— Это же только на него была установка задержать, не на его близнеца, который ничем таким не привлек к себе внимания и спокойно жил себе по своим же документам. Что именно Лекарь занимается сильно непонятными вещами и живет явно по чужим документам. Однако, когда оперативники были оглушены и лишились телефонов, они сразу подняли тревогу, когда очнулись, с телефона в медцентре. Правда подозреваемому удалось все равно скрыться. После отработки всех адресов машина с моими людьми отправилась в коттедж родителей, где и было установлено, что их сын приехал семь часов назад, собрал приготовленные в своей комнате вещи, забрал два карабина и ушел куда-то по дороге. На улице уже было темно, поэтому две пары наших людей отправились преследовать их на снегоходах, зная, что беглецы ушли на лыжах. Был обнаружен свежий лыжный съезд с дороги, по нему наши доехали до берега реки, где двое из первого снегохода были внезапно выбиты из сознания хорошо замаскировавшимся в сугробе одним из братьев Протасовых. Бил он их какой-то дубиной, которую нашли на месте преступления.
— Прыгнул из сугроба и оглушил твоих людей? Они что, совсем работать разучились?
— Товарищ генерал-лейтенант, для этого тоже есть объяснение. Протасов, непонятно какой из них правда, оказался в белом горнолыжном костюме, двигается с необыкновенной скоростью и бьет с необъяснимой силой. Однако это совсем не главное…
— Ну-ну, попробуй обосновать! — усмехается Виктор Степанович.
— Двое на втором снегоходе рассмотрели при свете фары случившееся с первым снегоходом, лежащие тела своих и успели передать группе поддержки, которая проводила дальнейший обыск в коттедже Протасовых, сведения о случившемся. После этого тоже подверглись нападению, участковый был сразу выбит из сознания этим же дрыном. Зато наш человек успел отскочить, достать пистолет и произвести выстрел в ногу нападавшего. Все как положено. Нападавший был в очках ночного видения и на попадание в ногу никак не отреагировал, мгновенно оказавшись на расстоянии удара от капитана Боширова.
— Значит, он промазал!
— Возможно, зато потом, растерявшись от такого, он произвел еще два выстрела. Он никогда не промахивался за всю службу в нашей структуре. Как показал сам сначала — что стрелял снова в ногу, его напарник, старший лейтенант Петров, доложил в закрытом рапорте, что видел вспышки из дула пистолета, направленные в грудь нападавшему Протасову. Группа поддержки расслышала тоже три выстрела всего. После серьезного разговора капитан признался, что в панике от неуязвимости противника выстелил ему точно в грудь два раза с расстояния два метра и не мог промахнуться никак.
— И что случилось дальше? — с блестящими от любопытства глазами спросил Второй.
— Дальше Протасов остался на ногах и выбил его из сознания очень сильным ударом по голове.
— Это как так? Он что, в хорошем бронике был? А в ногу капитан промазал? — недоумевает Первый.
— Возможно, что и был. Однако даже так он не мог остаться на ногах, точно улетел бы в сторону от останавливающего действия тяжелых путь из «Грача». Только все равно остался стоять и принялся сразу же вязать руки сначала нашим операм, потом остальным. Веревки из синтетического капрона у него были уже припасены, так что он справился с этим делом за пару минут. Старший лейтенант уже пришел в себя в этот момент, пытался сильным ударом подбить колено приблизившегося к нему Протасова. Однако не смог до него дотянуться в контакт. Какая-то сила помешала ему приложиться по колену одного из близнецов, а тот снова ударил его по голове. Что самое интересное — уже не рукой или тем дрыном, просто воздухом, как хорошо рассмотрел Петров.
— Воздухом? Да что за рассказы про суперлюдей ты нам тут заливаешь? — возмутился Виктор Степанович.
— Вот рапорт Петрова. Можете ознакомиться, — подпихнул Палыч пару листов своим начальникам.
— Ознакомимся, не переживай. Давай дальше!
— После этого Петров отключился и пришел в себя уже во время обыска Протасовым. Тот собрал все оружие и патроны, сверил его между собой под лучом снегохода и унес куда-то. После этого пол часа он ходил где-то рядом, шуршал на берегу Вуоксы, однако умело наложенные путы не дали Петрову подняться. Еще они стали быстро замерзать, учитывая, что одеты не по погоде, да еще в неподвижном положении на двадцатиградусном морозе. Петров обратил внимание Протасова на этот момент, тот даже принес большой синтетический тент откуда-то. Переложил без проблем всех четверых на него, ворочая стодвадцатикилограммовые тела как пушинки и приготовился закрыть их с головой. То есть проявил сострадание, ибо после такого лежания на снегу все могли сильно обморозиться и просто замерзнуть. Тогда Петров попросил его помочь Боширову, который после удара дубиной так и не пришел в сознание. Протасов немного поругался и все же приложил руку в голове капитана. Что он там делал — Петров не видел, однако Боширов мгновенно пришел в себя.
— Ага, снова вылечил, получается?
