Когда к нам приезжают родственники, соль и перец, как по мановению волшебной палочки, превращаются в «специи». На ужин к столу подавали креветочные коктейли в винных бокалах в качестве первого блюда, кусочки телятины с «Голландским» картофелем и тушеным сельдереем — в качестве основного блюда, и пирог под названием «Запеченная Аляска» — в качестве десерта. На столе красовались специальные кольца для салфеток (мой дед, отец отца, привез их из Бирмы вместе с теми самыми часами «Омега», которые я разбил в январе). Перед началом ужина дядя Брайан открыл бутылку вина; полные бокалы для Джулии и Алекса, по пол бокала — для меня и Хьюго, и «капельку» для Найджела.
Тетя Эллис произнесла свой обычный тост: «За наши династии — за Тэйлоров и Лэмбов!»
Дядя Брайан произнес свое дежурное: «А малец-то подрос!» — в мой адрес. Отец вежливо улыбнулся, словно действительно считал эту фразу забавной.
Мы чокнулись (все, кроме Алекса) и сделали по глотку.
Отец поднял бокал к свету и изучающе посмотрел на него.
— Очень легкий вкус. — Мама строго посмотрела на него, но он не заметил. — Я тебе так скажу, Брайан. Ты привез достойное пойло.
— Очень рад, что тебе понравилось, Майкл. Я купил себе целый ящик этой штуковины, его продавали прямо на виноградных полях, рядом с коттеджем, который мы снимали у озера в прошлом году.
— Вино? У озера? Ох, это большая ошибка, Брайан.
— Нет-нет, не в Англии, в Италии. В Ломбардии. — Дядя Брайан повертел бокалом, отпил немного вина, прополоскал им горло и сплюнул назад. — Тысяча девятьсот семьдесят третий. Привкус черники, дыни и легкий аромат дуба. Я согласен с твоим экспертным суждением, Майкл. Неплохое вино.
— Ну что ж, налетайте. — Сказала мама.
После первого круга «вкуснятины» тетя Эллис перехватила нить разговора:
— Ну, как дела в школе, мальчики? Найджел у нас капитан шахматного клуба.
— Вообще-то президент. — Сказал Найджел.
— Можно еще пудинга? Ах да, Найджел — президент шахматного клуба. А Алекс — просто мастер по части компьютеров. Я-то даже кассету в видео-магнитофон вставить не могу, но…
— Алекс знает больше, чем его учителя. — Сказал дядя Брайан. — Как там называются эти программы, которыми ты работаешь, Ал?
— «Фортран», «Бэйсик», «Паскаль», «З-80». — Забормотал Алекс, стыдливо опустив голову.
— Ой, ты тако-о-ой умный. — Сказала Джулия — она так мастерски выбрала интонацию, что очень сложно было выявить сарказм в ее словах.
— Даже не сомневайся. Алекс очень умный. — Сказал Хьюго. — Мозг Александра Лэмба — это последнее достижение Британской науки.
Алекс с ненавистью посмотрел на брата.
— Ну да, будущее ведь за компьютерами. — Отец зачерпнул ложкой креветок. — Технологии, дизайн, электромобили. Вот чему надо учить в школе. А не всей этой чепухе — «быть или не быть, вот в чем вопрос». Как я недавно сказал Крэйгу Солту — он региональный менеджер в «Гренландии» — как только мы…
— Совершенно согласен, Майк. — Дядя Брайан выглядел, как супер-злодей, готовый озвучить нам свой план по захвату мира. — Вот поэтому наш Алекс получает свежую и хрустящую двадцатифунтовую бумажку за каждую пятерку в дневнике, и десятифунтовую — за четверку. Он копит на свой собственный IBM. (зависть пульсировала во мне, как зубная боль. Отец говорит, что платить своим детям за хорошие оценки — значит «портить характер»). — Деньги — вот самая лучшая мотивация. — Сказал Дядя Брайан.
— А что насчет Хьюго? — Спросила мама.
Я посмотрел на Хьюго — наконец-то я мог смотреть на него прямо, не притворяясь, что не смотрю.
Хьюго сделал глоток воды.
— Ну, я занимаюсь греблей. На каноэ. Выиграл пару гонок, но это было чистое везение, конечно.
— Да Хьюго просто купается в славе! — Дядя Брайан рыгнул. — Он по праву заслужил быть капитаном команды гребцов! И был бы им, если б один пыльный, толстожопый губернатор — упс, пардон май Фрэнч! — тот, который владеет половиной «Страховой компании Ллойда», не пригрозил урезать финансирование, если его сынулю, маленького лорда Герберта Бонкса не сделают капитаном. Как его зовут, Хьюго? Ну, того парнишку?
— Ты имеешь в виду Доминика Фиццимонса, пап?
— «Доминик Фиццимонс»! Ну и имя, нарочно не придумаешь!
— А Джейсон выиграл конкурс поэзии. — Вдруг сказала мама. — Правда, Джейсон?
Стыд закипел в мочках моих ушей, я уставился на свою тарелку — лишь бы не видеть взгляда Хьюго и остальных.
— Это была домашняя работа по литературе. Я не (слово «собирался» застряло у меня в горле, я чувствовал, что сейчас начну заикаться, поэтому нашел другое) Я не хотел отправлять ее. Я даже не знал, что мисс Липпетс отправила ее вместо меня.
— Не надо скромничать, Джейсон! — Воскликнула тетя Эллис.
— Он выиграл прекрасный словарь. — Сказала мама.
— Жду не дождусь, когда ты прочитаешь нам свою поэму, Джейсон. — Сказал Алекс. Его сарказм проскочил незамеченный радарами взрослых.
— Не могу. — Сказал я. — У меня нет той тетрадки.
— Какая жалость.
— Фотография Джейсона даже появилась в «Малвернском вестнике». — Сказала мама. — Я могу поискать ее после ужина, если хотите.
