Когда незнакомый мужчина сделал Яне неприличное предложение, у неё и в мыслях не было согласиться. Но череда событий, что следует за ним, поставит её перед выбором…В книге:— много интересных мужчин— сюжет! незамысловатый, но с неожиданными поворотами (Нет, вы не знаете, что будет и чем закончится. Даже я не знаю… Шучу, я знаю)— однотомник— мат (немного), секс (есть)— героиня девственница в поисках «кому?..», но девчонка бойкая, с юмором— тайны прошлого, страсти, одержимости и личные драмы героев, тщательно скрываемые за любовной линией и развитием отношенийЭто первая книга серии.Вторая (про Григория)Книги читаются отдельно.
Мужчина зло смял фотографию и отвернулся к окну:
— Шалава!
Платон Прегер, владелец вендинговой компании, вошедшей в прошлом году в пятёрку лидеров мирового рынка автоматизированной торговли, подозревал, что жена ему изменяет. И всё же до последнего надеялся, что это лишь его мнительность.
Факт, что эта дрянь наставляет ему рога, заставил его сжать кулаки и заскрипеть зубами.
Он толкнул столик, едва справляясь с чувствами, что не мог не испытывать после пяти лет брака, который считал счастливым — и маленькая вазочка с какими-то жёлтеньким весенними цветочками покачнулась и упала.
«…более 14 тыс. точек с торговыми автоматами в 60 городах страны, ежемесячным оборотом 4 млрд. рублей…» — расплылось мокрое пятно по свежей газете, рассказывающей об успехах его компании «Премикс», но в этот миг ему показалось, что это не буквы расплываются — это всё плывёт у него перед глазами, не газета тонет — он захлёбывается от гнева, злости, обиды, боли.
«Сука! Лживая сука», — бросил он мятый комок снимка, что принёс частный детектив, в лужу и туда же бросил конверт, из которого только что достал фотографии. Остальные снимки он убрал в рабочую папку, но эта… словно в душу плеснули кислотой.
Расторопная официантка, что до этого терпеливо ждала, когда он будет готов сделать заказ, тут же подошла устранить последствия потопа.
Прегер снова отвернулся к окну.
— Экскурсии! Недорого! — зазывал прохожих приветливый девичий голосок. — Не желаете прокатится с ветерком на кораблике по ночному городу? А на комфортабельном автобусе? Днём? Почти даром.
Прямо под окном ресторана, выходящего на центральную улицу города, девушка в фирменном ярко-зелёном фартуке поверх куртки и такого же цвета бейсболке, надетой козырьком назад, раздавала безыскусные, отпечатанные на цветной бумаге флаеры с услугами какого-то туристического агентства.
Каждый день Платон Прегер, преуспевающий бизнесмен и заботливый, мать его, супруг, обедал в этом дорогом ресторане. И каждый день, кажется, вторую неделю подряд в это же время хорошенькая блондинка с ангельским личиком вручала под окном свои листовки.
Худенькая. Бойкая. В джинсах. Со стянутыми в хвост, густыми светло-русыми волосами. Улыбчивая. Доброжелательная. Она охотно останавливалась, чтобы объяснить каждому заинтересованному как позвонить и куда пройти. «Тут недалеко!» — махала рукой, разворачиваясь в сторону то офиса агентства, то парковки с автобусом. И на звук её глубокого сочного голоса у Прегера даже что-то отзывалось внутри.
Может, желание купить чёртову экскурсию?
Он усмехнулся и хрустнул шеей, когда в его голове вдруг созрел дьявольский план.
«Значит, как мужчина я тебя больше не устраиваю? — мысленно обратился он к неверной жене. — Меня одного тебе не хватает? Я вдруг стал недостаточно хорош для такой похотливой суки? Или я всегда был нужен тебе только как статус и кошелёк? Ну что ж, пусть так, долг платежом красен…»
Платон снял обручальное кольцо и убрал в карман. Повернулся к официантке:
— Мерло, цыплёнка под грибным соусом, пасту под соусом песто и… два бокала.
— Хорошо, Платон Андреевич, — кивнула та и тут же скрылась на кухне.
— Ты далеко? — набрал Прегер Селиванова — своего помощника, правую руку и первого человека в его личном окружении. Совсем недавно — первого. Сейчас этот факт стоял под вопросом.
— Уже здесь, патрон, — бодро ответил Григорий в трубку.
Платон услышал хлопок двери, лёгкие шаги по ступеням лестницы, поднимающей зал ресторана над проспектом на добрых полтора метра, позволяя посетителям рассматривать прохожих через большие окна свысока. А потом из-за поворота стены, отгораживающей уединённой место у окна от входа, показался и сам Селиванов.
— Патрон! — поприветствовал босса и, не спрашивая разрешения, завалился напротив в кожаное кресло с высокой спинкой, как наследник трона напротив короля.
— Всё готово? — исподлобья посмотрел владелец «Премикса» на своего смазливого помощника.
Смазливого, похотливого, блудливого, нахального, в общем обладающего всеми необходимыми качествами, чтобы бабы сходили по нему с ума.
В каких мексиканских притонах он нахватался испанского, Прегер мог только догадываться, но знания языка Селиванову хватало только чтобы называть босса «патрон», вместо «да» отвечать «си» и ругаться словом «пу̀та» во всех его комбинациях: от «де пута мадре», что значило нечто замечательное и прекрасное, до «уна путада» как синоним паршивого, впрочем, и это он иногда путал.
— Си, патрон! Всё здесь, — Селиванов гордо положил на стол папку.
В этой скромной кожаной папке сейчас находилось будущее компании — документы на покупку британского вендингового оператора «Таймснэк». Осталось только подписать договора, что, наконец, устроили обе стороны, и закончить сделку, которая сулила «Промиксу» головокружительные перспективы, выход на европейский рынок и место не в пятёрке, а, как минимум, в тройке лидеров рынка.
Григорий довольно выдохнул.
