Lyubov mstitelya vychitka полностью

— Добрый вечер.

Он огляделся.

— Ваш спутник либо очень самоуверенный человек, либо глупец, раз оставил вас

без присмотра.

Она   заставила   себя   отвести   глаза   от   лица,   соперничавшего   с   Давидом

Микеланджело,  и проследила  за  его взглядом  по перемешавшимся  группкам  людей,  а

потом снова вернулась к нему.

— Мой спутник не мог этого сделать.

Ее пульс дрогнул, когда черты мужчины замерли. Маска вернулась.

— Правда? Тогда он глуп, — произнес он с толикой сарказма.

— На самом деле,  она очень умна.

Незнакомец вопросительно поднял бровь.

— Она?

— Моя лучшая подруга. У нее с мужем были планы, которые не позволили стать

моей спутницей.

И вновь он был почти доволен услышанным. Что лишь еще сильнее распалило тело

Евы.

— Понятно. Не скажу, будто сожалею о том, что все пошло не так, как вы хотели.

Девушку поразила такая прямолинейность. Большинство парней, по крайней мере, изобразили бы сочувствие.

Но не этот мужчина.

— Вы помните меня? — спросила она прежде, чем подумала.

Что-то вспыхнуло в его темно-зеленых глазах, после чего они сузились, окидывая

ее черты так интимно, что она задрожала.

— Я вас помню.

—  Откуда?   —   Девушка   прижала   ладонь   к   сумасшедшему   сердцу,   просто

убедиться, что он не играет с ней.

Он вздохнул.

—  Манхэттен.   Прошлая   пятница.   В   вестибюле   здания   «ТарМор».   Черно-синее

платье. Черные туфли. Волосы были собраны в какую-то прическу.

Она подняла руку, внезапно перестав дышать.

— Ладно.

Он ее помнил.  Действительно помнил.

— Я вам верю.

— Габриэль Мур, — представился он.

Чувствуя   странное   возбуждение   от   мысли   прикоснуться   к   нему,   она   тоже

протянула руку.

— Ева Джейкобс.

Он  накрыл   ее  ладонь  своей   большой  рукой,   и  легкий  импульс   поднялся   вверх, проникая в грудь. Габриэль чуть потянул девушку к себе, и она была вынуждена шагнуть

ближе. Она ахнула, хотя их тела и не соприкасались, — жар его тела явно ощущался. Как

и чувство, будто в ней что-то развернулось, ожило, всплыло на поверхность благодаря

этому мужчине с невероятно приятным запахом. Его аромат обволакивал ее, как плащ, напоминая освежающий дождь после грозы.

— Шампанского, мистер Мур?

Габриэль качнул головой, и официант на секунду остановился и исчез. Ева едва его

заметила.   Мгновение   остановилось,   замерло,   пока   он   возвышался   над   ней.   Да.

Возвышался. Над  ней. Должно быть, в нем был метр девяносто. Может, больше.

—  Просто, чтобы было понятно, — он говорил тихо, но властно, что заставляло

внимательно слушать. — Я говорю только то, что действительно имею в виду. Никаких

вопросов.   Я   сказал,   что   помню   вас,   потому   что   так   и   есть.   —   От   него   практически

исходили   волны   тестостерона,   когда   взгляд   лениво   блуждал   по   ее   губам.   —   Я   редко

чувствую необходимость объясняться, милая. — Он снова поднял глаза, мрачно добавив:

— Перед кем угодно.

Намек   ясен.   Он   был   высокомерным.   Прямым,   но   не   грубым.   И   явно   привык

поступать по-своему.  Но, несмотря на свои слова, он только что объяснился. С ней.

Это, наряду с его легкими, ласковым прикосновениями, отдавалось внизу живота

странным удовольствием.

— Звучит, словно вы обычно получаете желаемое. — Ева побледнела от того, как

это прозвучало. — То есть, если вы не чувствуете нужды объясняться, то либо работаете

на себя, либо постоянно обновляете свое резюме, — выпалила она.

Господи, Ева. Ты, правда, это только что сказала?

— Повинен в самозанятости, — признался он, выглядя удивленным.

—  Чем   вы   занимаетесь?   —   поинтересовалась   она,   обеими   руками   цепляясь   за

светские темы.

—  Строительство,  — коротко ответил он и продолжил, прежде  чем она успела

спросить подробности. — Что вы делали на прошлой неделе в «ТарМор»?

— Проходила собеседование на работу.

— Прошу прощения, мистер Эм?

Он   повернул   голову,   прерываясь.   Его   сухой   взгляд   сменился   благодарностью, когда тот же самый официант, проходивший минуту назад, вновь оказался рядом и держал

невысокий стакан с прозрачной жидкостью со льдом.

Габриэль кивнул и взял его.

—  Ты  обязательно  будешь  вознагражден  за   инициативу,   Лиам.  Подойду  к  тебе

позже.

Официант   улыбнулся   ей.   Его   нетерпеливый   вид   говорил,   что   так   и   будет.   Он

растворился в толпе.

—  Как   мило  с  его   стороны,  —  прокомментировала   Ева,  когда  мужчина  сделал

глоток. Не было ничего сексуальнее вида его горла, когда он глотал. И кем она, черт

побери,  стала сегодня, что даже обращает внимание на мужское горло? — Или он весьма

хорошо вас знает, или очень внимателен.

И почему девушка продолжала смотреть на его рот? Интерес в этом, в нем, был для

нее   необычен.   Такая   реакция   на   мужчин   была   ей   несвойственна.   Ох,   кого   она

обманывала? Ева  никогда так не реагировала  ни на одного мужчину. Особенно на такого.

Такого...   Боже,   она   даже   не   знала.   Может   быть,   властного?   Самоуверенного,   но   не

высокомерного. Если такое возможно.