— Ле… — я не успела ее предостеречь, и следующий кулак прилетел ей в скулу, а не мне. Ну, что поделать. Надо чувствовать, когда пора остановиться. Я вот тоже один раз себя не уберегла. И, думаю, не последний. Вопрос, как быстро ждать подмогу? С одной стороны, полицейские не поверили в виновность коллеги и предупредили его, и это вроде плохо. С другой, он знает уже сейчас, что может запахнуть жареным, и, возможно, это как-то подстегнет его сбежать? Только вот Лелька зря считает, что перед тем как «свалить из страны», он так просто возьмет и отпустит нас, будто ничего и не было. Так что лучше бы его все-таки не предупреждали, а по-тихому отследили перемещения по GPS, GSM или чем там пользуются современные служители порядка в поисках…
Ну вот, зря я расслабилась и об IT задумалась: Лисин подошел ко мне и приставил лезвие ножа до ужаса близко к моему глазу. Лучше бы ударил…
— Последний раз спрашиваю, дорогая ведьмочка. Где он?
Ну, вот что мне делать?..
— Зря ты не веришь, я же говорю: он мертв. — Я заметила, как напряглись мышцы руки, и поняла, что сейчас произойдет что-то очень плохое для моего здоровья и внешности, посему быстро заговорила: — Только он не тогда умер, когда все думают, а значительно позже… Но умер.
— Ага, становится интересно. Ты знала?
— Что? — удивилась я и подняла на него глаза. Оказалось, он спрашивал Лельку.
Подруга была так напугана, что только и смогла молча покачать головой. Не знаю, что сильнее ее поразило: тот факт, что я едва не осталась без глаза (а значит, враг свирепее, чем мы думали изначально), или мой ответ.
— Рассказывай! — он дернул меня за волосы. — Все тянуть из тебя надо?!
— Пока ты тянешь только волосы…
Ну вот, напросилась. Ударил снова. Теперь по голове, из-за чего у меня в ушах появился какой-то странный звон, а комнату заволокло туманом. Видимо, удар как-то и на зрение повлиял. Но думать над этим некогда. Нужно выдать ему правдоподобную историю. Глаз не выколол — и то ладно. Авось нас успеют спасти до того, как я стану инвалидом.
Он снова приложил к моему лицу нож, и я заговорила.
— Алекс сам на меня вышел, когда я уехала в другой город.
— М-да? А почему именно в этот город?
Но меня так просто не сбить.
— Ты неправильно понял. Это не я приехала в тот город, где буйствовала секта. Это ко мне приехал Белогвардейцев, а уже на месте создал секту.
— И ты ему помогала…
— Нет! Клянусь, это не я! Я бы не стала заниматься такими ужасными вещами!
— Ага, а то, что ты творишь сейчас — разве не ужасные вещи? Твой портрет нарисовался очень быстро, скажу я тебе. Мерзкая циничная тварь, которая разводит на бабло людей в интернете. Кого-то сиськами и мордашкой, а кого-то — верой в эзотерику и жаждой узнать будущее.
— Я же не убивала никого! — повторила почти точь-в-точь Ольгин аргумент. — Неужели ты не понимаешь, что развести кого-то на пятьсот рублей, а именно столько стоит расклад, это одно, а заставить несчастных девочек выпрыгивать из окна — это вообще другое! Я не способна на это!!
— Пятьсот рублей, говоришь, ага, — задумчиво молвил наш похититель и даже потер затылок, мол, думаю над этим. — А как же жена бывшего депутата Леонтьева, которую ты заставила опрыскать мочой бездомных животных свою одежду и ходить в ней неделю, не снимая и не принимая душ? С которой ты взяла, кстати, далеко не пятьсот рублей. Ты что, еще не поняла? Я слежу за вами обеими довольно давно. Слишком давно, чтобы можно было не понять, что вы такое…
— Ну так грохни нас, если понял, какие мы! — встряла Лелька. Лучше бы молчала, ей-богу, чем такое говорить… — Че ты тянешь кота за яйца?
— Ой, как грубо, матушка Ефросинья, или как там… Бабушка. Для бабушки вообще непотребщина, ведь бабушка — это другой уровень, так? Я бы грохнул вас, — другим тоном, более серьезным, заговорил он, — легко и просто, но мне нужны не вы. Мне нужен ваш духовный наставник. Убью я двух корыстных куриц, а дальше придут такие же. Нет, рыба гниет с головы. Убивал я только для того, чтобы вас напрячь, чтобы вы выдали себя — это во-первых, и чтобы поняли, что шутки со мной плохи — это во-вторых. Я и так уже много времени на вас угробил. Вы прекрасно знаете, как далеко я могу зайти, однако до сих пор не ответили на мой вопрос. Ну не курицы ли вы тупые?..
— Алекс мертв, — повторила я, — я видела его смерть своими собственными глазами! Ну подумай же ты, если все так хорошо и легко, если у нас секта и прихожане на потоке, и менты у нас прикормленные, ну зачем же мне возвращаться сюда и кривляться на камеру за тысячу рублей в час? Я бы осталась с ним там!
Лисин нахмурился. Наверняка он уже думал об этом, и у него есть какой-то аргумент. Но мне нужно услышать этот аргумент, чтобы его разбить. Иначе я очень быстро проиграю в споре, ежели не понимаю, что в голове у оппонента, а это чревато серьезными последствиями. Капитан, невзирая на подчас неадекватное поведение, все-таки человек логического склада ума, как мне видится.
Но вместо того чтобы оспаривать мои доводы, он поднял канистру воды с пола и задал новый вопрос:
— Кому ты это везла?
Блин, что ж такое…
— Себе.
