Он шел в кроссовках по сугробам вдоль шоссе и думал, что эта дорога — точная метафора его жизни. Посмотрел по гугл-картам — до отеля десять минут пешком, можно без такси обойтись, а то объясняй потом бухгалтерии непредвиденные расходы. А в результате он уже минут сорок чапает, обходя какую-то заброшенную стройку в неимоверно депрессивном городе на северо-востоке страны.
Именно в этом аэропорту решил приземлиться его самолет. Ладно бы его секретарь не заметила стыковочный рейс, она еще умудрилась пропустить, что пересадка длится почти сутки. На стене аэропорта мужчина увидел баннер: «Отель „Манхэттен“ — всего 10 минут, и вы в центре Нью-Йорка». Сказать, что надпись соблазняла, значит, сильно покривить душой.
Мужчине казалось идиотским все: минус двадцать на улице, его легкая осенняя одежда, ссора с женой, тупая секретарша и, главное, название этой чертовой гостиницы. Он замерз, наверняка заболеет. Отличная командировка. Прямо супер.
Он зашел в холл гостиницы, первое ощущение — о чудо, теплый воздух. А потом запах свежесваренного кофе. На стенах висели фотографии Большого Яблока 60-х годов. Он подошел к ресепшн. За стойкой стояла молодая женщина, лицо которой было смутно знакомым.
Она широко улыбнулась ему:
— Здравствуйте, мы рады приветствовать вас в «Манхэттене». Вы бронировали?
— Приветствую. Нет. Мне буквально одну ночь. Завтра самолет.
— К сожалению, мест нет. — Девушка состроила расстроенную гримасу.
Где-то он ее определенно видел.
— Жаль. Я пока у вас в холле посижу, отогреюсь. Кофе выпью, — он направился к кофей-ному автомату, — а там видно будет. Может, кто-нибудь съедет…
— У нас обычно люди не съезжают. По своей воле.
— В смысле?
— Ну вот так.
— Что это вообще за место такое?
— Знаете, есть города-побратимы? А это гостиница — побратим гостиницы в центре Манхэттена. Точная копия отеля, который построили в шестидесятых. Расцвет американской мечты.
К стойке подошел мужчина в спортивном костюме и с золотыми зубами:
Мужчина встретился глазами с командировочным, и просипел:
— Чё уставился?
— Извините, то есть сорри. Или как там?
Мужчина в спортивном костюме подозрительно оглядел командировочного, но, видимо, решил, что тот не стоит его внимания, и направился к лифту.
Командировочный спросил у девушки:
— Это что сейчас было?
— Это дальнобойщик Паша. Наша гостиница нравится людям. И им хочется как-то соответствовать их собственному представлению о нас. Не передумали остановиться здесь?
— Наоборот. Интрига. Извините, а где мы с вами могли встречаться?
— Ой, и вы туда же. Я немного похожа на Фиби из сериала «Друзья».
— Точно! — Мужчина почувствовал тепло в груди.
Это был его любимый сериал в юности. Он проживал с его героями все ситуации, которые происходили… хм… на Манхэттене. Ему определенно начинало здесь нравиться.
Зазвонил телефон. Девушка взяла трубку:
— Алло, что? Прокурор штата настаивает на смертной казни? То есть его номер я с брони снимаю?! Жаль, мне Джим нравился… Пятнадцать лет прожил здесь…
Она повесила трубку. И посмотрела на мужчину в холле:
— Кажется, вам повезло. Освободился номер 1107.
* * *
Мужчина поднялся в номер 1107. Еле уловимо пахло дорогим мужским парфюмом.
«Очень серьезный запах очень серьезного человека», — решил он.
В номере было темно. Мужчина подошел к окну, раздвинул шторы. За ними была сплошная стена.
Обманное окно.
Мужчина сказал сам себе:
— Мрачновато, ну да ладно, всего одна ночь…
Знобило, начинала болеть голова.
— Ну вот, заболеваю.
Он достал аспирин, который всегда возил с собой на случай похмелья после переговоров с тяжелым алкоголем.
— Хоть раз приму по назначению, — усмехнулся мужчина и запил таблетку минералкой, стоящей на столике. Вместе с минералкой там лежала Библия на английском и молочный шоколад
— Аутентично, — решил мужчина.
Он лег на кровать и включил телевизор. Шел фильм Вуди Аллена «Манхэттен». До конца картины оставалось минут двадцать. Мужчина укрылся одеялом, согрелся. Голова прошла.
То ли аспирин сработал, то ли фильм. Стало хорошо и уютно. Пошли титры. Он переключил канал. Там показывали «Крестного отца». Он опять щелкнул пультом — «Однажды в Америке».
Еще. «Славные парни» Скорсезе.
— Ух ты, заморочились! Все каналы показывают Нью-Йорк. Сильно.
Зазвонил телефон.
— Да!
— Джим, мой мальчик, тебя отпустили! Дело такое, ща обыск будет, у тебя под подушкой пушка. Да, да, та самая.
— Извините, но я не Джим.
— А кто?
— Сергей Смирнов. Хирург по образованию. Занимаюсь тендерами и поставками химии, — зачем-то протараторил он.
— Сергей Смирнов, слушай сюда, засунь руку под подушку.
Мужчина засунул руку и нащупал что-то холодное и железное. Рукоятка пистолета. Он вскочил.
— На рукоятке твои пальчики, теперь ты с нами. Избавься от пушки.
