Если же Седжал одолеет его ферзя, то вся партия значительно скатится в сторону его проигрыша, а кучка из двух тысяч трупов — это не тот результат, который он хочет получить в итоге.
Теперь Король Тьмы не поступал опрометчиво, а тщательно продумывал каждый ход.
Хорошо еще, что ему нравится именно такое противостояние, пусть даже и игра не шла на уровне гроссмейстеров.
— Колдунья красной лилии, твой ход! — в этот момент Му Бай решил выдвинуть главную фигуру вправо.
По правде говоря, Му Бай с самого начала использовал Азалию, чтобы перетянуть вражеское внимание на нее, таким способом он решил продвинуть своего ферзя в правый фланг противника.
По правой стороне находились две пешки из трехглавых псов — разобраться с ними колдунье красной лилии не составило труда. Никто даже не успел толком разглядеть, какую именно силу она использовала — псины просто засохли словно растения, превратившись в груду костей!
Му Бай нисколько не волновался о том, что ферзь в лице колдуньи может оказаться под ударом — кто бы ей ни угрожал, всадник или наставник, они не станут просто так нападать на нее.
Даже с 30 % ограничением возможностей королева остается королевой!
Именно по этой причине это была не обычная шахматная партия — игроки должны были брать во внимание не только расстановку фигур, но и их силу!
Му Бай быстро просек эту фишку, поэтому-то и отправил двух своих коней, чтобы сдвинуть с места вражеских короля и королеву — так колдунья красной лилии смогла продвинуться в стан врага справа.
— Вот это игра! — восхитилась Седжал.
На стороне Му Бая находилось абсолютное количество людей, которые оказались здесь из-за безрассудства Су Лу. У всех этих людей, увидевших хитрые ходы своего игрока, на лицах появились улыбки надежды!
— Знаете, Король Тьмы, Вы находитесь в более выигрышном положении. Если Вам захочется кого-то убить, Вы без труда можете пожертвовать своими фигурами, а я же лишь надеюсь на то, что все из этих путников смогут выбраться живыми, — сказал Му Бай.
— Ну и что же ты предлагаешь? Не кажется ли тебе, что в этой партии у тебя и так достаточно преимущества? — спросил Король Тьмы.
— Даже если я выиграю, то жизни всех павших все равно останутся у Вас… — молвил Му Бай.
— Я за справедливость и считаю, что как только в игре пропадает честность, она теряет вкус. Это правда, что я могу убить здесь кого пожелаю, как и могу отправить их души в темную преисподнюю, но что касается игры…я никогда не перехожу черты. В твоих словах есть истина, но воскресить уже погибших я не в силах, — ответил Король Тьмы. Мертвые люди уже мертвы, их нельзя вновь вернуть к жизни.
— А что касается оставшихся? — задал вопрос Му Бай.
— Без смерти эта игра перестанет быть интересной.
— Давай сделаем вот как…в случае твоей победы я отпущу всех путников, застрявших в черном лесу, — продолжил Король Тьмы.
На шахматное поле были отсеяны лишь маги, однако в темном измерении оставалось еще множество людей, не обладающих какой-либо силой.
Предложение темного владыки заключалось в том, что после победы Му Бая он отпустит всех еще живых путников, среди которых было множество невинных людей, попавших сюда из-за Су Лу, также как хватало и путников из других миров, оказавшихся тут по разным причинам и не могущим найти выход отсюда — Король Тьмы соглашался отпустить их в качестве возмещения людских потерь во время партии.
— Мой сын остался в лесу, и если есть шанс, что он сможет выбраться отсюда живым, то я согласен биться до конца! — заплакал кто-то из магов.
У многих волшебников с поля в темном измерении оставались еще друзья и родные.
И если для этого волшебника шансов уже не было, он хотел верить в то, что его 17-летний сын продолжит жить…ведь он еще так молод и не видел всей прелести мира людей! Разве можно так рано запирать его в преисподней?
— Успокойтесь, я постараюсь сделать так, чтобы все смогли выбраться отсюда живыми, но для этого от вас мне требуется самоотдача в борьбе с вражескими фигурами. Будет нелегко, но это того стоит! — Му Бай обратился к другим дворцовым гвардейцам.
— Верно говоришь, никто из нас не должен сдаваться!
Му Бай точно не знал, насколько эффективными оказались его речи.
В каждой гвардейской клетке было свыше тысячи человек — и сколько же из них были согласны биться изо всех сил теперь?
Му Бай хотел пробудить в них воинственность, ведь без нее все эти маги ничем не отличались от стада баранов.
— Му Бай, а я? Я должен все также стоять тут без движений? — спросил Мо Фань.
— Пока так…
— Удивительно, что всего после трех связок Азалия и Седжал уже по разу оказывались под ударом вражеского ферзя, — произнес Мо Фань.
В обычное время ему лень пользоваться мозгами, но тут его извилины работали усиленно!
Му Бай ничего не сказал, так как выводы Мо Фаня были верны — вполне возможно, что Седжал и Азалии вскоре предстоит столкнуться с вражеским ферзем.
