Симоне Гонсало помнил, что дальний родственник Элен это Великий Гроссмейстер Ордена Милосердия. Собственно поэтому Элен и показалась отцу идеальной фигурой для воздействия на верхушку Ордена. Что на этот самый счет думает сама Элен для него оставалось загадкой, ментального воздействия Симоне уже не хватало, чтобы залезать глубоко в ее мысли. В последние недели Элен быстро прогрессировала и навострилась ставить щит на сознание. Симоне оставалось надеяться, что отец достаточно просчитал эту операцию. Да и в Протекторате псионики вне закона. А Элен теперь довольно сильный и опасный псионик. Разумеется толком не обученная, о потенциальном грандмастере речь идет в далекой перспективе. Но сильна, и опасна. Мысли своих сестер Симоне читал свободно и мог при желании свободно их направлять в нужное русло. Конечно пока они рядом, а это через сутки закончится. Интересно отец учитывает вероятность того, что его послушные инструменты оказавшись на свободе исчезнут с концами?
– Ну это дела нашего флота, – равнодушно отозвалась Эмилия. – У нас же своя миссия.
– А разве если этот Великий Флот не разрушит там дома все, эта наша миссия не потеряет смысл? – задала довольно логичный вопрос Корнелия.
– Девочки, давайте исходить из того, что этот Великий Флот ждет та же судьба что и миротворческую эскадру. – Заявил Симоне. Элен что-то хотела гневно сказать, но сдержалась. Сестры просто кивнули.
– По миссиям вопросы есть?
– Какие вопросы, – пожала плечами Корнелия. – затеряться в толпе, добраться до целевой звездной системы, внедриться в общество, легализоваться, подобраться к цели, собирать информацию, по возможности устраивать диверсии. Все просто.
– С диверсиями и убийствами не увлекайтесь, в Протекторате мирные планеты, там умышленные убийства бывают исключительно редко. Если устроите серию покушений, то вас сразу начнет искать вся планета. – На всякий случай еще раз предупредил Симоне сестер.
Обе подтвердили что поняли, а Элен спросила:
– А у вас не так?
– На Данаире шестьсот семейств псиоников. У каждой по три-четыре активной вендетты с соседями. И это кроме глобальных заговоров против Императора. За год в разных инцидентах погибает до двух тысяч псиоников, в основном молодежь конечно. И до тридцати тысяч обычных, это слуги, наемники, или случайные прохожие оказавшиеся на линии огня. Ну а когда Борджиа устроили последний заговор сгорело треть пригородов столицы и было два с половиной миллиона погибших. Пока мой отец не убил лично главу семьи Борджиа, а его легионы не восстановили порядок. Это было одновременно с восстанием на Кучан-Кули и началом четвертой войны. Пятнадцать лет назад.
– Кошмар. Ваша планета это безумный аналог средневековья!
– Какая есть, – пожал плечами Симоне.
– Вы чертовы варвары с ужасными суперспособностями, – высказалась Элен и вдруг горько расплакалась. – И я теперь такая же, – сквозь слезы добавила она.
Сестрицы переглянулись и дружно отступили в сторонку, предоставляя брату утешать подопечную.
Штатхаудер системы Меркадо Ханс Мульк оглядел двоих мужчин и женщину вызванных к нему в резиденцию. Адмирал Эрик Маннегейм представлял здесь системный флот колонии, Дорис Эбельхантер была министром иностранных дел, а Гельмут Шойне министром внутренней безопасности звездной системы.
– Господа на подходе тот самый конвой из Республики Альба. Они прибудут к нам на орбиту через пятнадцать часов.
– Те что уничтожили пиратский линейный крейсер? – уточнил Гельмут Шойне.
– Они самые, с девочкой убийцей линейных крейсеров, – усмехнулся штатхаудер. – И кораблем забитом дагонскими псиониками.
– Торговый Союз не считает псионические способности преступлением, – осторожно напомнил Гельмут Шойне. – Мы же не Протекторат, мы даже отклонили их просьбу о выступлении против Дагонской Империи.
– И совершенно зря, – заметил Эрик Маннегейм. – Дагонскую Империю определенно стоит уничтожить.
– Эрик, вы слава богу не наш начальник, – произнесла Дорис Эбельхантер, женщина недолюбливала адмирала. – Руководство Торгового Союза ясно дало понять, что объявлять войну никому не будет. Это исключено. Вполне достаточно введения эмбарго на поставку в сектор Чола грузов военного назначения.
– Наши средства массовой информации без сомнения устроят аншлаг пассажирам с этих кораблей. С дагонского в первую очередь.
– А вы хотите это запретить?
– Что я хочу не имеет значения, – отмахнулся Ханс Мульк. – Ничего запретить я не могу. У нас свободное общество. Чтобы кого-то арестовать нужно решение суда, а его дадут только если имеется доказанный факт преступления совершенный в системе Меркадо. А эта семья псиоников ответственна за акт насилия в системе Хурал, которая вне моей юрисдикции, более того линейный крейсер если помните был пиратским. То есть абсолютно вне закона.
– А начальник конвоя был предупрежден о наличии вооружения на борту дагонского судна. Более того из-за этого оружия альбийцы и согласились его принять в свой караван.
