Мадонна без младенца полностью

Кирилл добрел до ванной. Голова гудела. До начала турнира оставалось восемь часов. Но встать, конечно, надо гораздо раньше. Доехать, размяться. В первом круге – вот подлый жребий! – ему достался один из опаснейших соперников, Семка Климов. Не слишком быстрый, со средненькой подачей, вязкий, будто топкое болото. Кирилл в его трясине уже раз пять увязал, впервые – лет в девять, на одном из детских турниров. Потому что Сема методичен – куда там до него школьной учительнице Алле Сергеевне. Никаких спонтанных поступков, яростных, наудачу, ударов – все точно по линии, аккуратненько, надежно. Разозлить, к сетке выманить такого невозможно.

Кирилл подошел к зеркалу. А губу-то ему сосед разбил прилично! На внешний вид плевать, но тренер, конечно, увидит, взъярится.

…Приложил лед, помазал ранозаживляющим, но к утру видок, увы, получился совсем тухлым. Под глазами синяки, губа распухла. И главное – голова кружилась. Не все время, но после любого, хотя бы минимально резкого движения: встал, присел. А что на корте будет?

Кирилл вспомнил, как когда-то пугала тренерша – та, прежняя: «Даже если у вас есть только намек на сотрясение мозга, нужно обязательно ложиться в постель. И лежать, не вставая. Минимум три дня. Если переносить его на ногах, последствия могут быть непредсказуемы. В лучшем случае – постоянные мигрени. Есть и другие варианты: например, травматическая эпилепсия или болезнь Паркинсона».

Интересно, у него сотрясение мозгов или нет? Сознание он вчера – пусть на долю секунды! – но потерял, это точно. «Может, к врачу?» – мелькнула малодушная мысль. И что? Сниматься с соревнований, ложиться в постельку?! А как же вчерашние красивые мечтания – про кубок, про пять тысяч долларов призовых?!

Нет уж. Он – мужчина, не бабушкин сынок. Нужно играть, а там будь что будет.

К концу пятого сета ему больше всего хотелось лечь и умереть. Прямо здесь, немедленно. Почти шесть часов на корте, голова трещит, и мячик ближе к концу матча стал двоиться. А Семка, бодрый и свежий, вгрызается в каждое очко, использует даже самую крошечную его оплошность. Тренер – вместо того чтобы поддержать – во время пятого сета насмешливо бросил:

– Сдавайся уже, все равно сил никаких. А в первом или во втором круге вылететь – какая разница?

Остальной народ, включая буфетчицу и охранников, тоже нервничает. По регламенту турнира в первый день проводят сразу два круга, а когда их играть, если уже время к вечеру, но двое упрямцев сцепились не на жизнь, а на смерть?

Но все же через боль, через отчаянье Кирилл Семку дожал. Еле добрел до душа, включил воду погорячее. Сделал максимально сильный напор, чтобы как можно шумнее, – и заплакал. Ноги дрожали, голова тряслась, подташнивало. А в дверь уже стучат, кричат требовательно:

– Бодрых! У тебя через пять минут следующий матч!

«Нужно отказываться. Иначе банально сдохну».

Кирилл вышел из душа, вытерся, взглянул в зеркало: глаза запали, губа втрое больше обычных размеров. Играй он пусть на самом завалящем турнире АТР, журналисты бы не преминули его подкараулить, заснять, выспросить, что с ним случилось. Но только не интересовали журналистов соревнования подобного ранга. И зрителей практически не было – жалкая кучка нервных родственников да скучающих девушек.

Он полез в сумку за свежей футболкой и машинально взглянул на телефон. Три пропущенных вызова! Из Калядина! Посмотрел на часы – перезванивать некогда. Регламент строг – на матч, даже если ты отказываешься его играть, нужно приходить вовремя. Ладно, сейчас он снимется с турнира и тогда перезвонит.

Но в этот момент телефон подмигнул. Эсэмэска. С бабушкиного номера:

– Кирилл! Ты сегодня непобедим. Ты самый лучший. Я в тебя верю. Порви их всех! Аля.

Он с минуту тупо смотрел на экран.

А потом схватил ракетку и помчался на корт.

Зря Алла боялась местной школы – приняли их с Настенькой с распростертыми объятиями. Директрису совершенно не смутило, что у первоклассницы Кузовлевой отсутствует местная регистрация, а также нет папки с личным делом.

Улыбнулась Насте:

– Девочка ты, я вижу, умненькая, а для нас это самое главное.

Школа, конечно, по техническому оснащению со столичной гимназией в сравнение не шла – компьютер на всех был единственный, в кабинете информатики. И здание старенькое. Зато библиотека отличная. И учеников в классах немного.

Настя после первого учебного дня вернулась в полном восторге: «Учительница добрая, девочки замечательные, у меня уже три подружки появилось!»

И замена фигурному катанию тоже легко нашлась. Оказалось, в местном Доме культуры великое множество кружков и секций. Причем совершенно бесплатных.

– Даже художественная гимнастика есть, я уже ходила на просмотр, и сказали, что возьмут, потому что я очень гибкая! Представляешь, как здорово, мама! – хвасталась Настя.

Дочка вообще адаптировалась к провинциальной жизни на удивление быстро. И с Викторией Арнольдовной подружилась – старость и младость вместе готовили, секретничали, строили кукольные домики.