Богдан Хмельницкий просил помощи Москвы с начала восстания. Москва не торопилась ее оказывать по многим причинам. Казаки, черкасы, как их называли, не пользовались особой любовью: еще жива была память о Заруцком, Лисовском, о казачьих полках самозванцев. Московский мятеж 1648 г. был свежим примером того, на что способна «вольница». Неясным было поведение гетмана, просившего Москву о покровительстве, но ведшего тайные (известные Алексею) переговоры с Турцией и не рвавшего окончательно связи с Речью Посполитой. Наконец, выступление на стороне Хмельницкого означало войну с Польшей, чего царь Алексей не хотел, считая себя не готовым. В 1649 г., отвечая на просьбу Хмельницкого, царь выразил согласие принять «под покровительство» казаков, при условия согласия на это Польши. Горячим сторонником присоединения Украины был Никон, убеждавший царя в необходимости распространения православного мира, находящегося под рукой Москвы.
Московская дипломатия действовала медленно, осмотрительно, ожидая, пока ситуация созреет. Важно было не оттолкнуть окончательно Хмельницкого и, одновременно, сохранить нормальные отношения с Польшей. В июле 1650 г. в Варшаву прибыл московский посол с жалобами. Во-первых, в некоторых официальных бумагах поляки не точно писали царский титул; во-вторых, в Польше печатались «бесчестные книги», в которых неуважительно говорилось о царе и московском народе. Посол потребовал, чтобы книги были сожжены, а владельцы типографий, печатники и владельцы имений, где находились типографии, казнены. Поляки сожгли некоторые книги, но остальные требования отклонили, выразив недоумение, что царь грозит войной по таким незначительным поводам. Три года спустя в Варшаву явился новый посол с прежними жалобами. И получил тот же решительный отказ. На этот раз полякам был предложен выбор: царь соглашался простить виновных в оскорблении его чести, если будет уничтожена уния и прекратится преследование православных на территории Речи Посполитой.
Новые, невозможные для поляков требования означали, что Москва приняла решение. 1 октября 1653 г. царь созвал Земский собор, которому был поставлен вопрос: принимать ли гетмана Богдана Хмельницкого со всем Войском Запорожским под царскую руку? Собравшихся известили, что турецкий султан зовет казаков под свою власть. Собор постановил, что поскольку король Ян-Казимир преследует православие, гетман и все Войско Запорожское освобождаются от присяги королю, становятся вольными и могут быть принятыми под высокую государеву руку.
Московские послы прибыли 31 декабря 1653 г. в ставку Богдана Хмельницкого Переяславль. 8 января генеральная рада запорожского войска, выслушав призыв гетмана отдаться «православному христианскому царю восточному», постановила присоединиться к Москве под именем Малая Россия. В благодарственном письме Богдан Хмельницкий, называя себя «наинижайшим слугой», «верным слугой и подданым», титуловал Алексея Михайловича уже по-новому - «царем и великим князем Всея Великия и Малые России самодержцем».
Земский собор решил принять «под высокую царскую руку» запорожского гетмана Богдана Хмельницкого и Войско Запорожское. Только с ними и было подписано переяславское соглашение. Число казаков устанавливалось в 60 тыс., за ними подтверждались все права и вольности. На жалование царь прислал 1800 тыс. ефимков. Все права сохранялись за шляхтой в том случае, если она присягала царю. Магдебургское право, о котором ничего не знали русские города, сохранялось в городах Малороссии. Резко ограничивались права гетмана вести дипломатическую деятельность, ему запрещалось иметь отношения с польским королем и крымским ханом (без царского разрешения). Малороссийские города, в том числе Киев, обязались принять московских воевод, которые не будут вмешиваться во внутренние дела Запорожского войска. Казачья территория расширялась по сравнению с Белоцерковским договором, оставаясь в границах Зборовского договора.
После того как представители рады присягнули, обещая свято выполнять договор, и потребовали, чтобы московские послы присягнули за царя, им было отказано. Пример польских королей, присягавших подданным, был отвергнут, ибо «польские короли неверные, несамодержавные, не хранят своей присяги», а московский царь-самодержец своего слова не меняет.
Чрезвычайную сдержанность проявило малороссийское духовенство, долгое время отказываясь присягать царю. В июле 1654 г. в Москву было отправлено посольство от духовенства, которое просило: оставить малороссийскую православную церковь под властью константинопольского патриарха, т.е. не передавать ее в юрисдикцию московского патриарха; не присылать на духовные места в Малороссию москвичей; не отсылать осужденных духовным судом в Москву. Только после получения удовлетворения малороссийский клир присягнул царю.
