Бумага, лежавшая передо мной, была, как говаривал один мой старый знакомый, «просто фрикцией». Все сведения надо было вводить непосредственно в голове, в интерфейсе, мать его. Вот и за каким хером надо было сюда тащиться? Заполнять — в голове, кристаллы и бабло — тоже могут дистанционно списать запросто. Но нет, изволь прийти в ратушу. Это ведь виртуал, мы же тут идеальный мир создаём. «Запись к врачу через интернет производится в окошке регистратуры № 2», б**дь.
Лидером группы я назначил себя. Над названием немножко завис. Был соблазн прописать то же самое название, что было у моей реальной группы, но победило желание начать всё с чистого листа. Неужели я не сумею поднять новую легенду, не опираясь на легендарную славу минувших дней?!
Я вспомнил разговор с братишкой, когда он визжал, что я должен быть благодарен за то, что страдаю х**нёй в этой нарисованной по**отине, усмехнулся и вписал название.
Парням, видимо, пришло уведомление — они вздрогнули.
— А чё сразу — мертвецы? — спросил Рома.
— А ты чё — сильно дофига живой, что ли? — спросил я.
— Ну, типа... Я мыслю, следовательно, я...
— Мыслишь? — переспросил я. — Ты? Микрофон на последние деньги кто прокачал? Мыслит он. Песню придумал?
— Дык, я ведь... — вытаращил глаза Рома.
— Думай! — рявкнул я и, не удержавшись, дал щелбана мобу за стойкой. — Пошли искать магазин с инструментами. Как вот его искать?
Как его искать — мы понятия не имели. Принялись слоняться по городу, задавая вопросы всем встречным и поперечным.
— Не сочти за критику... — задумчиво сказал Иствуд.
— Не расцени как удар локтем в нос, — перебил я.
— ...но мне кажется, группа с таким названием уже существует. Или, по крайней мере, существовала. [1]
— Во-первых, там был один мертвец, а нас много, — проворчал я. — Во-вторых, мы называемся по-русски и пишемся кириллицей, это в твоём убогом интерфейсе всё на иероглифы переведено.
Иствуд остановился, как вкопанный.
— Ты чего? — удивился я. — Я ж ещё вроде не оскорблял и даже в рожу не бил. Ром, чё он?
— Не в курсе ваще, — мотнул головой Рома.
— Откуда ты узнал, что я — японец? — прошептал Иствуд. — Невозможно было догадаться.
Ох ты ж... Нифига, моё помело мне удружило. Я, разумеется, тут же сделал морду тяпкой:
— Ты до моих лет доживи, ковбой, по жужжанию будешь определять, откуда муха прилетела! Я стар и мудр. Понял?
Я развернулся, гордо взмахнув плащом и пошёл дальше. Иствуд меня всё-таки выбесил. Есть у меня такая особенность — придумаю что-то гениальное (ну, как обычно), а потом выясняется, что это до меня уже придумали. Поэтому я к гениальным идеям в области музыки относился очень настороженно и в основном посылал их нахер. В работу пускал только полный отстой или, на худой конец, крепкий середняк. Вот и сейчас с группой тоже неудобно получилось. А ну как тут фанаты есть? Подумают чего-нибудь не того... Хотя какие тут, нахер, фанаты тру рока? Были бы — уже бы играли в моей группе. А остальные если название и слыхали, то уж точно ни одной песни не вспомнят... Эх... А там ведь песен годных мно-о-ого!
— I can tell your future
Look what’s in your hand
But I can’t stop for nothing
I’m just playing in the band
Playing
Playing in the band
Daybreak
Daybreak on the land...
— Типа, песню придумал? — обрадовался Рома.
— Типа, нет, — поморщился я. — Стоп! А не это ли цель нашего путешествия, господа?
Мы стояли перед каменным строением с надписью: «Музыкальные инструменты Густава».
— Оно, — подтвердил Рома.
— Не знаю, как там насчёт Густава, — сказал я и хрустнул шейными позвонками. — Но инструменты — мои. Мои!!!
_________________
С волнением и трепетом я переступил порог этого храма музыки.
— Приветствую тебя, музыкант, — загундел продавец, покачивающийся за прилавком. — Чем я могу...
— Ага, — сказал я, не глядя сунув ему под нос средний палец. — Это тебе на чай. Сходи попей и не мешайся.
