Грузовик Джареда затормозил рядом с моим, окутав его густым, удушливым облаком пыли. Я схватил свою карту и направился прямо к нему. Он вылез из грузовика, зажав в кулаке трубку рации, и жестом велел мне поторопиться.
"Расти, наконец-то у нас над головой Predator и бомбардировщик B-1. Послушай это", - сказал он.
Комфорт от того, что над нами проносится B-1, его инверсионные следы, вьющиеся высоко над нами, невозможно переоценить. Прижав наушник трубки Джареда к уху, я мог отчетливо слышать оператора "Predator", находясь за тысячи миль от него. Он, вероятно, сидел в комнате управления с кондиционером за пределами Лас-Вегаса и наводил камеру на несколько грузовиков, вооруженных пулеметами и кишащих боевиками Талибана. Они въезжали и выезжали из Г-образного ряда дувалов возле холма. Другие боевики разгружали ящики с боеприпасами неподалеку, сказал оператор.
"Коготь 30. Это только в одном комплексе дувалов. Как слышите?" - сказал оператор "Хищника". "Всего перед вами семь комплексов с подобной активностью противника".
Вдалеке мы отчетливо видели Спервангар. Мы находились всего в километре от холма. Вражеское осиное гнездо находилось еще в полумиле от нас.
Ого, подумал я, глядя на свой жилет. Осталось три магазина. Хватит не надолго. Я вызвал Рона, чтобы убедиться, что он установил связь с видеоканалом. Майк, стоя рядом с Джаредом, говорил с B-1, Джаред - с "Хищником". "Это Коготь 30. Нам нужно знать количество противника и тип транспортных средств".
Его ответ был отрезвляющим. "Мы прекратили подсчет на отметке в сто человек личного состава с вооружением. В первой группе дувалов находится по меньшей мере восемь машин "Hilux", - доложил оператор "Хищника".
Как раз в этот момент Рон получил видеосигнал. Мы наблюдали за десятками темных фигур, которые сновали туда-сюда по маленькому экрану. Джаред наклонился, сосредоточившись. Мы все знали, что он ищет - гражданских лиц. Через несколько секунд он нажал тангенту вызова на своем жилете.
"Майк, у тебя есть связь с бомбардировщиком? Если да, выровняй эту цель с землей. Я имею в виду, сровняй ее".
Я отметил на своей карте позицию противника. Сколько бы бомб мы ни сбросили, я знал, что кто-то всегда выживает. Это должен быть сокрушительный удар, иначе они настигнут нас не раньше, чем через несколько часов. Я схватил Джареда. "Сэр, нам нужно, чтобы этот удар был сокрушительным для врага. Давайте усилим его, ударив по ним минометным огнем сразу после бомбардировки".
Ходж кивнул в знак согласия. "Да, так будет лучше!".
"Мы можем вести огонь сверху вниз по цели в течение примерно двух минут после падения бомб. Это позволит уничтожить врага, который переживет удар и выберется из оставшихся зданий".
Джаред одобрил это без колебаний. Мы бросились готовить трубы и боеприпасы. Группа Ходжа установила первую трубу, а афганцы и другие команды последовали ее примеру. Вскоре мы расположили полдюжины труб между грузовиками. Пока сержанты по вооружению намечали направления стрельбы, остальные продолжали подносить ящики с боеприпасами к минометам.
Джаред крикнул о состоянии дел. Мы ответили, что все готово. Он повернулся к Майку, который провел последние несколько минут, планируя нанесение удара и наводя бомбардировщик на цели.
"Пилот подтверждает координаты и вводит свои данные. Ему нужна еще минута, чтобы убедиться, что все правильно. Это большой сброс. Боеприпасы будут по одной бомбе на каждое здание", - сказал Майк.
Джаред снова повернулся к видеокамере, в последний раз проверяя, нет ли гражданских лиц. Наконец, Майк поднял большой палец вверх.
"Самолету разрешен заход. Всем найти укрытие! Я не шучу!" - крикнул он, суетясь за грузовиками.
Это было похоже на трюк студенческого братства, когда мы все набились в грузовики.
"Бомбы пошли!" услышал я крик Майка.
Бомбардировщик B-1 был черной точкой в небе. Когда он приблизился, я увидел, как его стреловидная форма пикирует вниз, выравнивает траекторию, а затем резко поднимается вверх, когда из его брюха высыпается серия серых точек. Семь двухтысячефунтовых бомб устремились к земле и исчезли в вспышках, за которыми последовал мощный грохот, как будто извергалась сама земля. Затем мощный выброс земли и обломков взлетел в воздух на сотни футов.
"Все в порядке?" крикнул я Биллу, который, как и я, сидел в своем грузовике.
"Все в порядке", - сказал он.
Я потянулся вниз и нажал на двухминутный таймер на своих часах. Мне хотелось дать выжившим талибам шанс выйти из укрытия, прежде чем мы начнем обстрел из минометов. Пока дым еще не рассеялся, я спросил Рона, видит ли он цель. Он сказал, что два здания уцелели, а несколько десятков талибов копошатся среди обломков. Скоро появятся еще.
В тридцать секунд Ходж приказал американцам и афганцам с минометами наготове встать у своих минометов.
"Всем трубам приготовиться. По моей команде... Вешать... ОГОНЬ!" крикнул Ходж.
