– А через магов их ты тоже просто так переступишь? – спросила Игрейна тихо.
– Магов в Рандаире больше нет!
– Зато в Аране и Лирии есть! А рандаирцы вовсю пользуются магическим оружием, которое импортируют из Лирии и Миранда. Я там была, я знаю, о чем говорю. Нет, Баарс. Допустим, ты прав. Но мы не готовы к этой войне.
– Тогда…
– Тогда мы можем к ней подготовиться.
– Королева!..
– Приостанови набор войск. Вместо этого… Знаешь ли ты, почему осколок Красного камня, что ты мне дал, перестал вести меня?
– Я все исследую, моя королева, – поклонился Баарс.
– Вот и исследуй. Нам нужна сила. Нам нужна магическая мощь. Столь же великая, как и сама наша цель.
– Слушаюсь, королева! – отозвался маг. И добавил с чувством: – Возможно, эта земля много столетий ждала такого правителя, как вы. Того, кто дерзнет захотеть больше, чем имеет.
– Возможно, – ответила Игрейна.
***
Было это на исходе зимы, когда снег уже сползал грязными клочьями, обнажая остатки травы и ржавой прошлогодней хвои, дорога то превращалась в слякотное месиво, то покрывалась хрусткой корочкой льда, а временами – и то и другое сразу. Небо было серым и влажным и отражалось в столь же серых лужах, снег чередовался с дождем, и зима уже явно отступала, но и весной еще не пахло, несмотря на капель. Байлар вышла в эту серую мерзость из темной избы своего деревенского пациента, вдохнула полной грудью мокрый воздух и, поудобнее перехватив корзинку, отправилась к другому недужному.
Целительница устало взглянула на унылое небо. Эту свою пациентку она лечила многие годы. У девушки было редкое заболевание: ее сердце не желало как следует качать кровь, сильно увеличившись в размерах. Байлар не могла излечить такое… еще обладай она черной магией в дополнение к зеленой – тогда это стало бы возможным, Байлар как-то читала о таком, но она не обладала… Все, что она могла – поддерживать больную лекарствами и сложными заклинаниями, уменьшая непосредственный вред для организма. Отдельного труда стоило скрыть применение магии – люди неодобрительно относились даже к зеленому ее виду, а ведь сложные плетения силы видны даже не-магам… В общем, приходилось проявлять чудеса изворотливости, а не только врачебного мастерства.
В этот пропитанный холодной моросью день Байлар еще собиралась зайти к одному старенькому дедушке, для которого много лет готовила снадобья от его радикулита, а затем вернуться домой. Но, стоило ей ступить на землю, спустившись с высокого крыльца дома больной девушки, как внезапно на Байлар накатило это страшное чувство.
…Ударило, будто обухом по голове. Словно небо обрушилось на нее, враз поменяв свой цвет.
И что-то внутри – что-то, бывшее самой сутью Байлар, вдруг натянулось струною, и зазвенело от тревоги, отчаянно, сильно.
И так больно сжалось сердце – словно это она здесь была не врачом, а больной.
…Корзинка выпала из онемевших пальцев, и покатилась, покатилась в мерзлой грязи круглая скляночка с лекарством, и плюхнулась в лужу цвета серого неба…
– Сег!!
Байлар, задыхаясь, ввалилась на порог собственного дома, рывком распахнув дверь.
– Сеег!!!
Книга тут же вспорхнула к ней, на ходу достраивая свой облик белой птицы.
– Байлар? Вышние, что с тобою случилось? Байлар??
– Сег! Я должна… Мы должны…
– Байлар?
Она, наконец, отдышалась хоть настолько, чтобы внятно говорить.
– Райярр в опасности! Если ничего не предпринять, Райярр умрет!
– Что? Но откуда?..
– Да не знаю я! – воскликнула Байлар в досаде. – Просто чувствую. Просто… так больно здесь, – она ткнула себя в грудь. – Не знаю, откуда, но уверена, что это так! О, Сег!
Птица растеряно наблюдала, как девушка тут же стала метаться по комнате, забрасывая вещи в свою дорожную сумку.
– Байлар, ты что же…
– Мы уходим, Сег.
– Ты правда… вот так все бросишь и…
Она остановилась. Упрямо поджала губы.
– Я не могу иначе. Я иду за ним.
– Но… но куда, Байлар?
– Понятия не имею! Но… думаю, я найду его, Сег. Потому что… потому что… Это будто мое сердце знает, где Райярр. Будто оно откликается на Яррово сердце.
"Только дождись меня, глупый маг. Не умирай. Я не дам тебе умереть".
Я не позволю.
Байлар обошла перед уходом тех пациентов, кому, как той девушке, трудно было бы обходиться без ее магии, и оставила им свитки, лекарства и подробные указания на случай, если она долго не вернется и больным понадобится новый врач. До сих пор пациенты для Байлар были всегда важнее всего на свете; но все остальные дела она бросила как есть, без колебаний и сожаления – нетерпение ее было столь велико, что не давало спокойно сидеть на месте, и исцелить его могла только дорога.
И вот она вышла на дорогу – на грязную и обледеневшую дорогу, с обоих концов упиравшуюся в серое небо – а значит, не имевшую конца. Она, за двадцать четыре года своей жизни всего лишь два или три раза отъезжавшая дальше трех близлежащих деревень. На какое-то мгновение Байлар испытала естественный страх перед этой дорогой, не имеющей пределов; но потом надвинула на голову капюшон, защищаясь от мелкой мороси, и решительно зашагала вперед.
