И это тоже одна вещь, провозглашённая Татхагатой, который знает и видит, совершенным и полностью просветлённым, из-за которой, если монах пребывает прилежным, старательным, решительным, его неосвобождённый ум становится освобождённым, его неуничтоженные пятна [умственных загрязнений] уничтожаются, и он достигает непревзойдённой защиты от подневольности, которой он не достиг прежде{266}».
Когда Достопочтенный Ананда закончил говорить, домохозяин Дасама из Аттхаканагары сказал ему: «Достопочтенный Ананда, это как если бы человек искал один вход к спрятанному сокровищу, но вдруг нашёл сразу одиннадцать входов к этому сокровищу. Точно также и я искал одну дверь в Бессмертное, но вдруг услышал сразу об одиннадцати дверях в Бессмертное. Это как если бы у человека был бы дом с одиннадцатью дверями, и когда этот дом бы загорелся, он мог бы убежать в безопасное место через любую из этих одиннадцати дверей, также и я могу убежать в безопасное место через любую из этих одиннадцати дверей в Бессмертное. Достопочтенный, представители других религиозных движений просят вознаграждение для своих учителей, так почему бы мне не сделать подношение Достопочтенному Ананде?»
И тогда домохозяин Дасама из Аттхаканагары собрал Сангху монахов из Паталипутты и Весали и своими собственными руками обслужил их, преподнеся различные виды хорошей еды. Он подарил пару одежд каждому монаху и комплект из трёх одежд Достопочтенному Ананде. А затем он построил для Достопочтенного Ананды жилище ценой в пять сотен [монет]{267}.
редакция перевода: 21.06.2014
Перевод с английского: SV
источник:
Я слышал, что однажды Благословенный проживал в стране Сакьев в Капилаваттху в Баньяновом Парке. В это время Сакьи из Капилаваттху построили новый зал для гостей{268}, и в этом зале ещё не проживал ни отшельник, ни жрец, какое-либо другое человеческое существо. И тогда Сакьи из Капилаваттху подошли к Благословенному и по прибытии, поклонившись, сели рядом. По мере того как они сидели там, они обратились к нему: «Господин, Сакьи из Капилаваттху построили новый зал для гостей, и в этом зале ещё не проживал ни отшельник, ни жрец, ни какое-либо другое человеческое существо. Пусть Благословенный станет первым, кто воспользуется этим залом. После того, как Благословенный воспользуется им, Сакьи из Капилаваттху будут пользоваться им далее ради их длительного счастья и благополучия».
Благословенный молча согласился. Увидев, что Благословенный согласился, Сакьи из Капилаваттху встали со своих сидений, поклонились ему, обошли его справа, и затем отправились в новый зал для гостей. По прибытии они постелили там шерстяные ковры, подготовили сиденья, выставили сосуд с водой, зажгли масляную лампу. Потом они отправились к Благословенному и по прибытии, поклонившись, встали рядом. По мере того как они стояли там, они обратились к нему: «Господин, зал для гостей застелён шерстяными коврами, сиденья приготовлены, сосуд с водой выставлен, масляная лампа зажжена. Пусть Благословенный теперь поступает так, как считает нужным».
И тогда Благословенный, надев своё одеяние, взяв свою чашу и внешнее одеяние, отправился с группой монахов в зал для гостей. Прибыв туда, он вымыл свои ноги, вошёл в зал, и сел спиной к центральной колонне, лицом к востоку. Монахи вымыли свои ноги, вошли в зал, сели спиной к западной стене, лицом к востоку, расположившись вокруг Благословенного. Сакьи из Капилаваттху вымыли свои ноги, вошли в зал, сели спиной к восточной стене, лицом к западу, расположившись вокруг Благословенного. Благословенный большую часть ночи наставлял, воодушевлял, призывал, и радовал Сакьев из Капилаваттху беседами о Дхамме, после чего обратился к Достопочтенному Ананде: «Ананда, расскажи Сакьям из Капилаваттху о том, кто следует практике ученика{269}. Моя спина болит. Я её расслаблю».
Достопочтенный Ананда ответил: «Как скажете, Учитель».
Затем Благословенный, расстелив четырежды сложенное внешнее одеяние, лёг на правый бок, приняв позу спящего льва, положив одну ступню на другую, будучи осознанным и бдительным, отметив для себя, когда следует вставать.