Зато народные выступления начались внезапно через две недели, когда снова стало не хватать хлеба рабочим.
Так что я, зная историю, теперь еду следом за господином Гудковым с товарищами. Однако, проезжаем мы от Таврического дворца совсем немного, поворачиваем на Фурштатскую улицу, где он вылезает, а товарищи по партии уезжают дальше.
Вылезает и заходит, сильно прихрамывая, в парадную с левой стороны здания. Наверно, приехал домой на обед.
Фурштатская, дом тридцать шесть — значит, здесь проживает гражданин Гучков, трехэтажный дом еще по тем временам такого охряного цвета. Вход, конечно, с улицы, рядом с дверью есть небольшой дворик, где можно дождаться гражданина, усердно мешающего царскую власть с дерьмом.
Это я все успеваю рассмотреть, пока проезжаем мимо, потом перед Литейным останавливаю извозчика, кидаю ему мелочь и спокойным шагом возвращаюсь обратно.
В моем времени здесь будет стоять уже пятиэтажный дом, занятый знаменитым на весь Питер роддомом номер два. Дочка у меня здесь родилась, так что я это место хорошо знаю.
В этой жизни должна родиться, если я ничего не путаю и не пропадаю постепенно все глубже в параллельных реальностях. Жизнь свою я вроде вернул, однако, точно об этом узнаю, когда вернусь хотя бы в две тысячи восемнадцатый год.
Пока я гуляю вокруг самого дома, сразу за Гучковым в подъезд ломиться не стал, чтобы узнать, где именно он квартирует или это вся недвижимость принадлежит ему.
Свою личность светить больше не хочу, раз уж задумал такое криминальное дело. Главное я сразу же узнал, поэтому с остальным так спешить не стану.
Кровавое и преступное по закону, однако, я знаю, что руки мне замарать придется по самые плечи в крови.
Пришло уже спокойное понимание, что лучше умрут десятки или сотни людей по моему выбору, чем погибнут миллионы на совсем не нужной России войне и потом десятки миллионов на братоубийственной гражданской.
Поэтому я вернулся в гостиницу, развалился на кровати и задумался, как мне провернуть такое дело и стоит ли им заниматься.
Нет, чувствую, что явно стоит, именно сейчас удачный момент. Ну, или немного попозже, когда Третьей Думе выйдет срок. В Четвертую Думу Гучков уже не попадет, проиграет на выборах, как и следовало ожидать.
Какие-то приказы царя еще исполняются исправно. Да и про историю с письмами императрицы я не в курсе, когда она точно случилась. Не изучал этот вопрос прежде так досконально.
Но, еще тогда я принял решение, что это тот самый предел, после которого не ответить нельзя.
Выбор у меня есть и он очень небольшой — это ликвидировать Гучкова или оставить в живых, пусть даже в коме.
Гучков — непримиримый, убежденный враг именно императорской семьи и убедить его полюбить того же Николая Второго — безнадежное дело.
Или хотя бы не трогать императора совсем.
Нет, не такой это мужчина, не согласится ни за что, если он себе что-то вбил в голову, выковырять оттуда эту идею можно только вместе с последним дыханием умирающего.
Так же как не выйдет его испугать, что вообще невозможно, зная впечатляющий послужной список.
Не могу же я ему полностью открыться, рассказать про свою миссию из будущего и потом полностью зависеть от его мнения и от того, что ему придет в голову. А туда может много чего прийти.
Еще я понимаю, что нападение придется продумать как следует, Александр Иванович много где воевал и готов к внезапному нападению. Наверняка, и пистолет у него при себе постоянно имеется, раз уж он такой бретер.
Да и стреляет он очень хорошо, не промахнется в меня, рука не дрогнет в ответственный момент.
Нападать лучше около дома, в других общественных местах все гораздо сложнее провернуть, тем более, около Таврического дворца очень много народу гуляет по Шпалерной. Да и не бывает он там один никогда, не стоит и рассчитывать. И во времени я весьма ограничен, не могу вести наблюдение месяцами, готовясь к удару.
По ресторанам выслеживать — только светиться зря своим лицом.
Нет, однозначно, только около его дома и лучше вечером, чтобы в темноте.
Только, какая сейчас темнота, скоро белые ночи начнутся официально через пару недель. Но, уже и так светло на улице, внезапно из подворотни не выскочишь.
Можно, конечно, просто со спины напасть или подождать за углом в той же парадной, только, в самом доме пусть нет камер, но, прислуга свое дело знает хорошо.
Незнакомец во дворе или в подъезде долго незамеченным не останется, так что пока только наблюдение из какого-нибудь дома напротив. Что тоже не совсем просто, у каждого дома и подъезда при царском режиме есть свой дворник и он за порядком, а, значит, чтобы чужие зря не шастали, присматривает бдительно.
