Волосы Первого капитана уже были собраны в хвост, чтобы было удобнее надеть шлем, и Локен видел, что он тоже предвкушает грядущее кровопролитие.
– Неужели никого из вас это не беспокоит? – не в силах больше сдерживаться, спросил Локен.
– Что? – удивился Аксиманд.
– Вот это, – ответил Локен, обводя жестом палубу, где полным ходом шли приготовления к войне. – Неужели вы не понимаете, что нам предстоит сделать?
– Конечно понимаем, Гарвель, – крикнул Абаддон. – Мы собираемся перебить всех этих глупцов, которые осмелились оскорбить Воителя!
– Нет, – возразил Локен. – Все совсем не так, разве вы не видите? Мы собираемся воевать против людей, не против каких-нибудь ксеносов или давно утерянной ветви человечества, не желающей принять условия согласия. Это наши люди, мы идем убивать наших людей!
– Это изменники, – поправил его Абаддон, с нажимом произнеся последнее слово.– В этом-то все и дело. Ты понимаешь? Они отвернулись от Воителя и Императора, а потому обречены.
– Брось, Гарвель, – сказал Торгаддон. – Ты беспокоишься по пустякам.
– Разве? А что мы будем делать, если это повторится?
Трое остальных членов Морниваля озадаченно переглянулись.
– Что – повторится? – наконец спросил Аксиманд.
– Что, если восстанет еще один мир, потом другой? Сейчас мы имеем дело с армией, а что произойдет, если взбунтуются Астартес? Неужели мы будем сражаться и против них?
Трое морнивальцев рассмеялись, но затем Торгаддон все же ответил:
– У тебя отличное чувство юмора, брат. Ты и сам знаешь, что такое невозможно. Это немыслимо.
– И такие мысли недостойны, – с серьезным видом добавил Аксиманд. – Это может рассматриваться как измена.
– Что?
– Я мог бы доложить Воителю о подстрекательстве.
– Аксиманд, ты же знаешь, я никогда…
Торгаддон не выдержал первым.
– Ох, Гарви, как легко тебя провести! – сказал он, и все снова засмеялись. – Теперь даже Аксиманд может тебя подловить. Ты прямолинеен с ног до головы!
Локен выдавил усмешку:
– Вы правы, простите.
– Не стоит извиняться,– сказал Торгаддон.– Лучше приготовься убивать.
Первый капитан протянул руку вперед:
– Убивать ради живых.
– В отмщение за погибших, – продолжил Аксиманд, накрывая своей ладонью руку Абаддона.
– Пусть провалятся в преисподнюю все живые и мертвые, – сказал Торгаддон, следуя их примеру. – Убивать ради Воителя!
Чувство общности с братьями по Морнивалю охватило Локена. Он кивнул и протянул руку, ощущая, как гордость и уверенность наполняют душу.
– Я буду убивать ради Воителя! – пообещал он.
От грандиозного размаха у нее захватывало дух. Ее собственный корабль был оснащен тремя посадочными палубами, но по сравнению с «Духом мщения» он казался просто прогулочной яхтой, поскольку мог принимать лишь скифы, мелкие транспорты и челноки.
Представшая ее глазам военная мощь подавляла.
Сотни Астартес находились на стартовой палубе, и все они уже распределились вокруг штурмкатеров – грозных, приземистых летательных аппаратов, вооруженных десятками ракет под каждым из крыльев и крупнокалиберным орудием на турели в носовой части судна. Последние приготовления уже были закончены, двигатели пронзительно завывали, а могучие и массивные космодесантники в последний раз проверяли оружие.
– Я и представить себе не могла подобного зрелища, – сказала Петронелла, наблюдая, как в дальнем конце стапелей оглушительно загрохотала и отошла в сторону гигантская бронированная створка.
За дрожащей завесой защитного поля на фоне звездной россыпи показалось грязноватое свечение спутника Давина. Спустя мгновение с пневматическим шипением из палубы поднялись закопченные отражатели реактивных струй.
– Этого? – спросил Хорус. – Это пустяки. Вот на Улланоре, вокруг планеты зеленокожих, собралось сразу шесть сотен кораблей. В тот день на поле боя вышел весь мой Легион, девочка. Поверхности было не видно: больше двух миллионов солдат армии, сотня титанов под управлением механикумов и все рабы, которых мы освободили из концлагерей зеленокожих.
– И всех направляла воля Императора, – добавила Петронелла.
– Да, – кивнул Хорус. – Всех вела воля Императора…
– А другие Легионы сражались на Улланоре?
– Жиллимана и Хана. Их Легионы держали под контролем внешние подступы и участвовали в диверсионных атаках, но ту победу завоевали мои воины, лучшие из лучших прошли сквозь грязь и кровь благодаря своему упорству и мастерству. Я сам вел штурмгруппу юстаэринцев в решающее сражение.
– Это трудно себе представить.
– Но, тем не менее, так оно и было. Из боя против предводителя зеленокожих вышли только Абаддон и я. Этот ублюдок оказался крепким орешком, но я одолел его и сбросил тело с самой высокой башни.
– Это произошло до того, как Император присвоил вам титул Воителя? – спросила Петронелла, торопливо работая мнемопером, чтобы записать быструю речь Хоруса.
– Да.
– И вы вели в бой… как это называется? Штурмгруппу?
– Да, штурмгруппу. Точно направленный удар, чтобы разорвать глотку врага и лишить его лидера.
– И здесь вы тоже поведете передовой отряд?
– Поведу.
– Не кажется ли вам это немного необычным?
– Что именно?
