— Постойте-ка, — вдруг вспомнил что-то капитан, — а в какой день, вы говорите, он начал странно себя вести? Ну, ваш этот поклонник… дунатер.
— Донатер Саныч? Хм, дайте вспомнить…
После того как я назвала дату, Лисин полез в свой блокнот что-то там сверять, затем резко потребовал:
— Мне нужна запись ваших последних трансляций! Надеюсь, они сохраняются?!
— Да, а в чем дело?
Но капитан не ответил: ему пришлось принять звонок. Оказалось, что спецы по электронике совершили первичный осмотр и в ответ на его запрос уже смогли дать ответ: именно с компьютера, изъятого из этой квартиры, заходили на сайт, где я веду трансляции, и именно под таким ником — «СанСаныч». Финансовая информация придет позже, но, думаю, в нее попадут все переводы, которые он мне делал.
И только после общения с айтишниками Лисин сподобился удовлетворить мое любопытство.
— Дело в том, что по датам неотвеченных звонков, а также по состоянию тела, мы установили предварительно время смерти. Судебные медики скажут точнее, но, скорее всего, Мазин был убит еще семь дней назад. А значит, на последних двух трансляциях с вами общался его убийца.
— Попалась! — повторил он, и словно ураган достиг моего лица, хотя это было всего лишь его хищное дыхание.
Я попыталась вырваться, но этот маньяк припечатал меня к одной из прямоугольных колонн, находящихся в холле неподалеку от входных дверей.
— Что ты делаешь?! Пусти меня! Псих!
— Ну-ну, ты переигрываешь… И перестань брыкаться, ты мне чуть в причинное место не попала!
И сами слова, и обиженный тон меня насторожили. Я даже сопротивляться перестала.
— Погоди, что значит «переигрываешь»?
— Ну, мы же повторяем сцену из «В темноте»! Фильма моего приемного деда!
— Триллер?! Ты мне триллер решил устроить?! Я напугалась до чертиков!
Темнота завибрировала непониманием. Размытое бледное пятно возле моих глаз, скорее всего, демонстрировало яркую мимику, только, к сожалению, отсутствие нормального освещения не позволяло это увидеть.
Наконец Алекс выразил свое удивление при помощи слов:
— Блин, я думал, тебе так нравится!
Он отстранился, достал зажигалку и покрутил колесико. Стало чуть-чуть светлее.
— Проклятье, я чуть не навернулся в этой темноте, пока тебя искал!
— Зачем ты гнался за мной?!
— Ну как же? Маньяк бежит по пятам, спасения нет, дом заколочен, мы совсем одни… А? Каково?
— Идиот!
— Ты разве не этого хотела?
— Нет!
— Ты же фанатка Федорова!
— И что?!
— Не верю! — Он снова прижал меня к колонне и полез под подол, при этом горящей зажигалкой едва не подпалил мне волосы.
Я оттолкнула его и засветила оплеуху.
— Ах ты… — Глаза полыхнули злобой, щеки надулись, будто сдерживая порыв отборного мата, но он сперва помолчал, а затем только соизволил сказать: — Ты хоть знаешь, какая между нами пропасть?
— Догадываюсь теперь, — с намеком ответила я. Только вряд ли он понял. Такие самодовольные индюки никогда не признают, что кто-то лучше, чище, порядочнее, правильнее. Они ставят себя выше других, ссылаясь на деньги, связи, звездных членов семьи и прочий материальный либо тщеславный хлам, а не моральные качества.
— Ты никто, чтобы бить меня. Любая душу продаст, чтобы быть на твоем месте. Даже твоя лучшая подружка.
— Вот и катись к ней! — со злостью ответила я, потому что он наступил на больную мозоль. Маринка и впрямь продала и меня, и нашу дружбу, как только Алекс замаячил на горизонте. И что-то мне подсказывало: так поступили бы очень многие, окажись они на ее месте. Самое страшное в этом не предательство само по себе, а тот факт, что я дружила все это время с глупой курицей, которая реально не понимала, что Алекс ничего этого не заслуживал.
— Ну и оставайся здесь, в темноте и одиночестве. Подумай над своим поведением.
С этими словами он вручил мне зажигалку в руки и побежал к лестнице.
Я какое-то время стояла в оцепенении. Руки и ноги не слушались, последние резервы организма ушли в головной мозг: я пыталась думать. Что только что произошло? Он, оказывается, меня разыгрывал? Устроил погоню «маньяка» за «жертвой»? Повторил сюжет фильма, который я даже не очень помню, потому что смотрела один раз в детстве. Да, я сказала ему, что люблю режиссера Федорова, но я имела в виду другой фильм. «В темноте» слишком чернушный для меня, после просмотра этого фильма меня пару дней мучили кошмары. Кино явно не для детей, и именно поэтому Федоров не так известен, как тот же Гайдай. «В темноте» не будешь смотреть на семейных праздниках под оливье и тортик.
