Сложно определить, весело Хейли, или нет. После действия усыпляющего газа она очнулась на полу в своей комнате. Сон длился пару часов, не больше, но дальнейшая сонливость была обеспечена ещё на три, как минимум. Казалось, прошли месяцы, так как выйдя из своей комнаты, Хейли обнаружила Галавана, его сестру, Барбару и Джерома за обсуждением чего-то, наверное, планов на вечер, как в старые добрые времена, в самом начале существования банды «Маньяков». Единственное, что человек стало существенно меньше. Они стояли у окна, почти в кругу, как заговорщики. Босс был серьёзен, Валеска внимательно его слушал, театрально нахмурившись, а девушки обнимали друг друга за талии, всем видом показывая, что делают одолжение тем, что слушают, хоть и в пол уха. Растрепанную и шатающуюся из стороны в сторону Хейли первой заметила Барбара. Увидев это, Галаван обернулся и, указав на девушку пальцем, произнёс: «А ты немного побудешь официанткой», не учтя, что кроме лишних вопросов эта информация ей ничего не даст.
Официанткой? Где? Когда? Почему? Какой сейчас день недели?
Недоумение на её лице было настолько ярко выражено, что Галаван закатил глаза и бросил Барбаре «Объясни ей».
— Если вкратце, то будешь участвовать в бойне под видом официантки, — произнесла блондинка, подойдя к Хейли и протянув ей стопку черно-белой одежды, сверху украшенной пистолетом.
Девушка рассеянно кивнула, беря этот подарок и поражаясь невинности в глазах мисс Кин, с которой она смотрела после того, как нагло солгала боссу о своей непричастности к освобождению Хейли из тюрьмы, тем самым переложив всю вину на Джерома. Конечно, глупо было надеяться, что после того случая эта стерва почувствует раскаяние и, тем более, покажет это, да и доброжелательная улыбка была лишь маской, самовнушением, чтобы не дать себе повыдергивать все волосы на голове нахальной глупой девчонки, но всё же дыхание сбивалось от жгучей ненависти.
— Ты точно сможешь быть фокусником? — услышала девушка обрывок фразы Галавана.
За ней последовал удивительно тихий смех Джерома:
— Конечно! Раз плюнуть. Я в цирковом балагане всю жизнь провёл.
«Фокусник? Как классно!» — в духе ребёнка, невероятно любящего цирк, подумала Хейли и начала представлять, как рыжий снимает с головы чёрный цилиндр, достаёт оттуда зайца, а потом бросает ей, стоящей в толпе зрителей, цветок, который достал из рукава фиолетового пиджака… Её передёрнуло. Нет, он бы этого никогда в жизни не сделал. Это слишком мило даже для неё самой. Да и фиолетовый этому парню не особо идёт. А ещё Джером больше похож на клоуна. Клоуна-убийцу, если быть точнее, как в страшных историях. И снова девушка тихо смеётся от того, насколько нелеп Валеска в её воображении в качестве обладателя зелёных волос.
***
— Но ведь дети…
— Чего дети? Не будет там детей, успокойся.
Вот так всегда. Благотворительный вечер для детской больницы Готэма, с фокусником и другими развлечениями, а сами дети об этом и не подозревают. Очередная пьянка для богачей, завуалированная под благородное дело. И слава Богу, думает Хейли. Особенно в этот вечер, когда никто не выйдет из того места живым.
— Снова святошу из себя строишь? — Джером скептически приподнял одну бровь, глядя на четыре желтых шарика, которыми жонглировал.
— Да, глупо, знаю, — тихо ответила девушка, не отрывая взгляда от предметов, порхающих между его руками и радуясь, что перед глазами не может всплыть образ мистера Сисеро, кричащего, когда в его глаз вошёл кухонный нож. Она просто не помнит, как делала это. Газ заставил выпасть из реальности в самые ответственные секунды. Если бы не этот нюанс, отец рыжего начал бы приходить к ней во снах каждую ночь.
— Вот и правильно, — нараспев протянул Джером, ускоряя темп подбрасывания мячиков. Внезапно все четыре взмыли в воздух и приземлились в цилиндр, появившийся из ниоткуда.
Хейли широко раскрыла глаза, смотря на всё это, и захлопала в ладоши со счастливейшей улыбкой, когда Валеска поклонился, довольный её восторгом.
— И долго ты учился вытворять такое? — спросила она первое, что пришло в голову после мыслей о том, что и ей самой было бы неплохо так уметь.
— Всю жизнь, — пафосно протянул тот, сделал грустное лицо, вытер несуществующую слезу и сделал вид, будто сморкается в руку. Хейли скривилась, когда он протянул ей ладонь, но снова заулыбалась, когда увидела в ней две монетки. Джером сжал пальцы в кулак, произнёс какое-то подобие заклинания и через пару секунд в руке была уже только одна монета. Ещё немного манипуляций, и все деньги испарились.
— Так и целого состояния лишиться не жалко, — восхитилась девушка.
— Особенно, если ты его и не лишаешься вовсе. Проверь карманы.
Хейли уже надела костюм официантки, поэтому кинулась проверять небольшие карманы на чёрной жилетке, затем на белой рубашке, и, наконец, на небольшом фартучке. Хейли восхищенно ахнула, обнаружив там три монетки.
— Ты просто волшебник! — воскликнула она, чувствуя, что уже бы просто потеряла дар речи, будь ей лет на двенадцать поменьше.
