В основном, Мо Фань использовал элемент тени, чтобы спасаться бегством. Но теперь, когда у него появились новые способности, он мог бы из тела зараженного человека делать копии, создавать демонов тени. Нужно было только чуть-чуть продвинуть элемент тени в культивации и Мо Фань будет сметать на своем пути врагов!
К сожалению, сейчас Мо Фань может создать только одного демона тени, пока он еще не умел создавать огромное количество теней, как мастер Бэй, который бы смогли окружить и изувечить противника.
— Нужно скорее заняться культивацией элемента огня, иначе он не будет соответствовать силе маленькой гетерки.
— Элемент тени тоже надо развивать, тогда он станет сильнее и эффективнее!
— Эх, другие тоже нельзя упускать из виду — элемент пространства, молнии, призыва… Не знаю, как начать второй контракт, о котором говорила Лин Лин.
Если бы у него был еще один контрактный зверь, то сила действительно бы возросла. Лучше всего, чтобы это был зверь, который бы больше подходил магии тени, тогда можно было бы максимизировать силу власти тени!
Сидя на огромной тренировочной площадке, Мо Фань разговаривал сам с собой. Сейчас его сила была достаточной для того, чтобы встретиться с черной церковью!
Мо Фань не остался надолго в Гуанчжоу, он тут же направился в суд Уишань, чтобы посадить в Чэн Ин семя тени, заразить ее. И тогда она уже не сможет сбежать!
Имея способности мастера Бэя, теперь Мо Фаню точно удастся побороть черную церковь!
Пин Чжоулун вернулся в Гуанчжоу, он хотел посмотреть, как Мо Фань использует темную материю. Но охранники сообщили ему, что Мо Фань уехал из города.
— Этот парень отплатил мне черной неблагодарностью! Не сказав ничего, он просто исчез! — ругался Пин Чжоулун.
Пин Чжоулун безвыходно помотал головой, он не хотел больше думать об этом.
Сейчас в голове его крутились только несколько вопросов — почему же элементы тени и хаоса соединились воедино в мастере Бэе? Не означает ли это то, что и остальные элементы можно тоже сплавить воедино? И какой тогда станет после этого магия соединенных элементов — сильнее или многограннее?
Северо-западная граница Китая, овцы пасутся на поросшем травой горном склоне. Их молочно — белая шерсть похожа на облака, лениво плывущие в небе.
Пастух сидит на камне, до которого не достают солнечные лучи. Во рту его травинка, которую он медленно пережевывает. Пастух не торопится, позволив овцам бродить там, где им вдумается. Он не боится, что кто-то из них потеряется или откуда-нибудь появится волк.
Засыпая, пастух что-то почувствовал у себя за спиной.
Обернувшись, он увидел, что на земле за камнем вырисовываются какие-то черты, образуя письмена.
— Наконец, ты вспомнил обо мне, — смотря на эти магические письмена, лицо пастуха озарилось улыбкой.
Слова создавались очень медленно, в конце концов, они сложились в предложение:
— Ради меня езжай в Уишань и проведи ястреба в синем, она только что уничтожила старшего судью для Лэн Цзюэ.
Пастух составлял диалог со словами, выгравированными на земле. Это походило на какой-то обряд.
— Я весь к вашим услугам. Однако, обязательно ли я должен это сделать? Нельзя послать молодых и неопытных проводников? — спросил пастух.
— Лэн Цзюэ сейчас использует людей для обучения способных магов. Ястреб в синем не так прост, как ты думаешь. Возможно, суд все еще пристально следит за ней, — новая строка появилась на земле.
— А, оказывается вот так. Вы надеетесь, что я заодно разберусь с ее прихвостнями. Но сейчас суд может послать более умелых людей, долго я их убивал, словно овец… Сейчас я бы выбрал остаться здесь и пасти скот, — ответил пастух.
С той стороны не было ответа, пастух понял свою задачу.
Пастух дунул в пространство, и разбежавшиеся овцы тут же вернулись к нему…
Овцы взволнованно бежали к пастуху. Словно, они были дрессированными, словно, их могло ждать что-то страшное, если бы они бежали медленно.
— Пойдемте, только и знаете, что жевать траву. Совсем жирными стали, пора вам сесть на диету… — сказал пастух.
Автобус медленно едет из гор Уишань. Одетая в светло-голубой свитер Чэн Ин вышла из автобуса.
Следующий за ней старик опирался на палку, он боялся спуститься по ступенькам автобуса, поэтому Чэн Ин терпеливо подала ему руку.
Старик беспрестанно ее благодарил, а затем дал женщине спелый мандарин, приговаривая: «Попробуй, очень сладкий. Сам вырастил!»
Чэн Ин взяла мандарин и пошла в другую сторону от автобуса. Она делала здесь пересадку. Проходя мимо мусорного ведра, женщина выбросила мандарин, на лице ее было отвращение.
Она каждый раз ненавидела себя за то, что людям она казалась доброй и отзывчивой. Но она специально играла эту роль ради того, чтобы быть членом суда.
Глубоко вдохнув, женщина почувствовала запах свободы. С сегодняшнего дня ей не придется больше носить маску и кожу грязного человека. Наконец-то она станет собой и не будет больше мучить других людей, мучить себя!
На остановке стоял автобус дальнего следования.
