома», но изменил фразу на: — я не знал, что кто-то дома.
— Я услышал машину (это было и так понятно). Мама на работе (он и так это знал).
— Она собрала мои вещи. Я приехал забрать их.
— Да. Она сказала.
Лунно-серый кот пробрался в гараж и теперь спал на мешке с картошкой.
— Ну, как там Джулия? — Спросил отец.
На самом деле он хотел спросить: «Джулия ненавидит меня?» Но даже Джулия не смогла бы ответить на этот вопрос.
— Она… в порядке.
— Хорошо. Хорошо. Передай ей от меня привет.
