В этот момент Алексей увидел в главном зале посетителя, которым оказался следователь Вахлаков. Журналист приложил руку к животу, вспомнив удар тростью. Драган же, увидев посетителя, учтиво поклонился.
— Ты, чудо-юдо, меня преследовать вздумал? — спросил Пётр, сжимая набалдашник трости.
Алексей в своей голове стал лихорадочно подбирать слова, боясь получить новый удар тростью. Однако, на его счастье, в зал вышла Алиса вместе с господином Штукенбергом.
— Петар, неужели си ти? — изумленно воскликнула госпожа Милованова.
Пётр подошёл к хозяйке и в знак приветствия поцеловал ей руку. Алексей же, воспользовавшись моментом, быстро перекинулся взглядом с Драганом и покинул лавку. Журналист решил подождать на другом конце улицы, когда следователь уйдёт, однако не успело пройти пять минут, как из лавки вышел Драган. Выпроводив господина Штукенберг, он подошёл к журналисту и отдал ему ключи, предварительно сказав адрес квартиры.
***
После разговора с Иосифом Дрейфусом Алексей возвращался в своё временное пристанище, анализируя у себя в голове всю информацию, которую он получил от жадного еврея. Когда журналист вошёл в квартиру, он услышал, как из комнаты Драгана доносится музыка вперемешку с мужским плачем. Любопытство взяло верх над Бурятиным, и он, подойдя к двери, стал подглядывать через маленькую щёлочку.
За столом сидели Драган и, незнакомый журналисту, мужчина, который плакал, уткнувшись в стол и держа в руке фотокарточку.
— Ну полно тебе, Арсений. — на лице Драгана можно было увидеть что-то вроде брезгливости.
— Что полно? Я свою дочь не видел три года. Моя Василиса была такой крохой… Удивительно, что Алёна смогла наскрести денег, чтобы сделать эту фотокарточку. — оторвав лицо от стола, Арсений, в чьих глазах читалось отвращение, взглянул на Драгана, — А знаешь, я до сих пор не могу понять, как ты можешь работать на эту шлюху, когда тебя на Большой земле ждёт невеста?
— Что поделаешь? Чтобы уехать к Стане и создать с ней семью нужны очень большие деньги. Ты и сам это понимаешь. Знаешь, завидую я тебе, Сеня. У тебя хватило духу уволиться сразу, как только Алиса начала до тебя домогаться.
— Да, только теперь я не смогу никуда устроиться на острове. Спасибо этой шлюхе!
— А мне думаешь легко? — Драган подошёл к патефону, — Я каждый феодоровский рубль должен у неё "заслужить".
Выключив музыку, Драган окинул взглядом дверь. И тут журналист понял, что его заметили. Когда Драган поздоровался с Алексеем, он открыл дверь комнаты. В комнате повисло напряжение. Лицо Арсения не подавало признаков враждебности, однако его сжатые кулаки говорили об обратном. Алексей нервно взглотнул. И тут Драган, на лице которого появилась улыбка, нарушил тишину одним хлопком.
— А знаете, что у меня есть? — мужчина достал из-под кровати бутылку и поставил её на стол, — Берёг её для особого случаю, но думаю будет не грех распить сейчас хотя бы половину.
— Водка? — удивился Алексей, сев за стол.
— Нет, это Ракия. — ответил Драган, поставив на стол три стакана.
— И чем же она от водки отличается? — спросил Арсений.
— Водка — это чистая химия — а Ракия выведена на фруктах. — объяснил балканец.
Ракия пришлась Алексею по вкусу. Это напиток ему казался вкуснее, чем водка. И тогда его не смутило то, что Драган и Арсений практический не пили. На втором стакане, журналист обратил внимание на фотокарточку, над которой плакал Арсений. На ней была изображена маленькая девочка, сидящая на лавочке вместе с кошкой.
— И сколько ей лет? — спросил Алексей.
— Скоро будет семь. — ответил Арсений, спрятав снимок в кармане пиджака.
— Тяжело, наверное, вдали от семьи. — допив ещё один стакан с Ракией, язык журналиста начал потихоньку заплетаться.
— А сами как думаете? — ответил Драган за друга, подлив Алексею ещё алкоголя.
— Тяжело, но что поделаешь. В Новокиевске работы нет, поэтому приходится искать деньги тут. Пускай я сам буду голодать, но один рублик я им точно пришлю. — Арсений хотел уже и себе налить, но затем передумал.
— Забавно…Ик… Что-то подобное…Ик… Ой… Что-то подобное сегодня я уже слышал. — и вот тут алкоголь окончательно развязал язык Алексею, — Точно! Э-э-этот жид рассказывал следователю, а потом мне… Ик… Про какого-то Герасима. Ха-ха, забавно, но у этого Герасима похожая история. Ха-ха.
— И что ещё вам этот еврей рассказал? — спросил Драган, и этот вопрос ни капельки не смутил пьяного журналиста.
— Да-а тол-лько про этого каторжника. Но во-от, что ме-еня удивило… Ик… Следователя ещё почему-то заинтересовала информация о том, что Герасим искал какого-то доктора. Он даже адрес попросил. Ик… Я не по-онял, что… — вдруг голова Алексея от выпитого закружилась настолько сильно, что он упал со стула на пол, а затем провалился в сон.
***
