— Видишь, она тебя не задушила ночью подушкой, хотя могла! — корила я себя, идя в ванную.
Звонок в дверь раздался, когда я шла с чашкой в гостиную, чтобы выпить чаю со всеми удобствами. Я его, разумеется, проигнорировала, решив, что это какой-то неугомонный страдающий клиент, но он не унимался и продолжал звонить, а я тем временем заметила горящий зеленый светодиод телефона. Оказалось, что мне прислали сообщение. Незнакомый номер. Всего два слова, разделенные запятой.
«Открой, сука».
Отлично… Я решила набрать Лисина, но быстро отложила телефон. Маньяк-шантажист до этого себя так не вел. Может, это все-таки не он?
И тут новое сообщение.
«Твое время пришло».
У меня похолодела спина, будто кто-то, дурачась, приложил к ней глыбу льда. Уберите, мне некомфортно, не хочу обжечься. Я ведь все еще помню, что холод обжигает…
Я потрясла головой, чтобы сбросить этот странный туман-морок, окутавший мой мозг. Почему я так себя веду? Почему так странно думаю? Это страх? Или что-то другое? Может, Лелька что-то подсыпала в чай с жасмином, зная, что я его люблю и, скорее всего, выпью за завтраком? Мне шлют угрожающие сообщения и названивают в дверь. Надо что-то делать.
Я резко встала и вышла в прихожую. Там уже тихонько, на цыпочках подкралась к двери и посмотрела в глазок.
Генка, будь он неладен! Но… постойте… Это ведь не он мне пишет эти сообщения? Почему не со своего номера? Почему таким тоном, будто я по меньшей мере убила его маму? В то же время — кто еще? Ведь именно он стоит под дверью!
Пока я думала, Генка зачем-то наклонился, пропав из поля зрения. Я услышала какое-то шуршание через дверь.
Телефон все еще был у меня в руке. Пришло новое сообщение. «Попалась, сука! Ключ под ковриком!»
Сердце упало. Я резко бросилась обратно в комнату, схватила сумку и ринулась к окну. Слыша, как поворачивается ключ в замке, я открыла створку и полезла на улицу. Как же хорошо, что на окнах нет решеток!
Окно гостиной выходило во двор, как и окно кухни, как и крыльцо дома, и прямо возле подъездной двери я узрела припаркованный Генкин джип. Он догонит меня очень быстро.
Я метнулась к гаражам и замерла в проходе, а затем прижалась спиной к кирпичной кладке. Надеюсь, что здесь он не догадается меня искать.
Колотящееся в груди сердце мешало думать. Трясущейся рукой я достала телефон, чтобы убедиться: новое сообщение. Кошка так просто не отпустит свою мышку. Эх, Крокодил, Крокодил… Что такого я тебе сделала?
«От меня не убежишь. Только продлеваешь свою агонию».
Я вспомнила, как подходила к бабе Нюше вместе с Генкой, как она смотрела на него, хмурясь, будто он показался ей знакомым. Даже спросила меня, кто это со мной. А он после этого ее грохнул… Побоялся, что окончательно вспомнит. Только вот почему он был с Лелькой? Откуда знает про ключ под ковриком? Неужели она ему помогает? В вузе они не очень-то дружили. Мне даже казалось, что между ними какая-то завуалированная неприязнь, понять природу которой мне было не суждено.
Присев прямо на землю и потерев лицо, я поняла, какая я дура. Откуда ключ мог взяться под ковриком? Я зашла, ключ, естественно, внесла в квартиру, не оставлять же мне его в замке снаружи. А Ольга открыла дверь своими ключами, этот — запасной. То есть она заперла меня в квартире и для преступника оставила еще и ключ снаружи, чтобы я точно никуда не делась. Прав был Лисин. Преступник слишком много знает обо мне, о моих действиях, планах, расписании. Генка знать не мог. У него был информатор. Но почему? Мы ведь были подругами! Столько всего пережили вместе!
Надо предупредить Зинаиду Григорьевну. Я поищу фотографии с выпуска, покажу ей, чтобы она знала, кого нужно опасаться. Где-то внутри запищала разумная мысль «в полицию позвони!», но я ее замуровала, лишив тем самым голоса. Чтобы Лисин мне сказал, что он, дескать, предупреждал относительно Лельки, а я не послушалась, да еще и отправилась к ней жить!
«Следователь!» — следующая мысль. Точно, где-то был его номер. Лучше ему скажу. Я пролистала всю записную книжку телефона, но заветный номер не был найден. Я проверила и на «Ф», подразумевая Федора Евгеньевича, и на «Б». Может, он не давал его? Глупо, наверно, для следователя раскидываться своим личным телефоном. Надо позвонить на их горячую линию. Но для начала я решила все-таки связаться с Зиминой и предупредить женщину. Оказалось, что она все еще в больнице. Хотя, возможно, она там уже по своим вопросам, я не стала уточнять.
— Что же вы не скажете этому молоденькому, как его… Пусть арестует его!
— Обязательно, — пообещала я. — Вы главное берегите себя. Я вам фото сброшу в мессенджер.
— У меня нет этого, я же говорю, я темная в этом плане.
— Ну как же? WhatsApp, Viber…
— Ах, это! Это есть у меня!
Я вздохнула. Ладно, одна проблема решена.
