– Постой. Мисс Бейл, позвольте вам представить Лауру, мою экономку и незаменимую помощницу.
Он проговорил это с легким недоумением, будто задавал вопрос, и Уинифред стало смешно. Она протянула девочке свою узкую ладонь, и та, присев, коротко пожала ее.
– Лаура, это мисс Бейл. Ты наверняка про нее слышала. Теперь она будет работать с нами.
– Это честь, – прошептала Лаура.
Уинифред почувствовала прилив гордости и за эту гордость прониклась к девочке благосклонностью. Она повернулась к Дарлингу и задрала подбородок.
– Очаровательно. Лаура, чем ты занимаешься? – спросила она у девочки, не отводя взгляд от юноши – почему он назвал ее экономкой, если девочка разносит чай?
Как она и ожидала, за нее ответил Дарлинг:
– Лаура знает все секреты Лондона. Вы не представляете себе, Уини… мисс Бейл… Вы не представляете себе, мисс Бейл, сколько прислуга знает о своих хозяевах! И сколько они могут рассказать Лауре!
– Это разумно, – неохотно признала Уинифред и поставила нетронутую чашку на стол, стараясь не пролить ни капли на разбросанные повсюду бумаги. – Слуги и правда зачастую знают о хозяевах больше их самих.
Лаура смущенно потупилась, и Дарлинг улыбнулся ей теплой мальчишеской улыбкой, удивительно шедшей его идиотской физиономии.
– Спасибо за чай, Лаура. Можешь идти. Зайди, пожалуйста, со своим набором после ухода мисс Бейл.
Лаура, снова коротко присев, выскочила за дверь. У нее были рваные, стремительные движения, как у петляющего зайца. Девочка была не так проста, как казалось.
Уинифред осенило. Она провела ногтем по краю чашки, и фарфор запел.
– Ваш человек у мистера Уоррена – это кто-то из прислуги?
– Нет… Точнее… да, прислуга тоже.
– Тогда это мисс Гэмпстон.
Дарлинг удивленно вскинул брови.
– Верно. Как вы поняли?
Значит, она. Уинифред не почувствовала ни досады, ни облегчения от того, что мисс Гэмпстон находилась в таком же положении, как и она. Но то, что догадка оказалась верной, принесло ей удовлетворение.
– Раз не прислуга, значит, она. – Уинифред снова тронула пальцами горячую чашку – в кабинете становилось прохладно для ее крепового платья. – Она знала про фиолетовый галстук и бал, но не знала пароля – это была наша с мистером Уорреном предосторожность. Впрочем, про галстук мог подслушать кто-нибудь из прислуги – мистер Уоррен скуп, и вам не составило бы труда переманить любого из них на свою сторону. Но раз не прислуга, значит, мисс Гэмпстон, смелости хватило бы лишь у нее. Любопытно.
Уинифред подняла голову и встретила восхищенный взгляд Дарлинга. Ей стало неловко. Юноша открыл рот, чтобы что-то сказать, но она торопливо перебила его:
– Вы хотите получить ваше письмо, мистер Дарлинг?
Он моргнул, и восхищенное выражение смазалось.
– Да… конечно. Конечно, мисс Бейл, – пробормотал он.
Уинифред раскрыла ридикюль. Отыскать письмо было нетрудно – помимо него, там лежали только набор отмычек и пузырек спирта для обработки ран. Не совсем стандартный набор для юной леди, но эти вещицы выручали ее гораздо чаще, чем платки и нюхательные соли.
Она протянула Дарлингу письмо, но он не стал его читать, а просто положил лист к кипе других. Уинифред окаменела и до боли стиснула пальцы. И вот из-за этого клочка бумаги она рисковала своей жизнью!
– Я сейчас же займусь копиями, – пообещал Дарлинг, грудью навалившись на стол. – Буду ждать вас завтра с утра. В одиннадцать. Вы же сможете?.. То есть… Приходите в одиннадцать, пожалуйста.
Прощание вышло скомканным. Кажется, юноша тут же принялся строчить кому-то письмо. Уинифред, оглядев стопку документов, украденных у мистера Уоррена, мысленно поблагодарила Бога за то, что Дарлинг не заставил ее копировать их самостоятельно.
Разорвав старый договор на четыре части, Уинифред оставила обрывки на чайном столике. Дарлингу придется повозиться с копией.
Чтобы вернуться в «Рассвет», он предложил ей взять кучера. Ожидая, пока запрягут лошадей, она осматривала холл. Мраморный пол был выскоблен до блеска; Уинифред представила, как скользили бы по такому полу туфли во время танца, и ей нестерпимо захотелось на бал. На настоящий бал. Не ради задания, а ради развлечения. В своем платье, а не в чужом, пусть и прекрасном.
Развернувшись на пятках в имитации бальной фигуры, Уинифред оказалась лицом к лестнице и встретилась взглядом с Лаурой. Девочка двигалась так бесшумно, что если бы Уинифред не повернулась, то даже не заметила бы ее. Лаура широко раскрыла глаза. Она только что спустилась. В руках вместо маленького медного подноса она держала несколько склянок разноцветных чернил, деревянную лакированную палитру и стопку желтоватых листов веленевой бумаги. Похоже, она займется копированием вместе с Дарлингом. Уинифред заметила, что Лаура сняла чепец и распустила жесткие густые волосы, и теперь они смоляным водопадом струились у нее по спине.
– Мисс Бейл, – присела девочка, и Уинифред благосклонно ей улыбнулась.
– Лаура. Спасибо за чай, он был просто превосходен, – соврала она, ведь не сделала и глотка.
Ей хотелось расположить к себе девочку – она могла оказаться незаменимым источником информации.
