Мастер Удена, царь Анги даёт мне ежедневное пожертвование. Позвольте дать Мастеру Удене одно такое пожертвование».
«И какое же ежедневное пожертвование даёт царь Анга тебе, брахман?»
«Пятьсот кахапан, Мастер Удена».
«Брахман, нам не позволительно принимать золото и серебро».
«Если для Мастера Удены непозволительно принимать золото и серебро, то тогда я построю монастырь для Мастера Удены».
«Если желаешь построить для меня монастырь, брахман, то построй [лучше] зал для собраний для Сангхи в Паталипутте»{465}.
«Я доволен ещё больше тем, что Мастер Удена предлагает мне сделать дар Сангхе. Тогда с этим пожертвованием и с другим таким же я построю зал для собраний для Сангхи в Паталипутте».
И тогда с этим пожертвованием и с другим таким же, [добавленным к нему], брахман Гхотамукха построил зал для собраний для Сангхи в Паталипутте. И ныне он известен как [зал] Гхотамуки{466}.
редакция перевода: 03.11.2015
Перевод с английского: SV
источник:
"Majjhima Nikaya by Nyanamoli & Bodhi, p. 775"
Так я слышал. Однажды Благословенный путешествовал по стране Косал вместе с большой Сангхой монахов и со временем прибыл в косальскую брахманскую деревню под названием Опасада. Там Благословенный остановился в Роще Божеств, в саловой роще к северу от Опасады. И в то время брахман Чанки правил Опасадой — царским имуществом, царским даром, священным даром, что был подарен ему царём Пасенади Косальским — с живыми существами, лугами, лесами, водоканалами, зерном.
И домохозяева-брахманы из Опасады услышали: «Отшельник Мастер Готама, сын Сакьев, ушедший из клана Сакьев в бездомную жизнь, странствовал по стране Косал с большой Сангхой монахов, и прибыл в Опасаду. И об этом Мастере Готаме распространилась славная молва: «Благословенный — совершенный, полностью просветлённый, совершенный в знании и поведении, высочайший, знаток миров, непревзойдённый вожак тех, кто должен обуздать себя, учитель богов и людей, просветлённый, благословенный. Реализовав для себя прямым знанием, он раскрывает [другим] этот мир с его богами, Марами, Брахмами, с его поколением жрецов и отшельников, князей и [простых] людей. Он обучает Дхамме — превосходной в начале, превосходной в середине, и превосходной в конце в правильных фразах и значении. Он раскрывает святую жизнь — всецело совершенную и чистую». Хорошо было бы увидеть таких арахантов».
И тогда домохозяева-брахманы Опасады вышли из Опасады группами и толпами и отправились на север в Рощу Божеств, в саловую рощу. И в то время брахман Чанки отправился на верхний этаж своего дворца для полуденного отдыха. И тогда он увидел как домохозяева-брахманы Опасады выходят из Опасады группами и толпами и направляются к северу в Рощу Божеств, в саловую рощу. Когда он увидел их, он спросил своего министра: «Дорогой министр, почему эти домохозяева-брахманы Опасады вышли из Опасады группами и толпами и отправились на север в Рощу Божеств, в саловую рощу?»
«Господин, отшельник Мастер Готама, сын Сакьев, ушедший из клана Сакьев в бездомную жизнь, странствовал по стране Косал… Хорошо было бы увидеть таких арахантов. [Поэтому] они идут повидать Мастера Готаму».
«Тогда, дорогой министр, отправляйся к домохозяевам-брахманам Опасады и скажи им: «Почтенные, брахман Чанки говорит: «Пожалуйста, подождите, почтенные. Брахман Чанки также идёт повидать отшельника Готаму».
«Да, Господин» — ответил министр, отправился к домохозяевам-брахманам Опасады и донёс им послание.
И в то время пять сотен брахманов из различных стран пребывали в Опасаде по неким делам. Они услышали: «Брахман Чанки, как говорят, собирается повидать отшельника Готаму». Тогда они пошли к брахману Чанки и спросили его: «Господин, правда ли, что Вы собираетесь повидать отшельника Готаму?»
«Так оно, почтенные. Я собираюсь повидать отшельника Готаму».