— Каков твой план? — подозревает меня, изредка опускает взгляд на грудь. Сдерживается, пытается дождаться ответа.
— Его нет, — отвечаю, закусывая нижнюю губу. Что побуждает его к дальнейшим действиям.
— Ладно, выясню позже.
Горячее дыхание обжигает плоть, он выцеловывает дорожку от шеи к груди, оставляя после себя след из засосов. Переходит к груди, сминает одну рукой, в то время как языком развлекается с другой. Выводит круги возле соска, целует, иногда покусывает его, заставляя моё тело судорожно дергаться. Мои руки свободны, вожу ими по широкой спине Чона, царапаю его плечи, наслаждаясь глубинным рыком. Выгибаюсь навстречу ласкам, издавая стоны, что каждый раз сдерживала в себе.
Не прекращая ласкать грудь, он спускается второй рукой к бёдрам. Медленно поглаживает по внутренней стороне, иногда специально задевая ткань трусиков. Хочется сдвинуть ноги, но он не позволяет. Чуть отстранился, похотливо рассматривает моё разгоряченное тело. Избавляется от своих брюк. « И как ему не тесно?» Входит медленно, чуть поддразнивая. Но сам уже не может терпеть эту пытку. Темп нарастает, толчки сменяются, иногда грубые, входящие на всю длину, а иногда осторожные, смягчающие предыдущие. Комната наполняется прерывистыми вздохами и стонами, что он заглушал нашими поцелуями. Слишком хорошо, учитывая, что я пленница, а он мой похититель.
Может стоило раньше сдаться? Смеюсь сама над собой, ведь только что отдалась тому, кто запер меня здесь.
— В чем причина? — одеваясь, Чон повторяет вопрос. Он уже задавал его, но я молча ушла в душ. И вот опять.
— Не собираюсь отвечать, ты все равно не поймешь, — прохожу к кровати, но он одергивает меня за руку.
— Не дерзи мне, — хмурит брови. Думает напугает?
— Или что? Изнасилуешь? — иронично хмыкаю. Его взгляд становится злее с каждой минутой, а рука сильнее сжимает запястье. Ну вот, опять будет синяк.
— Отвечай на вопрос, — грозно приказывает. Не отступит, пока не получит желаемого. Ладно.
— Я звонила Марку, у него новая девушка, а ещё оказывается, что я мертва, — закончив своё короткое объяснение, почувствовала, как лечу в стену. Острая боль от удара отдавалась в спине и лопатках. Я с глубоким выдохом сползла на пол.
— Видимо по-хорошему, ты не понимаешь, — поднимает меня, прижимая обратно к стене.
— По-хорошему? — смеюсь. — Похитил, запер, насилуешь, и это называется по-хорошему?
— Ты права, надо было мне пройти мимо тогда, — уходя, он с грохотом захлопывает дверь, в тот момент спиной я почувствовала, как дрожит стена.
***
— Тэхён, я хочу узнать, почему я здесь? — обрушиваю вопрос, как только он заходит в комнату.
— Понятно, почему босс с самого утра не в духе.
— Не игнорируй мой вопрос.
— Ты обязана ему жизнью. Правда, теоретически, ты обязана ею мне. И я не горю желанием снова тебе помогать, — недовольно закончил Тэ. От чего-то его передернуло, но он быстро вернул своё внимание на меня.
— Можешь конкретнее объяснить, — я начинаю выходить из себя. Жених бросил, похитила мафия, так я еще и жизнью кому-то обязана. Когда всё пошло не так?
— Ещё рано, — коротко, как и всегда.
— А я думаю уже поздно, — скрещиваю руки на груди, показывая своё недовольство. Но ему ведь на это побоку.
— Одно знаю точно. Знай правду, ты бы поменяла мнение о боссе. И сама выполняла его прихоти.
— Мечтай, — коротко отвечаю, на его «супер» заключение.
— Ну, в скором времени узнаем, кто из нас прав, — он одарил меня ухмылкой. Помахав напоследок ручкой, вышел из комнаты.
Извращенцы, ненормальные, идиоты, придурки. Весь день я ходила злая на весь мир. Хотелось что-нибудь сломать, но я сдержала это желание в себе. Под вечер, проходя мимо комнаты, услышала подозрительные звуки. И что меня дернуло заглянуть внутрь неё. Очень «милая» картина предстала предо мной. Чон сидел в кресле, широко расставив ноги, а на нем скакала и извивалась какая-то шлюха! Стонала, ласкала своими руками его грудь, а он, закрыв глаза, позволял ей все это. Мне стало тошно от увиденного, поэтому поспешила вернуться к себе. Он ещё хуже, чем я думала. Приходит ко мне после проститутки, уж лучше бы с ней и оставался. Обиднее это узнавать после того, как сама наслаждалась им вчера. « Отлично, даже насильник променял меня на другую.»
После моего возвращения прошел час. В дверях комнаты стоит Хосок. «Ненасытный козел.» Я прожигала его взглядом, мысленно убивала, первым делом отрывая причинное место.
— Убирайся из этой комнаты! — злобно кричу, на что он недовольно сводит брови.
— Следи за языком, — рычит сквозь зубы.
— Иди трахайся со своей шлюхой! — не снижая тона, продолжаю орать на него.
— Что, интересно было наблюдать? — подходит ближе, выставляю руки, хотя когда они его останавливали. — Может, попробуем втроем? — снова его высокомерный взгляд. Его грудь упирается мне в ладони. Буду отступать, попаду в тупик. Значит остаётся только нападать.
— Пошел ты! — выкрикиваю с гневом и болью, что он мне причинял все эти дни.
