– Я и п-подумать не могла! Теперь ясно, почему вы так скрывались! П-первая женщина-секретарь – это кошмарный с-скандал! «Забава для д-джентльмена – смерть для леди», – любит повторять мой отец. – Мисс Саттон мечтательно вздохнула. – Надеюсь, Теодор хорошо вам платит?
– Достаточно, чтобы ни от кого не зависеть, – уклончиво ответила Уинифред.
Это произвело на Эвелин впечатление. Она замолчала, нервно стиснула ручку парасоля, а потом вдруг выпалила:
– Теодор! Как ты думаешь, у т-тебя не найдется должности и д-для меня?
Уинифред остолбенела, а Дарлинг, не уловив отчаяния в ее голосе, прыснул со смеху. Быстро сообразив, что Уинифред и Эвелин даже не улыбнулись, юноша подобрался и стер с лица веселье. Глаза его заплясали между девушками.
– Прошу прощения… Значит, это была не шутка? – уточнил он и неловко почесал затылок. – Ох… Сожалею, но сейчас вакансий нет.
– Может, п-подберешь мне какое-нибудь п-пустячное занятие? – не сдавалась Эвелин. – Я многое умею! К-конечно, может, не уборка и не с-стирка, но…
Дарлинг покосился на Уинифред. Та едва заметно покачала головой.
– Я… сожалею, – повторил он.
Девушка поникла, но вместо жалости Уинифред почувствовала в ее отношении острую, жгучую зависть. Эвелин росла как цветок в парнике, у нее благородное имя, любящие родители, достаток, неземная красота – чего еще можно желать?
Простодушный Дарлинг вслух задал вопрос, повисший в воздухе:
– Эви, зачем тебе работа?
Девушка подняла голову. На нижних ресницах у нее повисли крошечные слезинки. Кончик носа чуть покраснел, но от этого она выглядела только очаровательнее. Услужливый юноша тут же потянулся в нагрудный карман и вынул носовой платок. Уинифред презрительно фыркнула, отведя взгляд. Неужели у нее нет собственного платка?
– Я т-тоже хочу независимости, – прошептала Эвелин. – Тоже хочу п-принадлежать самой себе.
Приняв от Дарлинга платок, мисс Саттон изящно поднесла его к лицу и промокнула глаза. Светло-рыжие ресницы опустились на щеки и снова порхнули вверх.
– В таком случае не выходите замуж, – едко посоветовала Уинифред. – Разве вы имеете недостаток в деньгах?
– Нет-нет! Вот т-только… Мой отец спит и видит меня в подвенечном платье, – с горечью пояснила она. – Как-то он наткнулся на слово «старородящая» в газете, и с т-тех пор я навожу на него ужас одним лишь отсутствием обручального кольца. Вечно подсовывает мне к-книжки наподобие «Жены Англии» или «Этикет любви, ухаживаний и б-брака». На пальцах не пересчитать, сколько раз за п-последний год он чуть не обручил меня с кем-нибудь из своих д-друзей! А п-прошлой зимой он запретил мне ехать в Италию, потому что я п-пропустила бы Лондонский сезон.
– Я и не представлял, что мистер Саттон так серьезно настроен… – пробормотал Дарлинг. – Тебе же всего двадцать три.
Эвелин зловеще рассмеялась.
– Ты и п-представить себе не можешь. Когда ты гостил у нас, я избегала оставаться с тобой один на один, а не то мой п-папочка непременно использовал бы это как предлог д-для помолвки.
– Надо же! А я-то думал, что просто не нравлюсь тебе.
– Да нет! Нравишься, п-просто…
– Разве вы сами не хотели выйти за него? – громко вклинилась Уинифред. Еще немного, и Дарлинг точно сделал бы Эвелин предложение. – Что-то не похоже, что вам так уж претит идея замужества.
– Честно говоря, мне совсем не х-хочется замуж, мисс Оукс. П-понимаете… – Эвелин взглянула на Дарлинга в поисках поддержки. – Я д-думала, Т-теодор – это мой единственный выход. Выйдя за него, я обрела бы п-практически полную свободу… Ну, п-потому что…
– Им было бы легко управлять, – безжалостно закончила за нее Уинифред.
Дарлинг выглядел скорее озадаченным, нежели расстроенным, но у Эвелин снова увлажнились глаза.
– Так вы полагали, мисс Саттон?
– Ну-ну, Эви… – пробормотал юноша с виноватой улыбкой. – Пожалуйста, не плачь. Это… разумное предположение. Не будем делать секрет из того, что я полное ничтожество.
– Нет, в-вовсе нет!
Эвелин с состраданием посмотрела на Дарлинга. Так смотрят не на человека, в которого влюблены, а на котенка с перебитым хвостом. Отчего-то эта мысль принесла Уинифред огромное облечение.
– Т-ты замечательный, в-вот что я имела в виду. Я избавилась бы от к-контроля своего отца. И от п-противной, назойливой мисс Хаббард! Вечно следует за мной п-повсюду! Т-ты избавил бы меня от необходимости в-выходить замуж… ну, за ненавистного мне ч-человека.
Уинифред не могла не признать, что расчет Эвелин был хорош. Как умно – затащить Дарлинга под венец, зная, что она сможет держать его под каблуком и распоряжаться собой как душе угодно, фактически будучи замужем!
Эвелин могла оказаться весьма полезной, если направить ее энтузиазм и рассудительность в нужное русло. Ей нужна работа, а им – надежный человек, знающий, по каким правилам играет высший свет.
– Мисс Саттон, я думаю, у мистера Дарлинга все-таки есть что вам предложить, – поколебавшись, произнесла Уинифред.
Девушка вскинула голову, и круто завитые кудряшки у ее шеи подпрыгнули.
– П-правда?
– Правда? – переспросил Дарлинг. – Признаться, я уже запутался.
