65 специалистов отправили догонять уплывших на Урал. Как только прибудут корабли с Мадагаскара с Сергеем и Дисо, будет сформирован караван на Москву. Туда тоже поплывут профессионалы, но многие из другой области. Москву, со временем, тоже «чистить» придётся.
Остальные специалисты останутся здесь. Химики, электрики, машиностроители, металлурги. Все взрывчатые вещества и других чудеса химии будут производиться в Камышине. Почему? Расположение удобное, нефть под боком, а начальство подальше. В смысле чиновники и шпионы, что зачастую одно и то же.
Уже через неделю, как только прибыли наш груз, заработали лаборатории и учебные классы. Производство медленно, но уверенно начало выдавать первую продукцию — от азотной кислоты, до резиновых сапог. Каучука привезли много, более 200 тонн, а селитры мало. Всего 3 тонны — на зубок. Но почти 1,5 тысячи тонн индийской селитры плывёт в трюмах кораблей Сергея. А также 300 тонн пороха, 400 каучука и тысяча тонн разных минералов и металлов.
Первыми запустили цеха по производству цемента и керамзита. На всё ушла одна неделя. Ничего удивительного — помещения были готовы заранее, оборудование проверенное, рабочие обученные. Цемент здесь начали делать раньше, но кустарным способом. Малое количество цемента тормозило постройку серьёзных строений, а без керамзита трудно строить дешёвые тёплые помещения.
Только занялся металлургией и нефтепереработкой, как вернулись Михаил с Петром I. Пришлось переключиться на другую задачу. Посмотрим, как мои помощники, без меня, запустят нефтяной бульбулятор и мартеновскую печь.
Сергей.
Ну, вот мы и плывём в Россию. У нас 18 судов и 12 кораблей. Караван что надо. Перед плаванием у всех судов тщательно почистили днища. Восемь кораблей имеют медную обшивку ниже ватерлинии, остальным судам днища обработали какой— то ядовитой гадостью. Я не химик, это Димыча надо спрашивать чего он там намешал, обозвав эту гадость оловянной сурьмой. Практически всем тихоходным судам нарастили паруса, что мало чем помогло. Но как бы там не было, а Оранжевой реки на побережье Африки мы достигли за 25 дней. Очень даже не плохо. Привезли 370 новых поселенцев. Выгрузили почти 2 тысячи тонн цемента и ещё много разного груза. Наиболее медлительные 4 судна и два корабля отправились обратно на Мадагаскар. Наши капитаны облегчённо вздохнули. Сюда мы плыли с перегрузом, а теперь всё пришло в норму. Остался только наш груз, вода и продовольствие. Более быстроходные и облегчённые суда рванули к Европе как автомобиль, у которого убрали ногу с педали тормоза. Средняя скорость была 180–200 километров в сутки. Бывало, покрывали и 350 километров за 24 часа, но были штили или шторма. Да ещё забыл сказать, что с нами плыли жёны. Моя Светлана и жена Дмитрия Вера. Нам с Димкой предстояло пробыть в России не менее года. Женщин так долго ждать не хотели. Выстоять под напором двух женщин я не смог.
Во всех плаваниях, у всех нас четверых, была обязанность — переносить знания с электронных носителей на бумагу. Со временем надоедает до жути, но спасает от женской болтовни. Как женщины могут так много говорить? Для них язык это не средство передачи информации. Теперь я это точно знаю. Но, даже не смотря на это, после разгрузки на реке Оранжевой, я только усилием воли мог заставить себя марать бумагу. Тем более писать приходилось карандашами. Шариковые ручки, давно перестали быть письменной принадлежностью, исчерпав пасту. Сейчас они лежат в лаборатории наших молодых гениев и ждут своего спасителя. Того, кто сможет повторить изобретение 20 века.
В плавании я с Дисо скучали. Это не смотря на ежедневную писанину и занятий с морской пехотой, которых почти 1000 человек. Пока они пехота. Но те, кто вернётся, может стать моряком. Двойная специальность, повышенное жалование. Они учатся у опытных мореплавателей, а не только у меня с Роном — стрелять и бить морды.
Формально у нас два флота, но все понимают, что Дисо только учится. Даже когда поплывёт обратно, будет учеником у моего заместителя Рона. Когда плыть и куда плыть, князь будет решать сам, а как это осуществить решит англичанин. Обучение продлится год, а может и больше. Никто не мешает им на обратном пути хулиганить, что они и сделают. Разорят 3–4 порта возле реки Оранжевой, убирая у нас конкурентов, пощупают встречные корабли. Но это без нас. Сейчас мы плывём под двумя почти одинаковыми флагами. У нас Андреевский, только с красными полосами, у сакалава с зелёными. Риво, недолго думая, принял правильное решение — у друзей должны быть и знамёна похожие.
Благодаря картам течений и ветров мы ощутимо выигрывали у обычных мореплавателей, а хорошая подготовка кораблей перед плаванием, сказывалась на быстроходности судов.
