Ситуацию могла дойти до точки кипения, если бы не отец Василий. Он указал на Аню, которая ворочалась во сне, бормотав что-то несуразное под нос. Поэтому Савва решил прекратить этот бессмысленный спор, дабы не напугать дочку ещё сильнее. Андрей Аристархович же сделал вид, что смирился с принципами батюшки.
***
- В общем, Савва сказал, что попытается переделать маску, а если не получится, то уничтожит её. - этой фразой отец Василий и закончил свой рассказ.
Пока он рассказывал эту историю, Руслан на машинке печатал его слова. Поставив точку в последнем предложении, юноша положил лист с показаниями на стол.
- Но так и не уничтожил. - протянул Пётр.
- Возможно, что просто не успел. - предположил Василий, а затем тяжело вздохнул, опустив голову, - Через пять дней будет ровно четыре года, как отца Саввы не стало, но я до сих пор не могу поверить, что его больше нет с нами.
Четыре года назад в мастерской Саввы Демидова прогремел взрыв, в результате которого батюшка погиб. Официально эта трагедия была признана несчастным случаем. Однако отец Василий не верил этой версии.
- Якобы взрыв случился в результате неудачного эксперимента. Но это чушь! Савва после одного случая, произошедшего с ним в юности, зарекся использовать взрывчатые вещества для своих экспериментов!
- Мало ли... Может внезапно такие вещества понадобились. - предположил Пётр, - В любом случае гибель отца Саввы обсуждали в Александрограде все, кому не лень.
- Да, однако кто бы мог подумать, какое продолжение получит эта история. - добавил Руслан, - До сих пор в дрожь бросает, как вспомню.
- Мать, убившее своё дитя... - протянул Пётр, - Жуткая история.
Следователь Вахлаков вспомнил один из августовских выпусков газеты "Феодоровские ведомости” 1910 года с громким заголовком на первой странице: "Вдова Саввы Демидова убила собственную дочь!” Также Пётр вспомнил вкратце содержание статьи.
Матушка Ирина Демидова вместе с четырнадцатилетней дочерью Анной за три дня до сороковины уехала в Иван-да-Марьяград, чтобы уладить кое-какие дела покойного главы семьи. История закончилась тем, что вдова отца Саввы, возвращаясь обратно в Александроград, сбросила свою дочь с общественного дирижабля, когда тот пролетал над Нестеровскими горами.
- Бедная Анечка... Эх, как я тогда был слеп! - корил себя Василий, - Ведь невооруженным глазом можно было понять, что с матушкой Ириной что-то не так, но я это списал на траурное состояние.
- Не вините себя, дядюшка, - Руслан положил руку на плечо своему дяде, - Вы не могли знать, что у неё в голове творится.
- В неё сам дьявол вселился! Это он искусил её на то, чтобы убить своё чадо. Другое об...
- Отец Василий, давайте без глупых метафор! - грубо оборвал Пётр, сжав руку в кулак, - Простите меня великодушно, однако давайте будем называть вещи своими именами. Матушке Ирине врачи поставили чёткий диагноз - шизофрения. Так что она, возможно, остаток своих дней проведёт в сумасшедшем доме.
- И это очень печально. - сказал Василий, - Я лишь тешу себя мыслю, что милая Анечка в раю воссоединилась с отцом. Однако вот, что странно, Пётр Иннокентьевич: после сороковины, я решил забрать чертежи Саввы, которые были у него дома, чтобы с ними ничего не случилось, но когда я открыл сейф, то обнаружил, что они пропали. Я обыскал весь дом, но не нашёл их.
- А вы уверены, что эти чертежи не были в мастерской во время взрыва? - спросил Руслан.
- Я помню, Савва мне рассказывал и даже показывал, что держит чертежи касательно этой ужасной маски в сейфе. Код знал только он, ну и я его узнал на сороковину, когда документы батюшки разбирал, ведь больше уже было некому. Я обратился в полицию, но мне сказали, что раз нет следов взлома, и не было погрома, то батюшка, наверное, просто переложил их другое место, о котором я не знаю. Но я в этом сильно сомневаюсь.
- Хм, интересно. И у вас нет предположений, кто мог забрать эти чертежи? - спросил следователь.
- Есть предположение. Я, конечно, не хочу брать грех на душу, однако у меня до сих пор не выходит из головы, как господин Андрей Штукенберг уговаривал отца Савву сделать из маски настоящие оружие. А такие люди как он никогда не отступают от своих целей.
- Это да! - согласился следователь, - О том, как господин Штукенберг давит конкурентов, уже ходят легенды. Это всё, отец Василий?
- Да, господин следователь.
- Замечательно! - Пётр протянул лист с показаниями священнику, - Ознакомьтесь и распишитесь.
Расписавшись под показаниями, Василий уже собрался уйти, как вдруг его взгляд задержался на Петре. Батюшка вспомнил то, что рассказал Руслан.
- "Если говорим, что не имеем греха, - обманываем самих себя, и истины нет в нас." Да направит вас Господь на верный путь, Пётр Иннокентьевич. - с этими словами Василий покинул кабинет.
На минуту в воздухе повисло молчание. За это время Пётр достал из ящика стола портсигар и спички. Сделав затяжку, следователь одарил Руслан холодным взглядом, о которого помощника бросило в дрожь.
