— Навыки самообороны — это хорошо, но в реальной схватке нет правил, — сказал Шивон и вышел, закрывая за собой дверь.
***
Не знаю, сколько времени прошло: час, может два. Я продолжала лежать не в силах выбраться из веревочных оков. Тело начало ныть, а желудок требовать пищи. «Интересно, брат уже знает, где я? Он ведь придет? Постойте, Шивон говорил о зрителях. Неужели он говорил о Чонгуке? Тогда это ловушка? Нет… нет, мой брат ни за что не попадется такому придурку», — вела я разговоры сама с собой.
— Всё готово, пора веселиться, — произнёс Шивон. Хищно улыбаясь, он подходил ближе. Сначала он отвязал меня от кровати, потом, заведя руки за спину, повел к выходу. Сопротивление было бесполезным, хотя я и не могла так просто сдаться. Я причиняла себе боль и, видимо, веселила этим Шивона.
Вскоре мы оказались в какой-то комнате: сырая, холодная и темная. Хозяин этого дома явно не отличается гостеприимством. Меня опустили на единственный в комнате диван. На стене было железное кольцо, к которому и привязали мою руку, чтобы я сильно не дергалась, но свободы стало чуть больше, тем более вторая рука теперь была свободна.
— Что ты задумал? — напрямую спрашиваю, провожая взглядом его до двери, ведь он опять куда-то уходит.
— Скоро узнаешь, гость уже в доме, — ухмыляясь ответил он и оставил меня в темной комнате.
— Где она?! — услышала я голос брата и дернулась с места, но вспомнила о веревке, что никак не поддавалась мне. Было слышно много шагов, глухие звуки, недовольные и агрессивные высказывания. Я места себе не находила.
Дверь снова открылась, и в неё вошел Шивон, за ним шли пять парней, что крепко держали Гука. Его лицо было в крови: губа и бровь рассечены.
— Гук, — встревожено выкрикнула я имя брата, он тут же поднял на меня глаза и с новой силой стал отбиваться от парней. Шивон тем временем уже стоял рядом со мной, придерживая со спины за талию. Неприятно, мерзко и противно — его руки гуляли по животу и бокам.
— Убери от неё руки! — выкрикнул он, с силой ударяя попавшегося под кулак парня. Теперь он долго не придет в себя.
— Шшш, не кричи ты так, — произнес он возле уха, явно специально провоцируя Чона истратить свои силы. И он добился своего, Чонгук как с цепи сорвался, крушил всех и всё подряд. Но даже когда он выдохся — его могли удержать шесть парней, что чуть ли не висели на нём, опустив его на колени. — Наконец ты успокоился. Значит, можно переходить к представлению, — хмыкнул Шивон, после чего его рука поднялась к моей груди. Он сжал её так сильно, что хотелось кричать, но я лишь с силой сжала губы. Затем он сорвал кофту, оставляя меня в нижнем белье.
Видеть голодные и озабоченные взгляды его помощников — омерзительно, как и то, что он продолжил касаться меня. Пару раз я дернулась, но от этого его хватка стала только сильнее. — Шикарное тело, не правда ли? — спросил Шивон, после проходясь языком по щеке. — Что чувствуешь, когда видишь свою сестру обнаженную в мужских руках?
— Отпусти её! — рычал Гук, испепеляя своим взглядом. Уверена, мысленно он уже не раз убил Шивона, при чем всеми известными ему способами.
— Ты такой смешной, это ведь только начало, — он повернул меня к себе лицом и оставил влажный след на губах. Я спрятала губы, как могла, но факт поцелуя никуда не делся. Чувствую, как внутри меня что-то ломается, а по щеке стекает слеза.
— Тварь! Я убью тебя! Убью вас всех! — срывался на крик Гук, но выбраться не хватало сил.
— Нет, этого не случится. Ты будешь смотреть, как я наслаждаюсь твоей сестрой. И это продлится не день и не два, а гораздо больше, — он смеялся, словно обезумевший. «Он точно ненормальный». Его руки стали спускаться вниз, они уже на животе. «Нет. Не хочу».
— Братик, спаси, — я плакала и умоляла его о помощи. Он рвался ко мне, я видела его горящие злостью глаза, видела, как он хочет помочь.
— Неужели ты сломалась? Я думал ты будешь прочнее, — усмехнулся Шивон, после чего оставил слюнявый след на шее. Он продолжал издеваться, только теперь ему захотелось разнообразия. Поэтому он заставил меня лечь на диван, а сам навис сверху. Одной рукой он удерживал запястья над головой, а второй продолжал водить по моему телу. В один момент, когда он наклонился к моей шее, я укусила его за ухо. Его вой был поистине лучше наградой для меня. — Видимо, я рано расслабился, — холодно и высокомерно произнес он. — Ну, ничего, скоро ты станешь послушной, — плотоядная улыбка засияла на его лице. Шивон спустился вниз, его рука поглаживала тыльную сторону бедер, иногда он почти касался трусов, что служили хоть какой-то преградой.
— Нет, — сопротивлялась я в моменты, когда он отвлекался на грудь или шею. Мне никак не хотелось, чтобы его поцелуй был более глубоким, чем прикосновение губ. Поэтому, как только он поднимался к лицу, я сжимала губы до посинения.
— Зачем ты это делаешь? — впервые за все время спросил Гук, ведь до этого он не переставал кричать угрозы в адрес Шивона.
