Ничего удивительного. По крайней мере, теперь мы могли объявить своим группам и начать готовиться. Все готовились к третьему раунду. Канадцы к северу от нас тоже готовили атаку, а командиры талибов провели ночь, обзванивая близлежащие провинции, особенно провинцию Гильменд на западе, и Пакистан на предмет боевиков и припасов. Они были полны решимости спасти свои планы по захвату города Кандагар к зиме.
Я вернулся к своему грузовику, чуя нутром, что следующий день будет намного хуже. Я нашел Билла спящим рядом с радиостанцией и решил дать ему и остальным членам группы немного отдохнуть. Они это заслужили. Я введу их в курс дела на рассвете.
После того, как Ходж сменил меня с дежурства, я поспал несколько часов. Проснулся я от характерных чавкающих звуков, издаваемых вертолетным винтом, и поднялся как раз вовремя, чтобы увидеть длинный, худой вертолет "Апач" прямо перед моим грузовиком. Этот вертолет имел американские опознавательные знаки и летел между Спервангар и вертолетом пополнения "Чинук", который приземлился на нашей посадочной площадке.
Многоствольная 30-миллиметровая пушка "Апача" рыскала туда-сюда синхронно с глазами наводчика. Несколько десятков красных трассеров прочертили свой путь в небо, когда пулеметчик талибов решил обстрелять вертолет. Я услышал крик пилота, и "Апач" нырнул в сторону, прежде чем открыть ответный огонь. Это воодушевило экипаж "Чинука", и поддоны, казалось, появились гораздо быстрее, чем обычно. Неподалеку бородатый мужчина в полной экипировке сошел с рампы, взял сумку и направился к нашим грузовикам.
Зак.
Повязка была видна издалека, но рану он не скрывал. Я позвал Билла.
"Угадай, кто вернулся?"
"Держу пари, это наш мальчик Зак", - сказал Билл.
Зак держал в руках небольшой мешочек, полный порошка "Copenhagen"[7] и "Gatorade"[8]. Чистое золото.
"Посмотрите, парни, что я здесь нашел", - сказал Зак, наслаждаясь тем, что его небольшая вылазка в Кандагар принесла пользу команде.
"Рад, что ты вернулся, партнер", - сказал я, улыбаясь и пожимая ему руку. "Много проблем с выходом из госпиталя?".
"Ничего такого, с чем подполковник Болдюк не смог бы справиться со своей стороны".
Билл и все остальные стояли прямо за мной, чтобы поприветствовать его возвращение, но встреча была прервана, когда Джаред сообщил по радио, что последний вертолет с пополнением прибудет через два часа. Тогда мы двинемся на Спервангар.
Следующие несколько часов мы потратили на пополнение запасов в грузовиках и закончили работу сразу после обеда. Крайний вертолет все еще не прилетел, и расчеты были против нас. Если "птичка" не прилетит в ближайшее время, нам придется атаковать вечером. Я поговорил с Ходжем и Брюсом о том, чтобы отложить атаку, учитывая отсутствие у афганцев приборов ночного видения.
Джаред не хотел ничего слушать. Он считал, что должен взять холм и помочь канадцам. Мы все понимали это, но не хотели выполнять приказ исключительно из-за сроков. Мы все согласились отложить решение до прибытия вертолета с пополнением.
Время двигалось в замедленном темпе. Группы осматривали и перепроверяли как свое, так и афганское снаряжение. Почти каждый из них проверял свои часы. Около двух часов дня вертолет, наконец, поднялся в горы.
Два часа спустя Ходж, Брюс и я отправились к Джареду. Мы все сошлись во мнении, что нападать уже поздно - не хватит светового дня. Джаред увидел, что мы приближаемся.
"Даже не начинайте, вы трое! Мы нападем, как только закончится пополнение запасов", - рявкнул он.
"Сэр, мне нужно, чтобы вы меня выслушали", - сказал я. "Если мы будем штурмовать укрепленную вражескую позицию с туземными отрядами с заходом солнца, это превратится в кошмар. Существует большая вероятность братоубийства. У ANA нет приборов ночного видения, и они не действуют ночью. Они будут стрелять во все, что движется перед ними. И без того трудно командовать и управлять ими, а тем более контролировать их сектора ведения огня или темпы стрельбы", - объяснил я.
Пока Джаред взвешивал мои аргументы, Ходж и Брюс высказали точно такое же мнение. Он не хотел слышать этого и от них.
"Послушайте, командир батальона хочет, чтобы мы захватили этот холм, и вы, мать вашу, будете штурмовать этот холм. Вы поняли?"
