Родители и сестра приехали на день рождения на новом «фольксвагене», подаренном Станиславу Леонидовичу на пятидесятилетие зятем и дочерью. Светлана из маленькой весёлой девчушки превратилась в высокую кокетливую красотку. Длинные светлые волосы она давно подстригла и сделала каре, завивая концы так, чтобы они смотрели в разные стороны. Одевалась Света для своего возраста стильно и со вкусом. Алина, глядя на сестру, вспомнила себя в её возрасте. Каким угловатым подростком она была! Нахлынули воспоминания о Кирилле.
«Нет, только не сегодня. Только не в день рождения сына. Я не буду думать о Кирилле, иначе сейчас расплачусь!»
Но воспоминания бередили душу. У Алины перед глазами всплыло худое, осунувшееся, но всё равно поразительно красивое лицо, которое она видела на похоронах Сергея Васильевича. Олеся позвонила ей в день смерти отца Кирилла, и Алина решила поехать на кладбище во что бы то ни стало, попрощаться с Сергеем Васильевичем. Она помнила его здоровым, полным сил мужчиной, любящим жену и души не чаявшим в единственном сыне. Из-за любви к сыну, а также по доброте душевной Сергей Васильевич с радостью принимал всех друзей Кирилла, а к Алине относился как к близкой родне. Слишком часто она появлялась в квартире Семёновых. Алина с горечью вспоминала слова отца Кирилла, которые он в шутку говорил сыну: «Вот будешь двоечником и лоботрясом, Алинка ни за что за тебя замуж не выйдет! Найдет мужа получше!» Слова Сергея Васильевича оказались в какой-то степени пророческими. Она не вышла замуж за Кирилла и нашла другого мужа, но лучше ли он? На этот вопрос Алина точно знала ответ.
На похоронах она так много хотела сказать Кириллу, но понимала, что не время и не место. Она сумела только поздороваться с ним. Алина знала от Олеси о недавней женитьбе Кирилла, но была поражена, когда увидела сильно округлившийся живот его супруги, выдававший поздний срок беременности. Нет, она никого не осуждала, сама выходила замуж в положении и считала это нормальным для современного общества, но с фактом отцовства Кирилла не могла смириться. До неё никак не доходило, что у Кирилла есть настоящая семья, он любит и любим. Она знала от той же Олеси, как тяжело Кирилл переживал её замужество. На протяжении многих лет, даже не видя его и не общаясь, Алина продолжала считать себя главной женщиной в его судьбе. Но в день похорон поняла: ей больше нет места в жизни Кирилла. Сердце Алины сжалось в маленький комочек, защемило, и в этот раз всё было не так, как в кафе после поцелуя Кирилла и Леры. Тот случай – обыкновенное ребячество, не стоящее ни слёз, ни переживаний. Только тогда она не понимала, какой глупостью была её обида на Кирилла. В день похорон Сергея Васильевича она поняла, что потеряла Кирилла навсегда. После похоронной церемонии Алина сразу уехала в Москву, несмотря на уговоры Татьяны Ивановны остаться на поминки, сочинила легенду о том, как её ждут дома, хотя прекрасно знала, сын в надёжных руках няни и с ним ничего не может случиться. Но Алина не желала оставаться. Она физически чувствовала боль, глядя на Кирилла и его жену.
С бешеной скоростью Алина неслась по трассе М-2, вцепившись в руль так, что костяшки пальцев стали белыми. Спидометр показывал 180 км/ч. Все машины расступались перед белым «мерседесом» и его сумасшедшей владелицей. В памяти постоянно всплывало лицо Кирилла и его жены. Алина не могла понять, как красавец, любимец всей школы, да что и говорить, любимец всех окружающих его женщин, мог жениться на серой мышке.
«Она, наверно, добрая, любящая, заботливая, не то, что я, – думала Алина, не замечая, как кусает до крови губы. – Вцепилась в него, не отпускала от себя ни на шаг… Скоро у них родится ребёнок. Кирилл станет счастливым папочкой. Он будет сдувать с жены пылинки, никогда не обидит и не ударит. Я его знаю!»
Выехав на МКАД, Алина сбавила скорость до 100 км/ч. В магнитолу был вставлен диск со старым заезженным альбомом «Крылья» группы «Наутилус Помпилиус». Из колонок доносились слова, разрывая в клочья и без того израненное сердце Алины. Ей казалось, что Бутусов написал песню специально для неё, описал её жизнь, потерянную любовь, ошибки, предательство. В тот момент Алина чувствовала реальную боль, как будто её разрезали тупым ножом, распотрошили, вынули внутренние органы и зашили острой иглой, оставляя на теле кривой, уродливый шов.
Она наматывала круги по МКАД до тех пор, пока слёзы не высохли, а дыхание не восстановилось. Сколько кругов по кольцевой дороге сделала, Алина не помнила, но когда приехала домой, Коленька с няней смотрел мультфильмы по телевизору. Алина крепко обняла сына.
«Я ни о чём не жалею! Мой сын дороже всех на свете! Решение родить ребёнка в 17 лет было самым правильным поступком в жизни!»
И в день рождения сына Алина, глядя на Колю, всё также была переполнена этой уверенностью. После свадьбы с Игорем все мысли о Кирилле она отгоняла прочь и сегодня пыталась сосредоточиться на множестве гостей, праздничных хлопотах, подарках и развлечениях…
