Кирилл думал, заботы о сыне его отвлекут, но нет, голову не покидал образ бывшей возлюбленной. Искупав Ванечку, Кирилл завернул малыша в полотенце и на руках отнёс в комнату. Первое, что Кирилл увидел, – это застывший силуэт Марины рядом с включённым компьютером, на экране которого отображалась многократно увеличенная фотография Алины. Марина многозначительно посмотрела на мужа, в глазах читался вопрос, но вслух она ничего не произнесла. Этим свойством Марина отличалась от всех остальных женщин, бывших рядом с Кириллом. Она никогда ничего не спрашивала, даже если сама страдала от неизвестности. Кирилл смотрел супруге в глаза и молчал. Он не знал, что сказать в своё оправдание, и есть ли причина, по какой он должен оправдываться, но чувствовал себя почему-то ужасно виноватым, как будто был уличён в преступлении. Пытаясь скрыть смущение, он протянул Марине ребенка.
– Мамочка, мы помылись, теперь хотим кушать.
– Иди ко мне, малыш. Сейчас наденем пижаму и будем есть вкусную кашку перед сном.
Марина занялась Ваней, не сказав Кириллу ни слова упрёка, а он выключил компьютер и прошёл на кухню, где сразу же взял телефонную трубку.
– Алло, – Кирилл снова услышал голос друга.
– Привет ещё раз! Сань, мне надо с твоей женой поговорить.
– С моей женой?! – Саня насторожился. – Киря, о чем ты хочешь поговорить с моей женой?
– Ты что ревнуешь? – Кирилл рассмеялся. – Давай выключай своего внутреннего Отелло. Мне у твоей Дездемоны кое-что спросить нужно, только и всего.
– Сейчас посмотрю, вышла она из ванной или нет.
Через минуту Кирилл услышал в трубке голос Олеси.
– Кирилл? Что ты хотел у меня спросить?
– Олеся, помнишь ты сегодня… предлагала мне… позвонить Алине? – Кирилл начал заикаться.
– Ты всё-таки решил позвонить ей? Молодец! Я думаю, вам двоим есть что обсудить.
– Да, я хотел или позвонить ей, или написать по электронной почте. Ты можешь дать мне электронный адрес Алины?
– Хорошо, записывай. Я продиктую и номер мобильного телефона, и электронный адрес.
Кирилл взял карандаш и на листе бумаги с Ваниными каракулями записал координаты Алины.
– Спасибо, Олеся!
– Не за что. Позвони ей обязательно. Она будет очень рада.
– С ума сошёл! – женский голос сменился на обеспокоенный мужской. Видимо, Саня стоял рядом с Олесей и слышал весь разговор. – Мало того, что она изменила тебе, потом уехала, даже не поговорив, а теперь ты, не она, ищешь с ней встречи. Киря, ты женат, помнишь об этом? Я думал, ты о Завадской забыл давно.
– Я бы забыл, если бы это было возможно… И да, я помню, что женат. Марине изменять не собираюсь. Просто хочу поговорить с Алиной и всё.
– Да уж, не собирается он… Сам себе роешь себе могилу!
– Какую могилу?! Сдурел совсем!
– Я образно говорю! Сам себе ищешь неприятности!
– Сань, я разберусь как-нибудь самостоятельно с Алиной. Хорошо? Не надо меня поучать.
– Больше слова не скажу. Только после разговора с ней не бухай полгода без перерыва, как в прошлый раз!
– Обещаю, бухать больше не буду. Пока! Хорошего отдыха и ещё раз – с днём рождения!
После телефонного разговора Кирилл долго вертел перед глазами листок с криво написанными координатами Алины, затем скомкал бумажку и положил в карман джинсов.
Написать Алине он решился на следующий день. 1 мая практически вся страна уезжала за город жарить шашлыки, но только не семья Кирилла. Семёновы находились дома, вдали от шума и праздничной суеты. Для поездки на природу не было хорошей компании и большого желания. Марина вообще не любила шумные застолья, а Кирилл так уставал на работе, что в выходные его невозможно было выманить из дома. Тем более Саня, с которым Кирилл дружил и работал вместе, улетел с семьей отдыхать, а в последнее время кроме Дроновых Кирилл ни с кем близко не общался. Он крутился на работе пять дней в неделю, а иногда и все семь, поэтому хотел приходить домой, как в долгожданный оазис среди раскаленной от жары пустыни. Марина делала всё для создания комфортной, уютной атмосферы, хотя иногда, после бессонных ночей с маленьким ребёнком, ей непросто давалось изображать ангела, оберегающего покой мужа. Кирилл видел, как Марина старается, и ещё больше ценил жену.
