Коваленко отставал от добычи шагов на десять - нырнул в заросли прыткий штурмбанфюрер, буквально через секунду с хрустом врезался в кусты майор. Из низинки раздался абсолютно нечеловеческий вопль...
Автомат Женька закинул за спину, успел выдернуть из кобуры ТТ - в таком ювелирном деле будет понадежнее. У самых кустов переводчика обогнал Марчук:
- Страхуй, Жека!
Капитан прыгнул вниз: там творилось что-то невообразимое - нормального переводчика такие discanto в тупик ставят. Да что ж там такое?
М-да, порастряс мозг товарищ Земляков, отупел малость. Это лошадь такая визгливая. И тесновато там.
Внизу не то чтобы дрались, скорее с ума сходили: рвалась прочь испуганная лошадь, сталкивалась со второй телегой, сыпались ведра и какое-то барахло. Вокруг метались люди с оружием, Коваленко их расшвыривал, кричал капитан Марчук, прижавший кого-то к земле. Собственно, орали все. Человечек в теплой драповой куртке пытался вскинуть винтовку - майор вырвал оружие, двинул стрелка прикладом по спине:
- Фриц где?!
Лошадь ржала не умолкая, вторая телега двинулась в кусты, застряла. В этом бедламе Женька едва расслышал, как сзади крикнули:
- Сядь, дурак!
Логично. Сжимая пистолет, офигевший толмач поспешно присел. Катрин пролетела мимо - не к загулявшей лощинке, а наискось, ко двору, проезду, выводящему на улочку. Бронежилет и винтовка старшему сержанту не мешали - сходу перемахнула скамейку во дворе, мелькнула у угла...
Среди криков у телег хлопнул пистолетный выстрел. Женька видел, как пошатнулся Коваленко, но майор дотянулся прикладом до присевшей у телеги фигуры - сшибленный как кегля человечек покатился, вновь вскинул руку с наганом...
Евгений Земляков снайпером себя не считал, да и ТТ оружие специфическое. Но и тренировки дают результат - пуля переводческого пистолета пронзила предплечье ворога - бандеровец закричал. Да что ж они все такие писклявые?!
- Всем стоять! Работает СМЕРШ! - взревел Земляков со своей стратегической высоты.
И, правда, бандеровцы замерли. Кое-кто даже присел. Смотрели вверх, белели в бликах гаснущей ракеты испуганные лица.
- Свет закиньте, - сказал Женька, не оборачиваясь - там топали подоспевшие автоматчики.
Хлопнула ракетница, зажгла ярко-холодную звезду. Со стороны ограждения подбегали бойцы группы капитана Попова...
Все было: кучка плененных бандерлогов, пара помятых, но вполне способных разговаривать немцев, гужевой транспорт, тоже напуганный, но вполне невредимый. Даже девица твердых националистических принципов имелась - норовила плеваться и кусаться. Но не было среди богатых трофеев штурмбанфюрера Визе.
Бойцы, обыскивали кусты и ближайшие дворовые постройки. Коваленко, схлопотавший револьверную пулю в верхнюю часть бедра, сидел на земле и скрипел зубами - кость ему вроде бы не задело, но жгут кровь пока не остановил.
- Ищите, ребята. Не мог фриц уйти.
- За ним, вроде бы, Мезина пошла, - догадался Женька.
- Ищите.
Марчук с тремя бойцами побежали следом за переводчиком, но на улочке преследование и закончилось - навстречу шла Катрин.
- Ушел, крыса медицинская. Там переулок и дворы: драпать на все девять сторон света позволяется. Да, надо было нам нюхливую собачку с собой прихватить.
Машины решили не подгонять, майора и раненого бандеровца напрямую подняли в Цитадель. С допросами не тянули, клиенты особо не упорствовали - оба оказались солдатами разведбатальона 101-й егерской, бывшей "легкопехотной". Женькин унтер рассказал что, днем они "с камрадом ефрейтором" вызвались добровольцами - помогать в вывозе особо важной медицинской документации и поступили в распоряжение штурмбанфюрера. Имелись кое-какие интересные подробности, но свою конкретную цель и задачу егеря не знали. "Он приказал следовать за собой и нам должна была помочь местная агентура". Егерский ефрейтор, которого допрашивал Спирин, показал примерно то же.
Допрашиваемые рядовые оуновцы ничего толком не знали, их чотовый-командир говорить не желал, и вообще допрашивающему Марчуку было сложно. Там еще и Анджей мешал, требуя "strzelac zabojcow"[3]. Пришлось мальчишку силой выволакивать.
Женьку вызвали из канцелярии, временно занятой под штаб Особого отряда.
Коваленко полулежал в кузове "виллиса":
- Мы, товарищи оперативники, сейчас в санбат на обработку и обратно. Вытрясайте из подследственных всё до донышка, нужно определяться, - майор вытер взмокший лоб. - Вообще-то, обидно, товарищи. Ведь в руках паршивец был. Короче, работайте. Старшим пока капитан Марчук. Готовьте план оперативных мероприятий, утром продолжим. Вас, Катерина, прошу продумать ситуацию с тактической стороны. Интуиция нам нужна, что уж тут говорить.
- Напрягусь, - пообещала Мезина.
Начальство под охраной укатило в санбат "на техобслуживание". Марчук и Спирин ушли продолжать допросы, а Женьку придержала старший сержант:
- Сядь на пару минут. Обменяемся впечатлениями по итогам дня.
Женька сел на дверь, которую кто-то уже положил на кирпичи, создав военно-полевую лавку. Катрин достала помятую пачку папирос.
- Вот это совершенно напрасно, - намекнул Земляков. - Помнится, ты очень доходчиво объясняла.
