Я отвернулась, чтобы не выдать себя. В такие моменты явно чувствовалась фальшь, Лисин — не такой уж фанатик, каким хотел казаться. А вот в те моменты, когда он говорил, что пытался так запугать нас, заставить шевелиться, выдать себя, снять деньги для «шантажиста», — уже ощущалась правда. Он и чаи у меня на кухне распивал, чтобы стать доверенным лицом. Вот она — Семерка Мечей. Изворотливый, хитрый, лживый человек. Наверно, я должна была покаяться и признаться, что я — член секты, или даже помощник организатора (не знаю, в какой список он меня в итоге занес), и из-за этого мне якобы кто-то мстит. Но Лелька может верить во что хочет.
— Ну, комиссия… — явно смутился Петрович. — А то вы не знаете, как это делается…
Нет, мы не знали, но спрашивать не стали.
Когда с домом закончили, нас предложили отвезти в отделение. Но я, кинув взгляд на канистру с водой, отказалась и подписала протокол прямо на месте.
— У меня тут знакомые живут, я у них останусь, — соврала я, поняв, что Лисин привез нас в нужную мне деревню. Просто нашел пустой дом и, пользуясь своими навыками, совершил незаконное проникновение в частную собственность — если говорить юридическим языком.
Лелька отвела меня в сторонку под предлогом «уговорить».
— Это правда?
— Что? — строго спросила я. Неужели она сейчас спросит…
Да. Спросила:
— Ты правда помогала затягивать девочек в секту, чтобы они суициднулись?
Раньше, чем я успела сообразить, моя рука засветила подружке пощечину.
Мы обе были в шоке, потому что никогда раньше не дрались. Лелька смотрела на меня с обидой и потирала ушибленную часть лица.
— Это за то, что смогла допустить мысль, что я способна на такое, — пояснила я, а то, судя по обиженному выражению, она вообще не поняла за что. — В данный момент наша дружба закончилась, Ольга Валерьевна. Это понятно?
— Девочки, что там у вас?
Хоть мы и спрятались в ветвях черемухи, но кто-то из стражей порядка, похоже, наблюдал конфликт целиком.
Лелька молча вернулась в машину. Они с Петровичем уехали. Другая машина с закованным в наручники Лисиным стала дожидаться владельцев дома и представителей службы такси, у которых он угнал транспортное средство. Как выяснилось, водителя, подъехавшего к моему дому, он нейтрализовал все тем же шокером и складировал беднягу в кустах. Но мне уже было не до этого. Мой мозг занимали совершенно другие мысли.
Прошло уже слишком много времени. Мне надо успеть
Я схватила баклажку воды, нашла свой рюкзак и молча ушла с территории. Меня никто не остановил.
Я шла километров пять, абсолютно не чувствуя усталости. Придя на опушку леса и найдя самый высокий дуб, я стала отсчитывать шаги. На тридцать пятом остановилась. Ага, вот он — лист ДСП. Я сдвинула его в сторону, под ним оказалась гигантская яма. А возле ближайшего дерева — веревка. Привязав к ней канистру, я стала опускать баклажку в яму. С каждым разом у меня это выходило быстрее. Опыт важнее теории, я давно это поняла. Поэтому я могла уже не смотреть ни на веревку, ни на дерево, контролируя, чтобы узел не развязался раньше времени, как было в самый первый раз. Теперь я просто смотрела вниз — на самое дно глубокой ямы.
Оттуда на меня глянули два сердито сверкающих глаза. Одного дьявола я сдала в руки правосудия, а вот другого посадила сама.
Глядя в глаза человеку, измучавшемуся жаждой до явных признаков — сухих, потрескавшихся губ, налета на языке и темных кругов под глазами, — я громко произнесла:
— Ну что, нравится? Прямо как в фильмах Федорова, не так ли?
