поисках денег, Ева с благодарностью протянула оплату проезда, когда чемодан и
дорожная сумка оказались у ее ног. Она наблюдала, как средних лет женщина-водитель
забралась обратно в машину и исчезла в конце улицы.
Глубоко вдохнув и остро ощутив тишину ночи — никаких машин, сирен, пьяных
разговоров — девушка подняла сумки и прошагала по освещенной уличным фонарем
дорожке к дому. Она вставила ключ в замок и широко распахнула дверь, остановившись, чтобы отключить сигнализацию, прежде чем включить освещение в коридоре. Она
прищурилась от внезапного света, поставив вещи у подножия лестницы... и мгновенно
почувствовала обжигающие слезы, когда знакомый, хоть и немного затхлый запах дома, ударил в нос.
Похоже, Ника не выполнила обещания все проветрить.
Ева вернулась к двери и высунула нос на свежий воздух, тяжело дыша сквозь
душащие ее одиночество и грусть. Затуманенный взгляд окинул передний двор, и она
немного успокоилась. Снова это чувство. Что за ней наблюдают. Она так часто
чувствовала подобное в Нью-Йорке и даже во время полета в Сиэтл. Странно, но это
приносило ощущение покоя, что было бессмысленно, учитывая утреннее происшествие.
Мог это быть Стефано Моретти или его сторожевые псы, чей взгляд она ощущала на
себе? Глупое воображение. Зачем криминальному боссу преследовать студентку?
Бессмыслица. Ничего из этого не имеет смысл.
Щелкнув пальцами, она схватила свою сумку и вытащила телефон. Включила его, что забыла сделать еще после перелета, и проверила сообщения. Вдруг Калеб узнал что-
нибудь, пока она была недоступна. Ничего. Она принялась стучать по экрану.
«Привет. Думаю о том, что произошло сегодня. Ты в порядке?».
Прошло всего пару секунд, прежде чем бульканье оповестило о пришедшем ответе.
«Ага. Остался в клубном доме, раз теперь не приходится приглядывать за
твоей задницей. Все еще работаю над вопросом СМ. Ты как?».
«Я в порядке. Поговорим позже?».
«Хорошо, Присс».
Напряжение слегка спало с плеч. Он бы сообщил, если бы стоило беспокоиться о
Стефано Моретти. К тому же бандит сейчас на другом конце страны.
А если ощущение присмотра не связано со Стефано, что, если это дух матери? Она
никогда раньше не верила в подобные вещи.
— Но теперь буду, если это означает, что ты здесь, мама, — прошептала она в
холодный воздух, ощущая облегчение от коснувшегося лица ветерка.
Ночные тени простирались над тем, что утром окажется прекрасным зеленым
газоном, скрывая стрелы папоротников и других растений во дворе. Вдалеке лаяла собака.
Звук больше походил на «впусти меня, я уже пописал», чем «кто-то чужой во дворе».
Она вдохнула свежий насыщенный запахами воздух. Внезапно быть дома
показалось правильным.
Габриэль наблюдал, как Ева оглядывала передний двор своих владений. Ее губы
тронула теплая улыбка. Безумно красивая.
Кто ей пишет? Пейн? Ее подруга Ника? Кто из них рассмешил ее?
— Она была в наушниках и игнорировала парня весь полет.
Он нахмурился еще сильнее и искоса посмотрел на лидера своей команды
безопасности, Куана Мао. Он нанял опытного американца-азиата, когда Куан впервые
приземлился в Сиэтле чуть больше четырех лет назад. Тот пришел из азиатской
группировки Нью-Йорка, которая плохо кончила, и оказался лояльнее и надежнее, чем
некоторые парни, которых Габриэль знал уже двадцать лет.
Куан присоединился к нему в аэропорту Сиэтл/Такома. Он был с Евой с минуты, когда она вышла из такси в аэропорту Кеннеди, сопровождал в самолете без ее ведома, разумеется, и только что закончил рассказывать Габриэлю про какого-то студента, сидевшего рядом и несколько раз пытавшегося завязать разговор. Габриэль мог
поклясться, что эта информация была представлена только для того, чтобы подразнить в
нем зверя. Но с другой стороны, парни же не посвящены в его...
Василия, так что, может, и нет.
— Он не представлял угрозы?
— Нет.
— Тогда почему я об этом слушаю? — огрызнулся он, его чувство собственности
по отношению к Еве мешало смягчить тон.
Ее взгляд был сосредоточен на большой плакучей иве в нескольких сотнях ярдов от
подъездной дорожки. Его «Эскалейд» как раз был припаркован в тени дерева. Он
напрягся, хотя и не было никаких шансов, что девушка сможет увидеть их под покровом
свисающих ветвей и беспроглядной ночи.
— Просто держу вас в курсе.
В сухом ответе Куана сквозила странная нотка, которую Габриэль не хотел
слышать. Его парни слишком пекутся ради своего блага. Боже, у нее такая тонкая талия.
